Как миграция меняла Казахстан

Ирина Галат,Vласть

Фото Жанары Каримовой

Дефицит высококвалифицированных кадров, урбанизация, межэтническое согласие, отсутствие консолидации европейских народов – основные тезисы постсоветской реальности в Казахстане, связанные с массовой эмиграцией граждан. После распада Советского Союза национальный состав населения страны кардинально изменился: доля русских сократилась почти в два раза, доля казахов во столько же увеличилась. Значительные изменения коснулись и других этносов.

  • Просмотров: 18661
  • Опубликовано:

По данным переписи за 1989 год, в Казахстане две основные этнические группы составляли казахи и русские – 6,5 млн и 6,3 млн человек соответственно. На начало 2016 года казахов насчитывалось уже 11, 7 млн, а русских 3,6 млн человек. При этом если почти три десятка лет назад на данные две группы приходилось 77,5% населения, то сейчас 87%. А это значит, что Казахстан становится более моноэтническим. Причина заключается как в росте коренного населения, так и в оттоке представителей других основных европейских народов: доля немцев в общем составе населения сократилась с 5,8% до 1%, украинцев с 5,4% до 1,6%.

Более подробно об изменении этнической карты Казахстана можно посмотреть здесь.

Миграционные процессы, а тем более столь масштабные, несомненно, отразились не только в целом на структуре населения, но также и на социально-экономических, культурных, религиозных и других отношениях. Рассмотрим некоторые из них. 

Демография

Факторы, характеризующие сегодняшнюю структуру населения, на самом деле не столь очевидны. Причина не только в самой миграции, как сразу может показаться, но и в опосредованных с ней процессах.Например, показатели рождаемости и смертности зависят как от социально-экономических, медицинских и других условий в государстве, к которым многие прибегают для объяснения тех или иных демографических процессов, так и от цикличности всплесков и спадов рождаемости в прошлом. 

Демограф, доктор исторических наук, профессор кафедры истории Казахстана Восточно-Казахстанского государственного университета им. С.Аманжолова Александр Алексеенко отмечает, что в 1990-е годы показатели естественного прироста в стране снизились. Причем снизились они у всех этносов:

«Общая ситуация в стране зависела, в основном, от демографических установок двух наиболее многочисленных этносов – казахов и русских. У русских проблему определяла эмиграция, вымывающая значительную часть населения репродуктивного возраста. Помимо этого, неопределенная ситуация начального этапа суверенного развития привела к сокращению рождаемости и у тех, кто остался в Казахстане. Падение рождаемости у казахов связано, в основном, с кризисом, поразившим постсоветское пространство. Тем не менее, уровень рождаемости у них оставался более высоким, чем у европейских этносов, но этого было недостаточно, чтобы сохранить демографическую ситуацию 80-х годов. Начинается падение рождаемости в целом, несмотря на молодую возрастную структуру казахского населения.

Позже, в 2000-е годы, наблюдался рост, обусловленный как объективными, так и субъективными факторами. К объективным можно отнести то, что в это время в брачный, репродуктивный возраст вступило поколение 1980-х годов рождения – детей бэби-бума 1950-1960-х. И поэтому показатели рождаемости начали расти, а смертности снижаться».

«Основная смертность приходится на возрастные группы старше 60 лет, но удельный вес этого поколения уменьшился вследствие молодой структуры казахов, русских же просто стало меньше. В результате негативное влияние смертности снизилось, и начался демографический бум, который в определенной степени продолжается и сейчас», - подчеркивает эксперт.

Субъективный фактор – это поддержка государства, которая проявляется в виде финансовой помощи (пособия по беременности и родам, уходу за ребенком до года). А также возврат общества к традициям, где очень важной составляющей является большая семья. 

При этом Александр Алексеенко отмечает, что смена этнодемографического состава постепенно привела к росту демографических показателей. Это обусловлено сокращением европейского населения, а, следовательно, и уменьшением негативного демографического влияния на общую ситуацию. Европейцам свойственна небольшая рождаемость и более высокая смертность (старая возрастная структура). Сейчас 70% населения составляют казахи, поэтому демографические показатели растут.

О том, что у казахов высокая рождаемость говорит и социолог, руководитель Общественного фонда «Центр социальных и политических исследований «Стратегия» Гульмира Илеуова, но подчеркивает, что недостаточная. Средний состав семьи, по данным Фонда, составляет 4 человека – это простое воспроизводство. Для расширенного производства в семье должно быть трое детей.

Также она обращает внимание на то, что чем больше казахи переезжают в город, тем ниже у них рождаемость: «Но поскольку физический процесс миграции осуществляется, например, сейчас, то в данный момент эти сельские жители (живущие уже в городе – прим. V) демонстрируют то же самое поведение, которое они бы демонстрировали, живя в сельской местности. И только на следующем поколении проявляется чисто городское поведение – это тоже надо учитывать».

Труд

Здесь также происходит так называемое «этническое замещение». Но последствия более сложные и многообразные, нежели в демографическом варианте. Проблема, по словам Алексеенко, заключается в том, что в Казахстане в советское время сложилась четко выраженная этническая дифференциация социальной, экономической деятельности, системы расселения и т.д.

«То есть русские и европейские этносы в целом определяли ситуацию в городах, занимали соответствующие ниши, казахи в массе своей проживали в сельской местности. - объясняет эксперт. - Так как европейское население выбывает, их начинает замещать поток из села в город. Количественное замещение идет быстро, но качественно этот процесс очень долгий. Потому что эмиграция - сиюминутный фактор, а замещение высокопрофессиональных работников – долгий процесс, на их подготовку требуются многие годы. Поэтому сейчас некая яма образовалась - одни уехали, а вторые еще полностью эти дыры не успели закрыть».

При этом он отмечает, что довольно успешно были замещены приоритетные ниши: властные структуры, образование, культура и т.д. И этому есть простое объяснение - эти кадры были подготовлены еще в советское время.

«Если брать 1980-е годы, то самый высокий уровень высшего образования (показатель на 10 000 представителей своего этноса) был у казахов. Это не потому, что имели место какие-то преференции, а потому что у казахов в студенческий возраст вступило поколение демографического взрыва - люди, родившиеся в 1950-60-е годы. И поэтому казахстанская молодежь в 1970--1980-х годах, причем молодежь с высшим, незаконченным высшим образованием, в основе своей была представлена казахами. Поэтому культурно-образовательная, властная ниши в начале суверенитета в целом профессионально были замещены, так как кадры были уже подготовлены, еще в советское время. А вот замещение в индустриально-инженерной сфере идет гораздо медленнее. И здесь есть проблема в социально-экономическом плане», - подчеркивает демограф. 

Алексеенко в своих рассуждениях возвращается в советское время, где все городские ниши в Казахстане: промышленные, властные, социальные были максимально русифицированы. И весь их алгоритм был построен на основе русского языка. В этом, по его словам, сейчас и заключается проблема смены этнического вектора – население, прибывающее в города и занимающее соответствующие ниши, вынуждено встраиваться в эту сформировавшуюся социальную структуру, функционирующую на русском языке.

«Это вызывает ряд вопросов у некоторых деятелей культуры, образования, искусства, представителей национал-патриотических движений, обеспокоенных статусом казахского языка. Но я повторяю, что это вполне объективный фактор переходного периода - быстрая его ломка привела бы к хаосу. Идет медленная постепенная замена. Процесс не может быть быстрым. И к этому нужно относиться соответствующе», - говорит Алексеенко.

Культура

Отразилась ли смена этнического состава в Казахстане на быте и культуре проживающих в нем этносов? Происходит ли ассимиляция некоренных народов, их консолидация или какие-либо другие изменения, которые были несвойственны казахстанцам до распада Советского Союза?

Александр Алексеенко считает, что казахская культура пока незначительно влияет на культуры других народов.

«Процесс идет, но люди его не фиксируют, потому что он идет очень медленно. Человек постепенно погружается в эту среду. Это четко начинаешь понимать, когда выезжаешь в другую страну. Быстро начинает домой тянуть - в Усть-Каменогорск, Казахстан», - говорит он.

«Если же взять движение двух сторон – казахов к русским и русских к казахам, то казахи шли к русским быстрыми шагами, а русские практически стояли на месте. Казахи очень активно социально впитывают всё что есть: другие языки, культуру, общение и прочее, развивая одновременно национальную культуру. И в этом их сила, перспектива, имеется исторически сложившийся алгоритм познания нового, что позволит уверенно чувствовать себя в непредсказуемом будущем. К сожалению, русские просто стоят на месте и ждут, а если и двигаются навстречу, то очень медленно.

Сейчас наиболее сложная экономическая ситуация у казахов, которые приезжают в город из сельской местности. Образование стоит больших денег, жилья нет, работы нет, в том числе и потому что нет образования. Они приезжают в город, видят тех же русских, которые живут в квартирах со всеми удобствами…и вот здесь может возникнуть некоторое недопонимание. Мало кто проводит анализ, что для того, чтобы получить эту квартиру, люди целыми поколениями жили в бараках, ждали эту квартиру по 20 лет в общежитиях. Человек видит факт – вот мы, которые живут на окраинах, на дачах. И вот они, живущие в хороших условиях. И на этом стыке возникают негативные эмоции. Но это объективная данность. Проблему надо изучать, включать рациональный подход, постараться исключить эмоциональное восприятие сложных и неоднозначных вариантов развития полиэтничного общества», - заостряет внимание Алексеенко. 

Он также добавляет, что сейчас идет постепенное внедрение казахской культуры в европеизированное городское пространство. Казахский этнос постепенно укрепляется в городах, чего раньше никогда не было. И сейчас происходит мощный модернизационный процесс – урбанизация.

«Он идет болезненно, как это всегда происходит во всех модернизациях в мировой истории, вызывает массу критических замечаний, причем с разных этнических сторон. Политическую независимость можно приобрести быстро, а все остальные компоненты (культура, образование, экономика и т.д.) идут медленно и болезненно. Один из возможных вариантов – город начнет переделывать новых своих жителей, т.е. европеизировать, вестернизировать, как происходит во всем мире», - предполагает он.

Объясняется это тем, что город находится практически вне этничности, город действует по определенным стандартам, которые одинаковы во всем мире: «Горожане становятся "людьми мира", но при этом они частично теряют свою этническую культуру. Теряется масса компонентов этнической культуры. Почти уходит этническая выраженность материальной, экономической культуры».

«Основы этничности складываются в традиционном аграрном обществе. В чистом виде перенести аграрно-патриархальный культурный компонент в города практически нереально. Надо искать компромиссы. И это вызывает массу дискуссий в Казахстане, как и во всем мире. Все зависит от того, как это может пройти», - добавляет эксперт.

Аналогичного мнения по поводу культурных процессов придерживается и Гульмира Елеуова: «Я считаю, что казахскую культуру другие культуры особо не впитывают в себя. Какой-то адаптации тем более ассимиляции нет. Есть какие-то общие вещи, но, не думаю, что это глубинное присвоение. Но какие-то переходные формы, промежуточные варианты они все-таки у тех этнических групп, которые проживают в Казахстане, наблюдаются».

«Полного процесса единения культур я не наблюдаю, но то, что сейчас идет переходный момент принятий, спокойного восприятия казахских элементов в общем пространстве, мне кажется, он есть. И с точки зрения языковой ситуации мы наблюдаем, что все больше людей используют два языка: казахский и русский. Они об этом говорят, когда отвечают на вопрос: "Какой язык вы используете дома при общении?», - говорит она.

Социолог отмечает, что в стране происходит языковое замещение, идет увеличение количества носителей и в том числе использование казахского языка на телевидении. При этом резкого изменения насильственного использования в семье Гульмира Елеуова не наблюдает: «Люди разговаривают на тех языках, на которых им удобно. При этом постепенно увеличивается доля тех, кто использует два языка».

Она также отмечает, что казахстанцам присущ фактор умения жить рядом с другими этническими группами: «Люди привыкли всегда оглядываться по сторонам, чтобы не сказать лишнего, так как вдруг кто-то рядом другой. Система норм жить в сложном обществе присутствует. Я думаю, что это нас очень сильно отличает от других моноэтнических стран». 

Межэтническое взаимодействие

Межнациональные процессы всегда находятся в центре внимания как исследователей, так и общества в целом. Конфликты на этой почве в любой стране мира вызывают не просто интерес, а обеспокоенность у разных групп населения. Казахстан не является исключением, тем более, что в социальных сетях подобные вопросы периодически жарко обсуждаются. Но в основном это и заканчивается там – в Интернете. В реальной же жизни уровень межэтнической конфликтности низок и несет в себе социально-экономические причины, а не национальные.

Гульмира Илеуова обращает внимание на то, что Конституция Казахстана дает одинаковые права всем гражданам страны вне зависимости от их национальности. Никаких преференций для какой-либо особой группы в стране нет. Также социолог подчеркивает, что изменения этнического состава населения в стране происходили постепенно, а не резко, что как раз и могло повлиять на какие-то фундаментальные вещи.

По ее словам, постепенность выражается не только в физическом отъезде из страны, но и в процессе той же социализации.

«В любом случае все люди вне зависимости от этнического состава, которые проживали на территории Казахстана, несли в себе все эти родовые черты людей советских. И если мы говорим про социализацию, то и школа все еще долгое время остается советской, и высшая и средняя, то есть мы все еще находимся в этом пространстве. И поэтому процесс социализации - передачи разных ценностей, не только культурных, политических идут с этой точки зрения довольно равномерно и плавно. То есть этнический состав в данном случае не является самым важным фактором, а является фактор идеологического, мировоззренческого, культурного бэкграунда того населения, который на территории все еще проживает. По всем нашим социологическим данным, нет резкого разрыва в ценностях, самых главных мировоззренческих ориентациях разных поколений людей. В принципе процесс передачи, в том числе, культурного кода идет постепенно»,- поясняет она.

«Второй фактор связан с казахами. Всё, что, во-первых, было запрещено, всё, что было забыто, или всё, что в советские годы казалось несовременным, архаичным это всё начинает возрождаться. И всё это возрождается под разным соусом. Есть возврат к традициям, на который влияют экономические факторы. Та же родовая структура еще в 90-е годы в качестве экономического фактора имела огромное значение. Это процесс поддержки в условиях экономического кризиса, это возможность апеллировать к расширенной семье, чтобы получить какую-то помощь. На данном этапе я вижу, что за 20 лет, все эти штуки, которые нам казахам, казались очень интересными, важными, постепенно спокойно вошли в сознание современных людей. Но если они не играют важной современной роли, они просто остаются на периферии. В том числе я вижу то же самое по поводу жузовой структуры», - делится Илеуова.

Что касается происходящих в обществе процессов идентификации, то по данным социологических исследований Фонда, они сейчас не являются очень востребованными.

«Они просто наигрались с ними. Ими разрешено пользоваться, они присутствуют в общем информационном поле, но если они не показывают свою экономическую, социальную значимость, соответственно к ним апеллируют только в тех случаях, когда в них есть какая-то необходимость. Но в целом в повседневной жизни как-то апеллировать к ним просто мало смысла», - объясняет она. 

Илеуова подчеркивает, что в общей массе у людей сложилась примерно одинаковая система ценностей, которую они предъявляют для своих детей, и соответственно, для государства и той среды, в которой они проживают. И это как раз и является залогом стабильности общества.

«Есть группы, стабильно процентов 10, которые говорят, что испытывают определенные напряжения. Если мы уточняем какие, то речь идет, конечно, о бытовых случаях. Они распространены в разных регионах по-разному, но, например, в моноэтнических обществах случаев бытовых конфликтов меньше, в регионах и в городах, где концентрация населения выше, этническая представленность тоже более широкая, то здесь случаев больше, чем в сельской местности», - поясняет она.

По ее версии, причины носят в основном социально-экономический характер, то есть чаще всего представители не могут поделить какие-то экономические ниши и, соответственно, там возникает определенная напряженность.

«У нас сейчас заметно ухудшилась социально-экономическая ситуация. Мы, по нашим данным, видим, что люди себе не могут позволить те вещи, которые могли в более благоприятной экономической конъюнктуре», - подчеркивает она.

При этом эксперт отмечает, что эти процессы являются не столь линейными в миграционных вопросах, как, например, может оказаться уход действующего президента. Согласно исследованиям Фонда, русские обеспокоены этим фактором и вытекающим из него вариантом смены вектора этнической политики.

Также русские озабочены возможным снижением статуса русского языка в стране. Об этом говорит заведующая отделом диаспоры и миграции Института стран СНГ (Москва) Александра Докучаева.

«Мы это наблюдали. Как только какой-нибудь сенатор, а уж тем более президент говорят по поводу того, что русский язык будет меньше использоваться или как сейчас казахский язык переводят на латиницу, возникает напряжение», - подмечает она.

Что касается консолидации различных этнических групп, то, по мнению экспертов, ее как таковой среди европейских народов нет.

«Я не думаю, что у европейских народов есть потребность в этнической консолидации, потому что они максимально разъединены. У нас нет диаспоры в классическом виде. Городские жители индивидуализированы и немногие идут на такие виды консолидаци. Диаспорального сознания нет», - говорит Александр Алексеенко.

Гульмира Илеуова придерживается такого же мнения, но добавляет, что у русских есть один объединяющий фактор «электорат действующего президента у русских составляет 100%»: «То есть у казахов больше вариантов выбора, нежели у русских. Русские однозначно выбирают президента Назарбаева и голосуют за него. В этом смысле есть консолидация».

Александра Докучаева обращает внимание на то, что «русские, живущие в странах Азии, вообще не конфликтные». Для них характерна «позиция стороннего наблюдателя»

«Но в то же время перевод казахского языка с кириллицы на латиницу многими воспринимается как еще один шаг к удалению от России, опосредованно так. И после этого объявления резко возросло число желающих переехать по программе. Это объективный показатель. Резко возросло число тех, кто обращается в консульство (России – прим. V) с желанием подать документы на выезд из Казахстана по программе содействия добровольному переселению», - отмечает она.

«Русские голосуют ногами по поводу всех несогласий или раздражений, которые они там чувствуют (…) Русские не конфликтуют, они уезжают», - говорит Докучаева. При этом эксперт не конкретизировала, на какие данные она опирается, говоря о возросшей эмиграции и не указала конкретных цифр.

Она также считает, что как только в России смягчится законодательство в отношении легализации получения гражданства хотя бы для соотечественников, поток миграции из постсоветских азиатских стран увеличится. Но в первую очередь это произойдет не из Казахстана, а из других Среднеазиатских стран, где положение в экономике менее благополучное, чем в Казахстане.


Как поменяется миграция

Несмотря на кардинальные изменения этнического состава населения Казахстана с момента распада Советского Союза и по сегодняшний день, страна не испытала сильных потрясений на этой почве. Изменения происходили постепенно, что, вероятно, и обусловило достаточно стабильное и спокойное сосуществование этносов. Основными болевыми точками и возможными очагами напряженности является не этнический фактор, а социально-экономический. Чем выше благосостояние народа, тем ниже вероятность возникновения каких-либо конфликтов, в том числе и на этнической основе.

К тому же Казахстан очень неоднородный как в региональном разрезе, так и в разрезе городских и сельских поселений. Те же демографические, социально-экономические показатели, языковые, культурные и бытовые особенности очень разнятся в зависимости от мест проживания людей.

Также в современном Казахстане происходит процесс урбанизации, который впоследствии скажется и на этнической самоидентификации коренного народа, так как город стирает этнические особенности.

Дефицит высококвалифицированных кадров особенно в производственно-технической сфере, начавшийся в постсоветский период, сегодня еще имеет место, но процесс замещения кадров, несомненно, идет.

Вопрос оттока европейских народов из Казахстана в будущем будет зависеть от ряда факторов: социально-экономического благосостояния, статуса русского языка, смены руководства страны, программ поддержки переселения соотечественников в других государствах.

В материале использованы статистические данные с сайта Википедия, комитета по статистике МНЭ РК