20871
17 апреля 2023

Спасти исторический Уральск

Продолжается уничтожение уникального исторического центра одного из старейших городов страны

Спасти исторический Уральск

Рустам Вафеев, Уральск, фотографии автора

Краевед и архитектор Рустам Вафеев продолжает обращать внимание на уничтожение исторического центра Уральска — на смену ему приходят новостройки, которые возводят без учета традиционной квартальной застройки. Власти города не могут решить эту проблему, а в столице на нее не обращают внимания. По мнению специалиста, спасти исторический Уральск может только специально выработанный для этой зоны архитектурно-градостроительный регламент и немедленное взятие под охрану всех архитектурно ценных, градоформирующих объектов.

18 апреля — Всемирный день охраны исторического наследия. В Казахстане, как правило, этот день проходит незаметно. Оно и понятно, гордиться особо нечем. В 2019 году вступил в действие новый Закон об охране культурного наследия. Практика показала, что он не оправдал ожиданий, наоборот, из-за его сырости вести охранную деятельность стало гораздо сложнее. Не лучше устроена и вся республиканская система охраны исторического наследия — неповоротливая, архаичная, опутанная рутинными регламентами, она неспособна полноценно реализовывать отведенные ей функции. Исторический Уральск, как своеобразный эталонный маркер, сегодня наглядно показывает все несовершенство не только охранной системы, но и принципиальную ущербность сложившихся в стране градостроительных практик в отношении сохранения и развития исторических центров городов.

Исторический центр Уральска формировался на протяжении XVII-начала XX веков. Сегодня он занимает менее 1/10 от площади всего города. Но даже эта территория значительна, она, к примеру, больше, чем исторические центры Риги, Таллина или Хельсинки.

Под охрану государства взято относительно небольшое количество зданий, в основном вдоль центральной улицы, при этом вся остальная часть исторического центра с большим количеством архитектурно выразительных зданий и комплексов, уличной планировкой начала XIX века осталась без охраны. Об опасности такой ситуации краеведы и градозащитники неоднократно предупреждали местные власти, однако чиновники ничего не желали слышать. Исторический центр был предоставлен самому себе, продолжал ветшать и бесконтрольно перекраиваться мелким частным сектором. Относительную тишину нарушали лишь периодические жалобы жильцов из старинных особняков, превращенных в коммуналки. Собственность, доведенная до состояния трущоб и развалин, в буквальном смысле падала на головы своих хозяев. Винили же в своих бедах они, кого угодно, но только не себя.

Городские власти и областная инспекция по охране памятников под предлогом ветхости согласовали снос части комплексной застройки архитектурного ансамбля бывшей Казанской площади (середина XIX века). Здания подлежат сносу без воссоздания, с заменой на типовые пятиэтажные здания. Решение противоречит генеральному плану, предполагающему воссоздание и регенерацию исторической ткани в историческом центре.

Когда Алтай Кульгинов был акимом области, местные власти «изобрели» новый способ быстрого решения вопроса ветхого жилья, так называемое государственно-частное партнерство (ГЧП). Механика его проста: городской акимат стимулирует застройщиков выкупать участки с ветхим жильем и строить на этих пятнах многоэтажные дома. Бывшим владельцам участков и ветхого жилья либо покупают на рынке квартиры, либо выдают их во вновь построенных домах, остальные квартиры продаются по рыночным расценкам. При первом взгляде, модель выглядит здраво и она работает. Буквально за несколько лет маховик ГЧП раскрутился, приобретя массовый характер. Однако, если за пределами исторического центра, где испортить что-либо сложно, к такой реновации вопросов нет, то в историческом центре первые же результаты показали, что такую политику иначе как градостроительным вандализмом назвать невозможно.

Приступая к массовой реновации, местные власти так и не удосужились выработать элементарный градостроительный регламент для исторического центра.

Вместо создания объединенной охранной зоны с жестким градорегулированием, как это, например, недавно сделано в соседнем к Уральску российском Оренбурге, местные чиновники потратили время и деньги разработку проекта детальной планировки «Ески кала». Документ, скроенный по советским лекалам, оказался крайне низкого качества и не смог что-либо регулировать. Скорее наоборот, он утвердил принцип полного сноса исторической части города, спровоцировав строительный хаос и дальнейшую архитектурную деградацию городской среды. Для исторического центра, выстроенного по дореволюционным градостроительным законам, имеющего низкую этажность и специфический архитектурный код, реновация без градрегламента стала катастрофой.

Особый, непоправимый удар наносится по ценной исторической застройке, не получившей статус объекта культурного наследия. В мировой охранной практике такую застройку называют ценными градоформирующими объектами. Это и есть тот исторический контекст, который должен определять основные архитектурные параметры реновации. В силу утраченного в Гражданскую войну городского архива, это в подавляющем большинстве безымянные объекты, без точных дат строительства, что по действующему закону, сильно затрудняет разработку обоснований для взятия их под охрану. Не является предметом охраны и историческая планировка старого города: нарезка кварталов, сетка улиц, система площадей и бульваров. Напомним, что разработанный по заказу местных властей алматинской компанией «Градо» и вступивший в силу ПДП «Ески кала» предусматривает снос всего исторического центра, за исключением охраняемой застройки вдоль главной исторической улицы города — Большой Михайловской (ныне Назарбаева). На смену исторической планировке предлагается обычная укрупнительная микрорайонная застройка с недопустимой для старого города этажностью. Саму по себе архитектуру, то есть ее стилистику, масштаб, формы, расчет высоты, нормативы плотности, обеспечение озеленением и парковками, ПДП не определяет. В Уральске вообще никто за этим не слетит. Правда, существует некий декоративный «художественный» совет с неясными полномочиями.

Неудивительно, что в таком практически градорегулирующем вакууме, девелоперы, активно поощряемые городскими властями, начали беспрепятственно уничтожать исторический центр. Под снос идет всё. Ошалевшие от вседозволенности и сверхприбылей застройщики, не глядя сносят историческую застройку, заменяя ее зданиями ужасающе низкого архитектурного качества.

Повсюду разрушаются традиционные квартальные периметры, рвутся красные линии, новые дома вылезают глухими торцами в перспективы и на уличный фронт, торчат как свечки среди низкоэтажной застройки. Но это полбеды. Пока городской акимат потирает руки от быстрого решения вопроса с ветхим жильем, стремительно приближается другая проблема. Столь быстрая застройка автоматически в разы поднимет плотность населения района, в котором очень ограниченное число социальной инфраструктуры: детсадов, школ, поликлиник, сильно изношена инженерная и дорожно-транспортная инфраструктура. Однако никто вкладываться в исторический центр не собирается, хотя девелоперы вовсю рекламируют «прелести» жизни в «обжитом районе со сложившейся инфраструктурой». Улучшать эту инфраструктуру город от них не требует. Не имея обременяющих затрат на социалку, благоустройство и много другое, застройщики, получая без излишних усилий неплохую маржу, могут строить как в степи. И они именно так и строят, бездарно транжиря условно дорогую землю, привязывают, как получится скачанные чуть ли не в интернете безликие типовые проекты, экономя на качественном индивидуальном проектировании. Население, живущее в подавляющем большинстве за пределами исторического центра, метаморфозы старого города не интересуют. Хотя городские власти, завесив остановки общественного транспорта баннерами типа «Орал тарихи шаhaр» пытаются привить обывателям чувство гордости проживания в историческом городе. Жители самого исторического центра, томятся сладостным ожиданием уникального шанса поменять свое ветхое жилье на отдельную благоустроенную квартиру.

Так, на четвертом десятке лет независимости, исторический Уральск стал окончательно уходить в небытие. Пока немногочисленные архитекторы и урбанисты новой волны пытаются обратить внимание соотечественников на необходимость сохранения уникальности каждого города, недопустимости бездумного распространения в периферии столичной практики массовой безликой застройки высокой этажности, власти Уральска делают все ровно наоборот, втихую уничтожают уникальный исторический центр одного из старейших городов страны, хаотично застраивая его архитектурно низкокачественной застройкой.

В Уральске, в центральной его части есть протяженные зоны сплошной исторической застройки, уже взятые под охрану. Но и там, как можно догадаться, ситуация далека от идиллии. Я уже неоднократно озвучивал свое мнение, что Уральск не в состоянии самостоятельно за свой скромный городской бюджет содержать и развивать эти зоны, поэтому они продолжают деградировать. Обитатели и владельцы этих зданий придерживаются принципа, если это все охраняется государством, пусть оно само и печется о них. Практики особых государственных программ по развитию таких комплексов в современном Казахстане не существует, а местные власти не спешат брать на себя инициативу по формированию таких запросов от центра.

Ситуация в Уральске наглядно демонстрирует катастрофическое состояние архитектурно-градостроительной и охранной деятельности в стране в целом. На смену советской системе пришла многократно ухудшенная ее копия. Местные власти, испытывая кадровый голод, нехватку специалистов, мизерные бюджеты, не в состоянии самостоятельно качественно решать сложные вопросы текущего и перспективного градорегулирования и планирования. Разрабатываемые по их заказам в столичных организациях генпланы, ПДП или дизайн-коды выходят низкого качества. Собственных независимых экспертов на местах нет, практика привлечения их со стороны отсутствует. Изучать зарубежный опыт, даже в соседних городах нет ни желания, ни соответствующей квалификации. Население, никак не вовлекаемое в процесс обсуждений, как правило, взирает пассивно на всю эту «непонятную», но крайне важную по долгосрочным последствиям для всех проектную работу.

Есть ли вообще какой-то выход в сложившейся ситуации? В Уральске, как и в любом другом областном центре при местном управлении культуры существует областная инспекция по охране памятников. По существующим законам, в ее компетенцию входит только охрана того, что уже вошло в охраняемый государственный реестр. Но под охраной в старой части города уже находится немало объектов, вокруг которых утверждены локальные зоны охраны. Эта вынудило архитектурно-строительную службу городского акимата сделать инспекцию первым окном согласований для застройщиков. Появился слабый фильтр, способный хоть как-то противостоять строительной анархии в старом городе. Если у городского акимата не хватает компетенции и желания понять, что методы застройки в старом городе должны отличаться от застройки в голой степи, то в инспекции, поневоле уже складывается понимание приемлемых принципов градорегулирования в историческом центре. Было бы разумно делегировать инспекции полный контроль застройки старой части города, усилив эту службу необходимыми полномочиями, персоналом и техникой. Напомним, самостоятельно эту работу городской акимат решить не смог. Спасти исторический Уральск сегодня может только специально выработанный для этой зоны архитектурно-градостроительный регламент и немедленное взятие под охрану всех архитектурно ценных, градоформирующих объектов. Пока этого не произошло, исторический Уральск стремительно исчезает. А посему, всем интересующимся стариной, архитекторам и урбанистам, можно лишь предложить поторопиться приехать в Уральск, дабы документально зафиксировать процесс уничтожения его исторического центра. Завтра уже будет поздно.