11082
5 апреля 2024
Бейімбет Молдағали, Алмас Қайсар, Власть, фотографии Алмаса Қайсара

«У нас было 15 минут на эвакуацию»

Репортаж из Актобе, который затопило несколько раз

«У нас было 15 минут на эвакуацию»

27 марта в дома и дворы жителей Актюбинской области пришла вода. Очередные «неожиданные» паводки привели к экстренным эвакуациям жителей и затоплению целых сел. Режим ЧС был объявлен в областном центре Актобе и в пяти районах области. Вода в городе ушла, но через несколько дней снова вернулась, и вновь «неожиданно».

Журналисты Власти побывали в Актобе с 1 по 4 апреля и поговорили с местными жителями и государственными органами о паводках.

Осы мақаланың қазақша нұсқасын оқыңыз.

«Дубль два»

Такси, которое везет нас в садоводческий коллектив «Рассвет» на окраине Актобе, останавливается за несколько улиц до выбранного нами адреса. Впереди виден лишь водный горизонт, поглотивший небольшие дома вместе с развешанными коврами и вещами, которые сушились после недавних паводков.

Из одного из домов, до которых еще не дошла вода, удивленно выходит Даурен – местный житель, который нам подсказывает, что дорогу можно обогнуть через дворы домов и проводит нас дальше.

Затем - очередная коричневая водная гладь, по которой плывут ошметки мусора, веток и бытовых вещей. Даурен смеётся, он говорит, что приехал сюда из Алматы «сюрпризом», никого не предупредив, но в конце сам оказался жертвой такого «сюрприза».

Актобе - четвертый по населению город (порядка 560 тысяч человек) в Казахстане, расположенный на западе страны.

Местные садоводческие коллективы больше всего пострадали от паводков, бушующих в Актобе, так как они расположены по обе стороны рек Каргалы и Илек, впадающих в Жайык. С них и начался потоп 27 марта. Жители начали возвращаться в дома, проводить уборку и сушить всё, что осталось. Однако 2 апреля ночью началась вторая волна потоплений.

По очереди на стихийный «берег» подходят люди, перешучиваясь между собой.

«Опять двадцать пять, да?», — шутит Даурен, опираясь на свой костыль.

«Дубль два», — отвечает ему Андрей Актауов, чей дом полностью затопило.

После чего к нам подходит жена Андрея – Асия Актауова, а также еще несколько мужчин, с которыми мы садимся на их лодку, чтобы проплыть до более затопленных мест.

«Посмотрим, куда идет течение», — говорит Андрей. —Президент едет, говорят? Ну его прокатнут там до Mega, покажут эти районы, а сюда-то не довезут».

Андрей и другие мужчины одеты в комбинезоны. Вода пока не достигает пояса, поэтому они просто ведут эти лодки. Мы «плывем» в сторону их домов.

Отработав сутки в скорой помощи, Асия только вернулась в свой дом, чтобы проверить состояние жилища после потопа. Они с супругом купили дом три года назад.

27 марта она легла спать, доверившись заверениям акимата, что «все под контролем». В ту ночь жители следили за водой со стороны Илека, однако утром вода пришла со стороны Каргалы. На следующий день, 28 марта, к 12 часам дня вода зашла в ее дом. В три часа дня дом уже был наполовину в воде.

«МЧС-ники нас эвакуировали. Была только одна техника – погрузчик, и песок возили очень медленно. Когда уровень поднялся, погрузчик сказал, что бесполезно что-то делать и уехал. Вода была уже до крыши. Зайти туда мы уже не смогли», – вспоминает Асия.

Асия смогла забрать лишь документы и вещи. После потопа ей пришлось организовать сбор для своей семьи.

«Никогда в жизни не просили. Сейчас, когда дают брать, даже неудобно, – говорит она, еле сдерживая слезы. – Дома ничего не осталось. Техника, диваны, ковры – вода была по окна. У соседей остались машины в гараже. Мы вернулись 30 марта, смогли взять еще вещи, но все было в песке и в воде».

У семьи есть четырехлетняя и двухлетняя дочери. Асия заблаговременно до потопа отправила их жить к родственникам. Дочери еще не видели родной дом, но Асия показала старшей дочери фото и видео:

Асия Актауова (слева)

«Старшая дочь плачет, спрашивает, где мы теперь будем жить. Сейчас я во сне слышу шорох и бегу к окну. У меня появился страх воды. Сколько теперь мы будем так жить?!»

Чем дальше мы отплываем, тем больше поднимается вода, почти достигая уровня небольших заборов. Время от времени появляются небольшие островки с лужами, поваленными деревьями, дырами и грудами поднятой грязи.

Навстречу к нам между двумя спонтанными «озерами» идет Разия, которая интересуется тем, есть ли за водой люди. Она ждет областную комиссию по оценке ущерба: «Сердце разрывается. Дом ушел под воду. Одно слово “ночую в эвакуационном пункте”. Все мысли о доме».

У дома Андрея вода становится глубокой, выше комбинезона. Он решает сесть с нами на лодку и грести дальше.

Сзади к нам подплывает еще один мужчина с лодкой - Стас. Он живет здесь уже семь лет.

«Мы делали своими силами дамбу три года назад. Она держала, все было отлично. Акимат ее разрушил и построил свою дамбу из простой земли! Ее за считанные секунды смыло!», — указывает он на груду приподнятой грязи.

Он ведет нас в сторону своего дома, где мы пришвартовываемся у ворот. Поднятая вода позволяет нам все осмотреть из-за забора: вода затопила весь двор, дойдя почти до окон.

«Все нажитое - вещи, техника, детские игрушки, все осталось там. На мне что одето, то и осталось, остальное под водой. За семь лет такое наводнение было в 2017 году, но тогда воды было намного меньше», — говорит он.

Стас работает дальнобойщиком. Во время мартовского подтопления, он находился в Оренбурге. Когда он приехал, вода была «как сейчас», он сумел вытащить собаку, кошку, котят и некоторые вещи.

«В этот раз вода прибывала очень быстро, беда очень страшная. Как теперь этот дом сушить, как там самим находиться? Никакого предупреждения, ничего, здесь и МЧС нет. Больно за все труды, мы простой народ, своими силами зарабатываем. Сколько я вложил в этот дом и все в никуда. Нам говорят, зачем вы вблизи рек строитесь. Так мы не от хорошей жизни», — констатирует он.

Временами они перешучиваются между собой, чтобы снять напряжение, но и они звучат отчаянно.

«Не ожидал я, конечно, что буду плавать по этим улицам», — смеётся Стас.

«Как раз удочки возьмем, мангал поставим, такая погода сейчас, отдыхать бы в такое время», — отвечает Андрей.

Мы подплываем к дому Актауовых. Кроме самого дома во дворе ничего не видно - затоплено всё. Андрей несколько раз пытается открыть разбухшую дверь, после чего мы заходим внутрь. Вода выше колен.

Сложно представить, как этот дом выглядел до потопа: везде плавают раскрытые чемоданы, сумки, детские игрушки, ковры, части мебели, семейные фотографии и другие бытовые вещи. Приходится пробираться через них, отталкивая испорченное имущество в стороны. В некоторых местах поднялся пол.

В другой комнате - кучи намокших грамот, кубков и медалей. Они принадлежат Актауову, чемпиону Азиатских игр по каратэ 2014 года и пятикратному чемпиону Азии.

«Детям уже будет нечего показывать из достижений отца, благодаря которым мы и купили этот дом. Он тренируется и выступает за Казахстан с 9 лет», – говорит Асия.

Андрей Актауов

Сегодня из дома они вытащили детские фотографии Андрея и «тойское» семейное фото.

Вода стремительно поднимается, а на «берегу» уже собрались местные жители. Многие из них не могут добраться домой. Время от времени им приходится перепарковывать машины из-за наступающей воды.

Все они недовольны работой государственных служб, которые, как они считают «не принимают их за людей»: в их массиве не патрулируют военные, чтобы защищать дома от мародёрств, нет сотрудников МЧС. Те же, что прибывали в первые дни паводков, по их словам, не были до конца экипированы.

«Вчера вечером полиция приезжала: “Эвакуируйтесь!”. А чего толку? Уже водой залило, мы к домам не можем подойти. Вообще все трубят о готовности, а к чему мы готовы? Город затопило, аэропорт затопило», — говорит Виталий, житель «Рассвета».

Они ожидают приезда областной комиссии, которая займется первоначальным расчетом ущерба. В состав комиссии, прибывшей на место встречи, вошли два сотрудника «Красного Полумесяца Казахстана», представитель управления ЖКХ и член общественного совета, объясняет нам председатель садоводческого коллектива Асылбек.

«Все дома садоводческого коллектива “Зеленстрой”, который под моим контролем, были подтоплены, многие на 1,5–2 метра. Из них 11 домов прямо сейчас находятся полностью под водой», – говорит Асылбек.

Жителям раздают бумагу для заполнения. В ней спрашивается о повреждениях фундамента, стен, полов, некоторой техники и мебели. Члены комиссии просят отправить фото и видео доказательства на WhatsApp. Стас недоволен, что комиссия не учитывает повреждение обоев и других вещей. Андрей же говорит, что вчера они уже встречались с представителями Красного Полумесяца. Он не понимает зачем нужно снова заполнять эту бумагу.

Надеяться лишь на себя

В других частях города проводятся берегоукрепительные работы. Разлив рек, которые потопили и центральные части города, оставили за собой слои грязи и слякоти, а в парках - большие лужи. Жители жалуются, что город стал как «после бомбежки».

За день до новых паводков люди стали возвращаться по домам из эвакуационных пунктов в садоводческие коллективы, уже по другую сторону реки. Здесь же заметно усиление - патрули военных и полицейских, которые защищают опустевшие дома от мародерств.

Они расположились возле ресторана, где им раздают еду и где находится один единственный биотуалет - куда в строй встают военные.

Повсюду влажная грязь, очень быстро обволакивающая обувь. По ней тяжело двигаться и лучшим способом оказывается идти по лужам. Вокруг рек сделаны укрепления из мешков и песка.

В одном из домов прибирается Сергей. В своем дворе он уже более-менее устранил последствия паводков. Он живет здесь уже 17 лет.

«Каждые семь лет повторяются паводки. Тут дамбы обсыпали, техника работала, но не справились. Ночью подсыпали, где прорывали. В одном месте два забора прорвало и вода оттуда пришла, просто стена воды», — говорит он.

Он рассказывает, что семь лет назад вся «помощь утопающим» была в виде килограмма риса, трех килограммов макаронов, пачки соли и бутылки масла. Шутит, что в этом году уже, «наверное, дадут два килограмма риса».

Возле него живет Алексей. Он нанял рабочих, которые откручивают шкафы и вытаскивают всю мебель из дома. На вопрос о том, что произошло, он разозлившись, отвечает: «Не хочу я о них ничего говорить».

Однако затем добавляет: «Сколько обещают, то свет, то канализацию, то статус города и “болды”. В тот раз точно также, записывались на компенсации, а чего толку».

Около реки также живет Роза, которая купила тут дом год назад и сделала ремонт. Ей тогда сообщили, что паводков тут не бывает, а происходят они на другой стороне.

«Вечером нам сообщили об эвакуации, мы не выходили до 11. Думали, не будет, такого же не бывало. Когда дети начали на второй этаж все вещи выносить, я еще ругалась: “Что вы все тащите! Завтра на работу уйдете, мне же это все разбирать”», — смеется она.

Мы проходим ближе к ее дому – на улице сушатся вещи, ковры, картины и фотографии. На земле раскиданы отколовшиеся куски шкутатурки.

«Моему сыну 16 лет, он отказался уезжать. Ночью он позвонил отцу и говорит, что не может выйти из дома. Тут были страшные паводки, вода заходила отовсюду», — рассказывает она.

Они уже успели помыть полы и поднять все вещи. Повалились двери. На полу провода - после паводков здесь отключился свет и Роза с мужем Ержаном подключили генератор.

«Мы сейчас собираем деньги на восстановление света. Если сами этого не сделаем, правительство не поможет. Четырьмя коллективами собираем 800 тысяч», — говорит она.

Подальше находится полностью затопленный пляж, а за ним – рабочая бригада, которая ремонтирует упавший в яму с лужами и покосившийся электрический столб.

Эвакуационный пункт и переселение жителей от рек

С начала паводков в Актобе находятся десять эвакуационных пунктов, все они – в школах. Каргалинская казахская средняя школа первой приняла утопающих. В школе спокойно. Здесь нас встречает регистрация, состоящая из местных учителей. Они просят надеть бахилы.

Глава эвпункта директор школы Жасулан Торемуратов сообщает нам, что пункт посещали в общем 108 человек, а сейчас находятся 67. Половина их них – дети. Есть ребенок, которому не исполнилось и месяца.

«Мы не думали о том, как долго это все продлится. 28 марта поднялся Илек и тогда число людей тут поднялось до 97. Помогали предприниматели и областной акимат. После объявления ЧС уже подключились волонтеры и спонсоры», – говорит Торемуратов.

В первые дни из-за огромного потока людей пункт работал круглосуточно. Торемуратов на должности директора пятый год, но уже помогал в этой школе при потопе 2017 года.

«Я жду паводков каждый год, но на моем опыте это первый масштабный и массовый случай. До этого эвакуация продолжалась лишь 2-3 дня, максимум было 30 человек», – говорит Торемуратов.

В кабинет директора заходит на вид уставшая Шынар, эвакуированная жительница города. Она говорит, что учителя быстро оказали всю необходимую помощь, а недостающие вещи приносили из своих домов.

Шынар соглашается провести тур по эвакуционному пункту. Здесь большая столовая и раздельные спальные комнаты для мужчин и женщин с детьми. Душевых комнат мало, людям не хватает, но недавно их свозили в местные бани, где владельцы согласились принять эвакуированных бесплатно.

Сама она только что вернулась со встречи с комиссией и признается, что все еще полна эмоций. Дома – сырость, а у детей развивается болезнь бронх и появляется отдышка.

«Ноль. Просто ноль. Все в воде. Уровень воды был примерно метр. Все наши вещи гниют. Каждый год не то что ремонт, мы заново устанавливаем стяжки. Покупаем все необходимое до осени, но весной они снова становятся непригодными из-за потопа», – говорит она.

Девять лет назад она вместе с мужем и двумя детьми переехала в частный дом, вложив туда все свои средства. По ее словам, дом уходит под воду вот уже седьмой раз. Ее дом находится в 60-70 метрах от реки Каргалы.

«В 2017 году во время ЧС сами арендовали лодки. В 2018 при потопе посреди ночи и вовсе никто не приехал. В 2019, 2020 и 2021 годах сами на такси эвакуировались. В этом году предупреждали же, что потоп в областях будет массовым. Несмотря на все предупреждения, машины для эвакуации, лодки не готовы. Из-за этого школьному директору и учителям пришлось забирать нас самих с домов. Власти говорят, что готовы, но слова не соответствуют действиям», – вспоминает Шынар.

В этом году, говорит Шынар, у них было 15 минут на эвакуацию.

«Ничего я с собой не забрала. Думала о соседях. У нас есть дети двухмесячные, четырехмесячные и чуть постарше. Мы не думали о вещах», – говорит она.

Шынар вместе с соседями хотят арендовать дрон, чтобы снять дома сверху и распространить ролики по соцсетям, потому что «голос народа под потопом остается неуслышанным».

Сейчас Шынар и ее соседи требуют помощи в переезде в безопасное место. В прошлом году им выдали землю для строительства дома в другом месте, однако и она ушла под воду в этом году.

«Мы просим предоставить дом по низкой процентной ставке. Мы просим крышу над головой для наших детей и семьи», – говорит Шынар.

Шынар

На следующий день мы встретили Шынар в центре приема граждан областного акимата, куда она пришла с еще 6-7 женщинами, чьи дома также затопило. Они требовали встречи с акимом области или его заместителями. Женщины, некоторые из них с грудными детьми, прождали у входа в акимат около 7 часов и к вечеру к ним вышел заместитель акима города Актобе Кайрат Куантайулы.

Замакима сообщил женщинам, что все их дома посетят оценщики и технадзор. По постановлению правительства, говорит Куантайулы, новыми домами жители будут обеспечены при 80-процентном разрушении дома.

Он также им говорит, что государство гарантирует единовременную выплату в 300 тысяч тенге людям, оказавшихся в чрезвычайных ситуациях.

«Чего вы про эти 300 тысячи как про 3 миллиона говорите? Мне нужно жилье в безопасном месте! Я не собираюсь жить в школе вечно. Наш дом топило 7 раз за предыдущие годы. Это же все накапливается. Будет ли это учитываться? Дети живут в загнивающем доме. Везде сырость!», – негодавала Шынар.

«Критическая точка пройдена»

Начальник отдела предупреждения ЧС и майор гражданской защиты Тарас Коваленко сообщил нам, что вся область была подвержена паводкому периоду и прохождению талых вод. Это связано с тем, что в зимний период осеннее увалежнение превышало нормы в три раза.

«При резком повышении температуры в третьей декаде марта случилось резкое таяние снега и вода пошла. Сейчас, несмотря на то, что пик паводков ушел, мы наблюдаем ледяную корку, которая осталась в балках и канавах», — поясняет он.

Начальник областного филиала «Казводхоза» Ринат Шауенов же заявляет, что некоторые части города, находящихся у русел рек Илек и Каргалы, затопило из-за неожиданно большого количества воды, поступившего в Актюбинское водохранилище.

По его словам, непосредственно перед потопом водохранилище было свободно на половину, однако в ночь с 27 марта на 28 марта в водохранилище поступило более 200 миллионов кубометров воды при 105 миллионов свободных. Оперативный штаб, в котором есть разные госорганы, приняли решение сбрасывать воду, чтобы избежать разрушения дамбы и полное затопление в Актобе.

«Нам пришлось балансировать между полным затоплением города и затоплением некоторых участков, находящихся у рек. 200 миллионов кубометров воды за ночь! Я вам скажу: водохранилище построилось в 1988 году и такой критической ситуации не было в истории этого водохранилища. Казгидромет давал заниженный прогноз. Мы выстраивали график работы по этому прогнозу», – говорит Шауенов.

Коваленко говорит, что 100% личного состава департамента было задействовано на мероприятиях по борьбе с паводками, но людей все равно не хватает на охват всех участков.

«Задействовано свыше 3 тысяч человек по всей области. В том числе и Нацгвардия, полиция, волонтёры и военные. Так как мы не можем все покрыть, нужно чтобы люди звонили и сообщали», — поясняет он.

Он добавляет, что по области затопленными остаются 759 жилых домов, однако эта цифра может увеличиться после работы комиссии.

На вопрос о дамбе в садоводческом коллективе «Рассвет» Коваленко отвечает, что они берут на учет участки, где произошли проишествия и будут совместно работать над ними с местными исполнительными органами.

«Вся ситуация ляжет в акт и будут писаться письма по их устранению. Сейчас вообще пик устранения самой чрезвычайной ситуации, сама критическая точка уже пройдена. Нужно еще глобальный ремонт проводить. Будем смотреть сам итог паводков, по ориентировочным прогнозам, завершение паводков на 11 апреля», — подытоживает Коваленко.

***

Спустя день, после того, как мы покинули Актобе, стало известно о том, что в области прорвало плотину Магаджанского водохранилища. За день до этого аким города сообщал, что из-за «прибытия большого обьема воды» в Актюбинское водохранилище, они «вынуждены» открыть шлюз. Он вновь попросил покинуть дома жителей садоводческих коллективов, расположенных вблизи реки Илек и возле реки Каргалы.

Асия Актауова же нам сообщила, что ее дом затопило в третий раз.

Премьер-министр Олжас Бектенов же заявил, что после ликвидации последствий паводков будет проведены обследования на гидротехнических сооружениях (206 по области).