13286
28 марта 2024
Паоло Сорбелло, фото с сайта tal-oil.com

Почему Италия не главный импортер казахстанской нефти?

Более десяти лет статистика Казахстана показывает, что Италия является его крупнейшим импортером нефти. Но расчеты явно ошибочны.

Почему Италия не главный импортер казахстанской нефти?

18 января 2024 президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев посещал Рим, чтобы встретиться с президентом Италии Серджо Маттареллой и премьер-министром Джорджией Мелони. Ссылаясь на его заявления, казахстанские СМИ повторили то, что официальные лица страны говорят уже много лет: «Италия входит в тройку крупнейших стратегических торговых партнеров и является основным пунктом назначения экспорта казахстанской нефти». Но это искажает роль Италии в европейских нефтяных потоках и дает основания переоценивать казахстанско-итальянские отношения.

Read this article in English.

Поездка Токаева в Италию состоялась почти через десять лет с момента последней официальной встречи руководства двух стран. В 2015 году тогдашний президент Нурсултан Назарбаев посетил Италию и встретился с ее на тот момент премьер-министром Маттео Ренци. Годом ранее Ренци встречался с Назарбаевым в Казахстане.

Важно отметить, что и в 2014, и в 2015 году Ренци и Назарбаев подписали документы по укреплению сотрудничества между двумя странами, особенно в энергетическом секторе.

Итальянские компании Казахстана участвуют в двух из трех крупнейших нефтегазовых месторождений страны – Карачаганаке и Кашагане, а инвестиции в эту отрасль идут уже более 30 лет.

Однако распространенное утверждение о том, что Италия последние 10 лет является крупнейшим потребителем сырой нефти в Казахстане вводит в заблуждение. Уже несколько лет оно является ошибочным.

Пример искаженной статистики, часто публикуемой в казахстанских СМИ. Telegram-канал: Energy Analytics.

«Через Италию», но не «в Италию»

Около 80% экспорта казахстанской нефти перекачивается через Каспийский трубопроводный консорциум (КТК). Это крупный трансграничный трубопровод, который берет начало в Атырауской области и огибает Каспийское море в направлении российского морского порта Новороссийск.

С момента запуска в 2001 году КТК стал основной инфраструктурой для экспорта нефти из Казахстана. А продажа углеводородов является ключевой составляющей ВВП страны.

«Производительность КТК в 1,4 млн. баррелей в день может быть грубо переведена в два танкера в день», — сказал в интервью Власти ведущий аналитик по сырой нефти компании Kpler Виктор Катона.

Однако попав в Новороссийск, казахстанская нефть идет по непредсказуемым и трудно отслеживаемым маршрутам.

Из отраслевых данных мы знаем, что нефть, разгружаемая на морских терминалах Новороссийска, перегружается на нефтяные танкеры, часто принадлежащие нефтетрейдерам. Затем она отправляется через Черное и Средиземное моря по направлениям, соответствующим запросу рынка. Цена каждой партии одной и той же нефти может различаться в зависимости от посредников, пункта назначения и рыночных котировок.

Порт Триест на северо-востоке Италии является одной из основных точек входа казахстанской нефти в Европу через КТК. Отраслевые консультанты Kpler вкратце писали, что «Италия традиционно является основным импортером нефти через КТК, на которую приходится около трети поставок, направляемых в Европу».

Но Катона предупредил, что к этому заявлению следует относиться с недоверием.

«Вы можете видеть, что в Триест направляются огромные объемы нефти, но они не могут считаться “итальянскими”. Триест, скорее, служит воротами для клиентов, не имеющих выхода к морю», — рассказал Катона в интервью Власти.

Короткая остановка в Триесте

Нефть, разгруженная на морском терминале КТК и направляемая в сторону Италии, в большинстве случаев достигает порта Триест. В 2023 году около 76% нефти КТК, отправленной в итальянские порты, попало в Триест. Согласно отраслевым данным, в 2022 году эта доля составляла 85%, а в 2021 году — 89%.

По словам Катона, порт Триеста имеет свои специфические особенности.

«Триест интересен тем, что не обслуживает итальянских клиентов. Когда вы видите, что нефть поступает в Триест, она лишь технически заходит на территорию Италии. То есть она не будет переработана в самой Италии. Чтобы понять сколько нефти потребляет Италия, нужно не учитывать объемы, поступающие в порт Триест», — сказал Власти Катона.

Как только нефть через КТК достигает порта, она сразу же направляется в Трансальпийский трубопровод (TAL). Это энергетическая инфраструктура, протяженностью 753 км, которая связывает порт Триест с нефтеперерабатывающими заводами в Австрии, Чехии и Германии.

Согласно сайту компании, нефть, поступающая через TAL, покрывает «нефтяные потребности Австрии (90%), Чехии (50%) и южной Германии (100%)».

В беседе с Властью представитель трубопровода TAL подтвердил, что нефть, прибывающая в порт Триест, напрямую загружается в систему трубопроводов, а затем отправляется на нефтеперерабатывающие заводы в другие страны Европы.

«Нефть, которую мы получаем из Казахстана, не “поступает” в Италию. Она транспортируется по нашему трубопроводу на нефтеперерабатывающие заводы, совладельцами которых являются наши акционеры в Германии, Австрии и Чехии», — сказал представитель TAL.

«Технически речь должна идти о том, что Казахстан поставляет нефть в Германию, Австрию или Чехию», — поясняет Катона.

Триест – «свободный порт», основанный в 1719 году императором Австрии Карлом VI. В 1947 году в рамках соглашений, заключенных после Второй мировой войны, был подтвержден ее «экстерриториальный» правовой и финансовый статус.

Несмотря на географическое расположение в Италии, товары и продукты, прибывающие в порт Триест и предназначенные для отправки в другие страны, технически не попадают на итальянскую землю.

Казахстанская нефть, экспортируемая через КТК, ввозится в порт Триест танкерами, которыми управляют акционеры TAL или трейдеры, являющиеся партнерами TAL.

На своем сайте TAL указывает ряд нефтяных компаний и трейдеров (OMV, Shell, Роснефть, Eni, C-BLUE B.V. (Gunvor), ExxonMobil, Mero, Phillips 66/Jet Tankstellen и Total) в числе своих акционеров.

Маршрут трубопровода TAL и нефтеперерабатывающие заводы, которые он обслуживает. Фото с сайта tal-oil.com

В 2023 году Shell, «Роснефть», Phillips и ExxonMobil были акционерами нефтеперерабатывающего завода MiRo в Карлсруэ на юге Германии (ExxonMobil согласилась продать свои 25% акций в октябре прошлого года), куда поставки в основном идут через TAL.

Нефтеперерабатывающий комплекс Нойштадт и Вобург на юге Германии, также обслуживаемый TAL, принадлежит некоторым акционерам TAL (швейцарским Varo Energy, Роснефти и Eni). Зарегистрированная на Кипре компания Gunvor, еще один акционер TAL, владеет нефтеперерабатывающим заводом в Ингольштадте на юге Германии.

Австрийская OMV владеет нефтеперерабатывающим заводом в Бургхаузене в Германии и нефтеперерабатывающим заводом в Швехате в Австрии, сырье которым поставляется через TAL.

Трансальпийский трубопровод также перекачивает нефть на чешские нефтеперерабатывающие заводы Литвинов и Кралупы, которые лишь недавно стали потенциальным направлением поставок по трубопроводу «Дружба».

Примечательно, что некоторые из основных акционеров TAL (Shell, Eni, ExxonMobil и Total) также владеют долями в трех крупнейших месторождениях Казахстана, которые поставляют свою продукцию в систему КТК.

«Объемы этих компаний на рынке Казахстана на самом деле отражают их доли в этих трех месторождениях. И они склонны “забирать нефть домой”», — сказал Катона, имея в виду нефтеперерабатывающие заводы, в которых эти компании владеют долями.

НК «Казмунайгаз» (КМГ) также торгует нефтью, добываемой на трех крупнейших месторождениях и экспортируемой через КТК. КМГ владеет небольшими долями месторождений Тенгиза, Кашагана и Карачаганака.

Токаев и Маттарелла в Риме. 18 января 2024 года. Фото с сайта akorda.kz

Переоценка объемов

В первый год войны России в Украине порт Триест показал лучшие результаты по перевалке грузов, увеличив выгрузку контейнеров на 17% по сравнению с 2021 годом.

По данным TAL, которая перенаправляет сырую нефть, поступающую в порт Триест, поставки нефти тоже остаются стабильными.

В 2022 году TAL прокачала по своей трубопроводной системе 37 млн. тонн нефти. Около 11 млн. тонн (или 30%) от этого объема пришло из Казахстана. Представитель TAL подтвердил в телефонном разговоре, что данные о поставках в 2023 году не будут отличаться от данных предыдущего года.

Согласно статистике Казахстана, отражающей объемы поставок в Триест, общий объем экспорта нефти в Италию в 2022 году составил более 18 млн. тонн. Только около трети этого объема достигло итальянских нефтеперерабатывающих заводов. Как только объемы, поступающие в Триест и затем направляемые за пределы Италии будут снижены, Италия станет всего лишь одним из многих основных экспортных направлений Казахстана. Как показывает немецкая статистика, крупнейшим импортером казахстанской нефти в 2022 году должна была бы стать Германия с 8,5 млн. тонн (четвертое место после России, Норвегии и США).

Для Италии Казахстан является лишь пятым по величине источником импорта нефти после Азербайджана, Ливии, Ирака и США.

Меньшие объемы казахстанской нефти поставляются в итальянские порты Милаццо, Аугуста, Генуя и Анкона, каждый из которых связан с местными нефтеперерабатывающими заводами. Расположенный недалеко от порта Огаста нефтеперерабатывающий завод ISAB, проданный российским «Лукойлом» компании GOI Energy в конце 2023 года, фактически перерабатывает большую часть казахстанской нефти, экспортируемой в Италию.

Друг или враг

Европейские нефтеперерабатывающие заводы, совладельцами которых были либо российские «Роснефть», «Лукойл», либо их давние партнеры, перерабатывали как тяжелую (Urals), так и легкую (CPC) сырую нефть. По словам Катона, некоторые нефтеперерабатывающие заводы в Германии используют смесь CPC в качестве «осветляющего сырья для смешивания с более тяжелыми сортами, которые они покупают на рынке». CPC является одной из самых дешевых легких сортов нефти на рынке.

С февраля 2022 года, а точнее после введения европейских санкций в декабре 2022 года, российская нефть марки Urals стала менее привлекательной и более рискованной для европейских нефтеперерабатывающих заводов, которые переключились на другие сорта. По мнению аналитика итальянского нефтеперерабатывающего завода, это сделало казахстанский сорт CPC менее восстребованным для некоторых направлений в Средиземноморье.

«По сравнению с предыдущими годами, в последние месяцы мы видели меньше нефтяных танкеров, перевозящих нефть из Казахстана», — сказал Власти аналитик на условиях анонимности.

Катона предположил, что это сокращение связано с сокращением поставок сорта Urals.

«Российские санкции имеют к этому отношение. НПЗ покупали нефть марки Urals и CPC, чтобы смешать их. Теперь, когда Urals покупать стало нельзя, необходимость закупать CPC уменьшилась», — поясняет он.

Когда Казахстан и Германия приветствовали запуск «нового» нефтяного трубопровода «Дружба», который проходит через Россию и в реальности существует еще с советских времен, представители отрасли поднимали брови от удивления.

Несмотря на то, что это не отражено в казахстанской статистике, Германия на самом деле покупала нефть по трубопроводу TAL на протяжении десятилетий. В 2023 году изменилось лишь то, что ранее «токсичный» трубопровод, по которому перекачивалась смесь казахстанской и российской нефти, теперь используется для транспортировки нефти только из Казахстана. Это позволило освободить трубопровод от западных санкций.

Нефть, отправляемая через «Дружбу» на нефтеперерабатывающий завод Шведт в Германии, теперь поступает напрямую из Казахстана. Но эксперты говорят, что ее трудно отличить от предыдущей смеси, в которой была российской нефть Urals (более тяжелый сорт, чем смесь CPC, но похожий на другие сорта нефти из Казахстана).

Стремясь обозначить различие между нефтью Казахстана и Urals, в июне 2022 года правительство предложило провести ребрендинг своей нефти в KEBCO (Казахстанская экспортная смесь сырой нефти).

Проблема в том, что по научным меркам между ними нет никакой разницы. В конце 2022 года Маркус Хау, руководитель отдела анализа консалтинговой компании по политическим рискам VE Insights, сообщил Власти, что: «Казахстанская нефть, поставляемая по трубопроводу в Самару, может быть смешана с российской нефтью, и ее будет трудно распознать».

Дискуссия на тему «Германии как нового экспортного направления Казахстана» могла быть, скорее, попыткой обелить непрозрачные поставки через «Дружбу», чем искренней радостью по поводу появления нового экспортера, учитывая незначительные объемы. По сравнению с 54 млн. тонн нефти, экспортированными через КТК в 2023 году, объемы казахстанской нефти, отгруженной через «Дружбу» с маркировкой KEBCO, за год не превысили 1 млн. тонн.

Зависимость Казахстана от транзита нефти через Россию является структурной проблемой, которую правительство вряд ли решит в ближайшее время. КТК показал, как реальные или сфабрикованные препятствия на российской стороне могут подорвать эту ключевую для казахстанского экспорта инфраструктуру. Отраслевые аналитики прогнозируют, что при максимальном годовом объеме перекачки нефти через «Дружбу» в 12 млн. тонн, поставки CPC по-прежнему будут существенно превышать поставки KEBCO.

И когда местные СМИ в Казахстане перепечатывают пресс-релизы о том, что Болгария становится «новым покупателем» 70 тыс. тонн KEBCO, нужно помнить о том, насколько небольшое значение этот объем имеет для государственного бюджета Казахстана.