Про любовь и пельмени

Маргарита Бочарова, Vласть

Фотографии Жанары Каримовой

В центре Талдыкоргана по соседству со зданием городского суда расположено кафе «Алатау». Его хозяйка Гульвира Таубалдина вспоминает времена, когда здесь обедали все местные служители Фемиды и их помощники. Летом 2015 года все изменилось: женщина стала брать на работу молодых ребят с инвалидностью.

Маргарита Бочарова
  • Просмотров: 8989
  • Опубликовано:

«Я помню, встретила секретаря одного суда и спрашиваю: “Почему вы перестали кушать у нас?”. Она говорит: “Судья сказала, что инвалиды - негативные”. Я говорю: “Ну, наверное, не негативнее чем вы”. Это мои дети, и когда их обижают, я сразу говорю, что это чревато», - рассказывает Гульвира. 

Вместе с тем многие люди приходят (и даже приезжают из Алматы) в «Алатау» именно для того, чтобы оставить чаевые здешним ребятам. Женщина надеется, что когда-нибудь агрессии в адрес ее подопечных станет на порядок меньше. Пока же снижать ее уровень приходится губительными для бизнеса методами - кафе отказалось от реализации спиртных напитков и графика работы до полуночи. Причиной послужил неприятный инцидент с подвыпившим посетителем, которого раздосадовала музыкальная подборка заведения. «У меня на музыке сидел мальчик - инвалид второй группы, заслуженный мастер спорта по тяжелой атлетике. У него ног нет - протезы», - говорит Гульвира. Она как опытный ресторатор не стала ссориться с гостем и выпроводила его, пригрозив полицией.

Гульвира удивляется, почему всем интересно, как она пришла к идее открыть такое необычное место. «Почему не интересуются, как это работает, как это тяжело? Ведь брать на работу людей, которых нужно делать специалистами - это отдельная тема», - отмечает она, вспоминая, что здоровые люди на своих рабочих местах могут доставлять массу неудобств. За два года через кафе прошли 60 ребят с особыми потребностями. О каждом из них Гульвира рассказывает с материнской теплотой, но и ее большое сердце сегодня нуждается в поддержке. Не так давно она обратилась в городское управление занятости и социальных программ с просьбой выделить ей психолога. «Они у меня в депрессию впадают. Я не могу понять почему», - с болью говорит Гульвира. Одно она поняла уже давно: психология ребят-инвалидов - другая, с ними нельзя как со здоровыми людьми.

При этом жалость по отношению к ним не входит в число характерных для Гульвиры проявлений. У себя в кафе она культивирует армейскую дисциплину и подчеркивает, что ТОО «Nurhan group» (хоть и учреждено общественным объединением инвалидов «Мейірім») не является благотворительным начинанием. Это бизнес, но нацеленный на адаптацию людей с особыми потребностями. «Мы из них делаем бизнесменов», - объясняет Гульвира, подчеркивая, что работает только с теми, кто действительно хочет трудиться. «Если он хочет, я буду всё для него делать», - говорит она и, надо сказать, доказывает слова делом. Весной в Сарканде, что в 155 км к северо-востоку от Талдыкоргана, Гульвира планирует открыть столовую для одного из своих подопечных. Сейчас Даурен работает в кафе официантом, он не слышит и не разговаривает, но хозяйка «Алатау» убедила его в том, что управление столовой в родном для парня городе - задача для него посильная.

«Он у меня спрашивает: “А как я буду управлять другими? Я же не слышу, не разговариваю”. Я говорю: “Представь, что ты иностранец. Общество глухонемых - я уже с ними переговорила - тебе даст сурдопереводчика. Его будет центр занятости оплачивать, и он будет с тобой ходить куда тебе надо”. Он теперь даже знает, кого поваром возьмет», - говорит Гульвира. 

Обучение молодых ребят с инвалидностью основам ведения бизнеса - задача непростая. Не из-за отсутствия у них желания, а по более прозаической причине. «Они не владеют бизнес-лексиконом. Им нужно расшифровать, что такое “проект”. В школах и колледжах их обучают только тем словам, которые мы используем в повседневном быту», - рассказывает хозяйка кафе. Поэтому основам бизнеса Гульвира обучает своих подчиненных буквально на пальцах. По этой же причине она не может отправить их на бизнес-тренинги - едва ли организаторы в кратчайшие сроки смогут найти настолько профессионального сурдопереводчика. «Я бы хотела, чтобы их обучали социальному предпринимательству, чтобы они больше знали. То, что они от меня получают - это мало. Им нужно постоянно развиваться, а нет такой программы», - вынуждена констатировать Гульвира. Сама она, к счастью, в свое время попала на тренинг для социальных предпринимателей, организованный фондом «Евразия» и университетом AlmaU при финансовой поддержке компании Chevron.

Тренинг помог Гульвире понять, как правильно организовать работу кафе, но на первых порах его персонал активно протестовал против найма молодых людей с инвалидностью. «У меня тут все рыдали, когда первые пришли. Со всеми тут я ругалась вплоть до увольнения. Поваров сколько я уволила! Обычно, когда беру поваров, они сразу отказываются с инвалидами работать, не хотят», - делится хозяйка кафе. Чтобы удержать специалистов, Гульвире приходится щедро оплачивать их работу: одному из поваров она на протяжении трех месяцев платила по 5 тыс тенге в день, чтобы тот обучил своему мастерству одного слабослышащего парня. Однако результаты этих финансовых вложений не всегда сразу оправдывают ожидания - спустя некоторое время парень поймал «звезду», как говорит Гульвира, и уволился.

Она поясняет, что с ее подопечными подобное случается регулярно - как только у ребят появляется уверенность в своих силах, они уходят из кафе в поисках лучших условий. Гульвира не держит их, хотя и предупреждает, что они еще не готовы. Спустя некоторое время ушедшие возвращаются. Девушка Армангуль тоже уходила - она не слышит и не разговаривает, в школе не училась. Ей пришлось вернуться, потому что ни с кем сработаться так и не удалось. Сегодня Армангуль - помощник повара и лучшая пельменьщица. При кафе функционирует пельменный цех, где под брендом «Nurhan» производятся пельмени, манты и вареники ручной лепки. Гульвира с гордостью перечисляет сплошь натуральные ингредиенты полуфабрикатов и подчеркивает: «В будущем, даже если мы будем расширять производство, мы не будем аппаратами тесто месить, всё будет вручную, потому что мы сможем взять на работу колясочников, которые дома сидят». 

Кроме людей с нарушениями работы опорно-двигательного аппарата Гульвира готова предложить рабочие места и ребятам с ментальными нарушениями, но основная проблема - в отсутствии цеха. Два года женщина пытается добиться помощи от акимата. «Когда я пришла в акимат к замакима просить помещение, он мне сказал: “Знаете, сколько вас — общественных объединений развелось? И вам всем чего-то надо! Откуда я вам помещение возьму?”. В городе, он сказал, больше 200 общественных объединений», - рассказывает Гульвира. Больше она к нему на прием не ходит, но не устает писать письма. В ответ, по ее словам, регулярно приходят отписки с идентичным текстом: «Зайдите на сайт госреестра, там в аренду сдают помещения». Арендовать помещения по указанным там ценам у Гульвиры возможности нет.

Женщина уже вынуждена арендовать кафе - возможности купить или построить собственное помещение у ее команды пока нет. Гульвира вложила в предприятие все имевшиеся у нее средства, и на прибыль пока не рассчитывает. «Мы сейчас на нуле. Прибыль покрывает расходы. Когда бизнес-проект писали, там так и было, что только через 3 года мы начнём получать какую-то прибыль», - комментирует хозяйка кафе. Оставаться на плаву помогает, в том числе, городской центр занятости, который покрывает часть расходов Гульвиры на оплату труда. Однако чтобы добиться благосклонности директора этой конторы, женщине пришлось в какой-то момент даже «стульчик швырнуть» для пущей убедительности.

Городские предприятия не демонстрируют особого энтузиазма, когда получают письма с просьбой оказать посильную поддержку необычному кафе. Зачастую оказывается, что руководство компании уже помогает (или заявляет, что помогает) другому общественному объединению. В преддверии Нового года работа по поиску благотворителей многократно усиливается: уже второй год подряд Гульвира на базе «Алатау» организовывает единственный в Казахстане бал-маскарад, который собирает в одном зале людей со всеми разновидностями инвалидности. В 2016 году на праздник пришли 120 человек вместо ожидаемых 60, в 2017-м ждали 200 участников. Теперь забота у Гульвиры одна - чтобы ни один из них не ушел с праздника без подарка. Для покупки подарков команда кафе реализует среди организаций города билеты стоимостью 1 тыс тенге. «Инвалиды у нас бесплатно приходят, а госструктуры покупают билеты так, будто это билеты для инвалидов», - поясняет женщина.

Собирая столько людей с особыми потребностями в одном месте, Гульвире удается не просто объединить их под одной крышей, но и растопить их природное равнодушие друг к другу. Она со смехом рассказывает о том, как глухие пытаются ухаживать за слепыми за столом, но в этом смехе нет ни капли издевки. Чуть погрустнев, она добавляет: «Честно говоря, к этому никогда не привыкнешь». Такое количество людей, ограниченных в возможностях, но жаждущих настоящего праздника, едва ли оставит кого-то равнодушным. Гульвиру особенно трогает, что общественные объединения, работающие с инвалидами, ее жалеют и неизменно предлагают ограничиться приглашением меньшего количества людей («Тебе тяжело не будет?»). Но женщина решительно парирует: «Ой, мне всегда тяжело! Ничего страшного, прорвемся!».

Глядя на активную и излучающую позитив хозяйку кафе, сложно поверить, что еще недавно она сама имела инвалидность. Пять лет назад Гульвира перенесла два инфаркта, которые не должны были оставить ей шансов выжить. «Я тогда подумала, может быть, мне Всевышний это дал, чтобы я что-то сделала. Может, я чего-то не успела. Может, я кого-то обижала. Может, что-то я не доделала. Значит, мне ещё дано время, и я должна что-то сделать хорошее», - дрожащим голосом вспоминает она дни, проведенные в больнице. Испытав шок от нового для себя статуса, женщина погрузилась в депрессию - физические ограничения не позволили ей вернуться к прежней работе в ресторанном бизнесе. В Талдыкоргане по направлению управления занятости и соцпрограмм Гульвира устроилась диспетчером в службу инватакси при филиале Казахского общества слепых, и именно это окружение помогло ей выйти из гнетущего состояния.

Целый год понадобился женщине, чтобы решиться и открыть для ребят с инвалидностью кафе. «Я не отказывалась. Я боялась, что не справлюсь», - вспоминает Гульвира. За два года ей ни разу не было легко: ее подопечные отказываются слушаться кого-то, кроме нее самой; не приходят на работу, потому что накануне вечером хорошо отдохнули в ночном клубе; бывают жестокими, ленивыми и недисциплинированными. Но рано или поздно обязательно наступает момент, когда Гульвира понимает - все не зря.

Мадияр стал первым помощником начинающего социального бизнесмена - у парня вторая группа инвалидности по зрению. Он отучился в Алматы, успел пройти стажировку в трех банках, но в штат так никуда и не был принят. Успешным выпускником он вернулся из Алматы в родной Талдыкорган и устроился к Гульвире обычным официантом. Сейчас Мадияр - правая рука хозяйки кафе, и именно он заставил ее поверить в себя, однажды назвав «второй мамой». «Для меня это всё. Я, значит, не зря эту жизнь прожила. Если завтра он на ноги встанет, значит, я не зря живу», - говорит женщина.

Гульвира так болеет за своих «детей» из кафе, что двоих девочек-выпускниц детского дома она приютила у себя дома, где после смерти мужа жила вдвоем с сыном. «Когда утром я слышу, как девчонки просыпаются, смеются, что еще человеку надо? А то мы вдвоём с сыном: он в своей комнате, я - в своей, у нас гробовая тишина. А сейчас у меня дом - полная чаша: у меня две девчонки сидят, смеются, стараются мне там что-то приготовить», - говорит Гульвира, создавая впечатление абсолютно счастливого человека. Без малейшего лукавства и пафоса она говорит, что все в этом небольшом кафе держится на любви, на человеческих взаимоотношениях.

«Надо их любить. Они чувствуют, когда их любят. А потом уже можно ругать!», - улыбается хозяйка кафе. Гульвира уже давно выслушивает жалобы своих знакомых на то, что не может говорить на отвлеченные темы - забота у нее теперь одна. Своим ребятам она говорит: «Когда всё это встанет, вы сами будете работать. А я открою благотворительный фонд и буду заниматься благотворительностью». Но, кажется, именно здесь наша собеседница впервые слукавила - уж очень многое еще ей предстоит сделать. А инвалидность она продлевать себе спустя два года просто не стала.