7394
17 августа 2020
Юна Коростелева, фото автора

«Нужно привыкать жить с COVID»

Врачи о работе в стационарах, отдыхе и важности соблюдения изоляции

«Нужно привыкать жить с COVID»

Казахстанские врачи шестой месяц ведут борьбу с коронавирусом, находясь вдали от семей и совершенно изменив ритм жизни и работы. Vласть отправилась в оздоровительный лагерь в Жамбылской области, где медицинские работники могут отдохнуть от тяжелой смены в провизорном стационаре и собраться с мыслями, чтобы с утра снова спасать жизни.

Имена медицинских работников и данные о местоположении лагеря не указаны в целях безопасности персонала – Vласть

Во время пандемии коронавирусной инфекции главную роль в лечении и спасении людей играют врачи. Большинство многопрофильных больниц Казахстаны были перепрофилированны в карантинные, инфекционные и провизорные стационары. Медицинские работники, несмотря на свою специализацию, в один миг стали инфекционистами – на плановую медицинскую помощь сейчас не хватает ни времени, ни ресурсов. Сейчас врачи работают в несколько смен, после чего их отвозят в специально оборудованные места для отдыха и изоляции. Один из таких лагерей находится в Жамбылской области.

Для удобства и отдыха врачей здесь есть все – оборудованные корпуса, столовая с посменным трехразовым питанием, душевые комнаты, бассейн и даже река неподалеку. Сейчас в лагере проживает весь состав одной из центральных больниц области – 100 человек, которые работают только с инфицированными COVID-19. Клиника находится в 10 минутах езды на машине – утром, в обед и вечером медработников, в зависимости от смены, привозят на работу на специальном автомобиле. Завтракают и ужинают врачи в оздоровительном центре, обед повара готовят там же, после чего сотрудники лагеря увозят еду в больницу.

По лагерю врачи перемещаются в масках, некоторые – в перчатках. С собой они носят специальный дезинфицирующий порошок, которым обрабатывают тропинки, по которым перемещаются. Сотрудники лагеря и медработники передвигаются по разным дорогам и ходят в столовую в разное время, чтобы избегать контакта, а бассейн постоянно дезинфицируется. При этом на выходе из больницы каждому медработнику делают тест на наличие коронавирусной инфекции, и только после получения отрицательного результата они могут выехать на базу отдыха.

«Нас отправили в лагерь, чтобы мы не заразили никого из своих родственников. Мы выходим с инфекцией, поэтому нас изолируют, чтобы защитить семью. Здесь у нас есть время, чтобы отдохнуть и прийти в себя после рабочего дня. Принимаем душ, отдыхаем, спим, кушаем, потом опять отдыхаем – дни проходят так, потому что психологически очень тяжело отойти от рабочего дня. Мы уже смирились, что будем работать в таком режиме – это наша работа, тут уже ничего не поделаешь. Мы вообще не думали, что коронавирус придет к нам, еще и так внезапно. Конечно было бы лучше, если бы пандемии не было, но уже ничего не сделаешь», – рассказывает одна из медсестер. Ее и коллег перевезли в лагерь в начале июля.

Женщины вернулись со смены полтора часа назад. Они пообедали, подремали и решили прогуляться по лагерю. Жаркая и душная погода для них не проблема, потому на улице они могут находиться только во время отдыха. Медсестры работают по определенному графику: первая двенадцатичасовая смена – дневная, следующие сутки они отдыхают, после выходят в больницу в ночную смену. Приемная в провизором стационаре работает каждое воскресенье, сюда поступают жители с подозрением на коронавирусную инфекцию со всей области.

«Больные все еще поступают, но их уже меньше – это благодаря карантину. Раньше поступало по 80 человек, потом по 60, теперь по 40-50. В этом месяце стало полегче. Мы первое время на работу выходили как раньше: подбирали одежду, макияж, украшения. Сейчас кольца не носим, серьги не носим, не красимся даже уже. А зачем? Костюмы надели и пошли, все равно весь макияж слезает и никто нас не видит. Очень хочется домой, конечно, но выбора нет».

На территорию лагеря заезжает автобус с врачами, приехавшими после ночной смены. Первым из машины выходит молодой терапевт, недавно закончивший университет. Поток пациентов сокращается, поэтому его сокращают и переводят на прежний режим работы. Мужчина второпях собирает вещи из своей комнаты, рассказывая, что почти за полгода пандемии он успел поработать в карантинном стационаре, инфекционном и провизорном центрах. Сейчас он наконец может вернуться домой, потому что количество занятых коек в больнице сократилось.

«Сейчас нагрузка не такая большая, как два месяца назад. Я терапевт, сейчас могу вернуться к прежней работе и к прежнему ритму жизни. Все это время мы занимались лечением больных. Последние дни больше всего поступало больных именно с пневмонией, подтвержденной на КТ, но с отрицательным тестом на коронавирус. Меня еще в апреле отправили в карантинный стационар как молодого специалиста, семейных или пожилых оставили на прошлых участках работы. Самым тяжелым месяцем за все это время был июль – поступало очень много пациентов, приходилось выбирать – пациентов в тяжелом состоянии мы клали в больницу, а в легком или среднем состоянии отправляли на лечение домой», – вспоминает врач.

По его словам, некоторые больные проводят в стационаре десять дней, некоторые, несмотря на тяжесть заболевания, через три дня уже выписываются из больницы. При этом в последние два месяца болезнь у большинства пациентов протекает тяжелее, чем весной. Терапевт отмечает, что за все время работы в пандемию в клинике заразились одна терапевт и две медсестры, которые перенесли инфекцию на ногах.

«На самом деле, это самая обычная больница, просто пациенты не выходят из своих палат, а врачи ходят в специальных костюмах. Мы еще в апреле очень боялись работать – пока к режиму привыкли, к костюмам. Вирус был еще неизученным, все это было в новинку, мы ничего не знали. Даже государство в апреле не понимало, что делать, поэтому постоянно менялись инструкции. Сначала, помните, лежали все – и симптомные, и бессимптомные, и контактные, потом часть начали отправлять на домашний карантин. Сейчас мы уже привыкли, стало гораздо спокойнее. Я думаю, что к концу осени может произойти еще одна вспышка, но население и государство уже знает о том, что такое коронавирус и как с ним работать, поэтому мы будем готовы и борьба пройдет легче», – врач прощается, просит по возможности соблюдать самоизоляцию и уезжает на встречу с родителями.

В соседней комнате живут три инфекционистки, которые еще в феврале работали медсестрой, педиатром и терапевтом. Они еще не выписали последних больных, лечением которых занимаются, поэтому еще несколько дней планируют провести в лагере. Они прощаются с терапевтом и надеются, что в ближайшее время тоже увидятся со своими семьями, после чего вернутся к прошлому режиму работы. Увидев меня, девушки просят не забывать о социальной дистанции в три метра, и между нами завязывается диалог «на расстоянии»:

Vласть: Как вам удалось буквально в течение нескольких дней сменить специализацию и начать работать в новом режиме?

Терапевт: Так у нас и не было времени привыкать к новой жизни.

Педиатр: Мы все делали быстро, оперативно, потому что от нас зависит жизнь пациентов. Времени, чтобы думать и переживать о чем-то, не было. Мы пришли с первого числа, первый поток пациентов привезли – все, мы работаем и не отвлекаемся.

Терапевт: Мы своими глазами видели, как умирают люди. Но все переживания и сомнения мы оставляли за порогом больницы.

Педиатр: Здорово, что нам дали возможность безопасно отдыхать после смен. Здесь хорошо – кормят вкусно, можно в бассейне поплавать. Перед работой я наконец-то чувствую себя отдохнувшей, как будто выехала на пару дней на свежий воздух.

Vласть: В какой из месяцев поступало больше всего больных?

Педиатр: Пик был в июле, сейчас стало намного легче. Первого июля поступило 60 человек, на следующий день – 20, потом – 20 и 30. После мы утвердили график, что пациентов с коронавирусом принимаем каждое воскресенье, потому что все койки были заняты. В первое воскресенье поступило вначале 73 пациента, через неделю – 47, через три потихоньку пошло на спад – 20, 13, 10, 15 пациентов в день. Тяжелых больных тоже стало меньше, но они, к сожалению, все еще есть, как и крайне тяжелые.

Vласть: Как вам кажется, возможна ли новая вспышка коронавирусной инфекции в ближайшее время?

Педиатр: Будущие вспышки зависят от людей в первую очередь. От того, как они будут относиться к вирусу, как будут соблюдать меры предосторожности, как будут относиться к своей жизни. Время покажет.

Терапевт: Нужно проводить профилактику – пить противовирусные препараты, обязательно носить маски, причем менять их надо каждые два часа, а не одну носить неделями. Питаться правильно, больше пить, заниматься спортом.

Педиатр: При этом нельзя думать, что если вы занимаетесь спортом и ведете здоровый образ жизни, то коронавирус обойдет вас стороной. Это так не работает – заболеть может каждый из нас. Болезнь проходит у всех по-разному – все зависит от организма человека. Нет никаких гарантий по тому, как не заразиться или как легче перенести коронавирус.

Терапевт: Тем более если у человека есть сопутствующие заболевания – сахарный диабет, лишний вес, проблемы с сердцем – с ними болезнь протекает тяжелее. И все равно многие выздоравливают – могут приехать пациенты с поражением легких на 75-80 процентов. Все зависит от человека – как он относится к своей жизни, так он ее и проведет. Сейчас самое важное правило – по максимуму соблюдать самоизоляцию. Если же такой возможности нет, то всегда и везде нужно находиться в масках и соблюдать дистанцию.

Большинство врачей, проживающих в лагере, общаться с журналистами и посторонними людьми не хотят, ссылаясь на усталость. Первым делом медработники хотят сходить в холодный душ или бассейн и лечь спать. Несмотря на долгий рабочий день, заместитель главного врача больницы согласился провести виртуальную экскурсию по провизорному центру, где работают он и его коллеги, и рассказать о текущей обстановке. Бывали дни, когда он не выходил из реанимации по три дня.

«Все началось в марте, когда только был введен режим ЧС и строгий карантин. Появились первые «ласточки» – первые больные, зараженные коронавирусом. В середине марта началась борьба. Мы готовились – надевали чумные костюмы, больницы и отделения делили на красные и зеленые зоны. Также вводили пропаганду здорового образа жизни, ношения масок. Мобильные бригады выезжали к контактным, проводили домашний обзвон, чтобы они не выходили из дома. Это было до мая. Мы полностью обучали и физически, и психологически свой коллектив», – рассказывает он.

До конца июня врачи могли принимать плановых больных, но когда количество зараженных резко увеличилось – больницу переделали в провизорный стационар на 120 коек. Для всего медицинского персонала провели образовательные курсы по работе с зараженными коронавирусом. Сначала пациент с подозрением на коронавирус поступает в диагностическую палату, где ему проводят полное обследование и делают тест на наличие COVID-19. Если результат положительный – больного переводят в красную зону, где и находятся палаты. Для особо тяжелых пациентов есть отдельное реанимационное отделение, рассчитанное на 7 коек. Они оборудованы пятью аппаратами ИВЛ, два из которых – экспертного класса, то есть благодаря им можно вентилировать легкие как новорожденных, так и пожилых людей. Когда заболеваемость резко выросла, на 5 аппаратов ИВЛ могли рассчитывать сразу до 10 больных. В каждой палате есть аппараты Боброва с кислородом, который медицинский персонал был вынужден провести в больницу сам из-за дефицита. На деньги больницы они закупали кислород из других областей и простые шланги из строительных магазинов. За одну ночь удалось с помощью шлангов провести кислород во все палаты.

«Первые дни к нам поступало до 100 больных. К сожалению, из этих 100 больных многих мы не смогли спасти. Это были инфицированные люди, в основном наши дедушки и бабушки, у которых низкая сопротивляемость к болезни и пониженный иммунитет. Наших врачей, наших медсестер, мы как солдатов вели в бой. С первых дней начали проводить профилактические беседы, одевание и снятие противочумных костюмов, говорили, что это нужно для спасения народа. Мы разделили больницу на красную зону, обеспечили нашим работникам отдых, чтобы даже после контакта они имели доступ к изоляции, нормальному питанию. Это делается для того, чтобы у врачей не было лишних мыслей», – вспоминает врач.

С введением карантина, как утверждает он, ситуация начала улучшаться, на данный момент в стационар поступают до 50 больных в день, однако это не исключает вероятности новой вспышки: «Вирус до конца не изучен – это новое заболевание, и прогнозировать сейчас невозможно. Будет ли вторая волна осенью или зимой – еще неизвестно. Я думаю, что это была первая волна, она пришла к нам только в марте. Скорее всего, вторая волна будет. Люди должны соблюдать карантин, даже если его отменят на государственном уровне. Нужно жить и помнить о том, что рядом невидимый враг. Нужно привыкать жить с COVID-19 – это неизбежно, это не та болезнь, которая пришла и уйдет. Я не хочу сказать, что люди сами виноваты в том, что болеют. У нас уже есть определенный опыт по тому, как вести себя, как организовать работу, как госпитализировать и лечить больных. Думаю, мы будем готовы ко второй волне».

Рекомендовано для вас