30320
9 ноября 2020
Светлана Ромашкина, Vласть, фотографии Жанары Каримовой

«Наверное, золото — наша беда»

Как жители поселка Аксу Акмолинской области объединились против строительства нового предприятия по добыче золота

«Наверное, золото — наша беда»

В этом году жители Степногорска, поселков Аксу и Бестобе начали борьбу против строительств заводов, карьеров и складов с отходами, содержащими полихлорированные дифенилы. У каждого из этих населенных пунктов разный противник и собственная, еще далеко не оконченная история противостояния, о чем Vласть подробно расскажет в серии репортажей из Акмолинской области. Первым объединился и «поднялся» Аксу.

«Золотая нищета»

С каждым годом Казахстан увеличивает добычу золота. Если в 2014 году извлекли 49,2 тонны, то в 2017 - 85 тонн. Золото добывают в нескольких регионах, в том числе и в Акмолинской области. Здесь есть три крупных месторождения: «Аксу», «Бестобе» и «Жолымбет».

Казахстан богат на населенные пункты с названием Аксу. «Золотой» Аксу находится в 200 км от столицы и в 18 км от Степногорска. Еще в 1997 году поселок был включен в границы этого города, то есть аким Аксу подчиняется градоначальнику Степногорска. Этот поселок появился почти 100 лет назад, когда началась разработка рудника. На пике развития здесь проживало около 10 000 человек и была своя больница — главный признак поселка городского типа во времена СССР, сейчас — 4000 жителей и поликлиника. Большинство людей работают на предприятии «Казахалтына». Бывает, когда местных не берут на работу, они нелегально спускаются в шахту, — предварительно заплатив за это охранникам; случается, что потом «черные копатели» там гибнут. Но чаще всего такие истории рассказывают о Бестобе.

Кроме добычи золота, рядом с Аксу находится захоронение урановых отходов; говорят, что оно второе по величине в мире. Неподалеку располагается тюрьма, в которую со всей страны свозят заключенных, больных туберкулезом. Безрадостную картину дополняют трубы ТЭЦ, питающей Степногорск. Когда-то давно она давала тепло и Аксу, но в начале нулевых, в самый разгар холодов, замакима Степногорска отдал распоряжение отключить Аксу от электричества и тепла: у поселка накопились долги.

Александр Сизов всю жизнь прожил в Аксу и вспоминает, что тогда несколько лет «Казахалтын» — градообразующее предприятие, не платило людям зарплату: «Нам выдавали талоны на макароны, было как на войне. Вместо того, чтобы разбираться с «Казахалтыном», чиновники отключили нас в декабре от тепла и света и тем самым убили поселок».

Наглядные последствия этого решения видны до сих пор: жители бросили пятнадцать новых пятиэтажных домов, и их пустые глазницы почти два десятка лет взирают на уцелевший частный сектор и разваливающиеся редкие двухэтажки. Тогда, после опрометчивого решения чиновников, в Аксу направили спасателей, трубы лопались, люди замерзали. Те, кто жили в многоэтажках, оставили квартиры, не получив никакой компенсации.

Еще раньше, в 90-е годы, поселок покинули немцы, которые составляли 50-60% населения. Сейчас молодежь старается уехать учиться в Россию — там цены на высшее образование в два раза ниже, чем в Казахстане, да и условия жизни в Аксу не такие, чтобы конкурировать с Астаной, Кокшетау, Степногорском или Новосибирском.

Мы едем по серому, сумрачному поселку, с неба падает мелкая крошка, телефон сообщает, что здесь –4 градуса, но тут же предупреждает, что ощущается как –12. Ветер пробивает насквозь самый теплый алматинский пуховик. Девочка-подросток возле дома набирает в ведро уголь. С тех пор как в Аксу нет централизованного отопления, в топку бросают что придется. Это при том, что сама ТЭЦ находится в нескольких километрах от поселка. Что еще удивительнее, 25 лет в Аксу не было питьевой воды — ее провели два года назад. До этого же раз в неделю в поселок приезжал водовоз.

«Мы набирали воду во всё, что было дома, вплоть до банок. И до сих пор я не могу привыкнуть к тому, что вот она — течет из крана. Ополосну посуду в воде, а потом ею же мою пол», — говорит Антонина Николаевна Регнер, живущая в Аксу с 1971 года, почти 50 лет. Сейчас она вышла на пенсию, вырастила 4 детей, уже подрастают 7 внуков.

Когда-то в Аксу было 4 детских сада, недавно, наконец, в здании школы заработал хотя бы один. Жители просят установить в поселке банкомат — чтобы снять деньги с карты, им приходится ездить в город. Когда началась пандемия, власти отменили автобусное движение между Аксу и Степногорском. «Когда коронавирус стал ослабевать, то пустили на маршрут всего один автобус, и люди в нем катаются как шпроты в бочке. Разве это борьба с коронавирусом?», — удивляется Александр Сизов.

Из хорошего, что произошло за последнее время, — этой осенью отремонтировали дорогу от Степногорска до поселка; это произошло впервые за годы независимости.

В 80-е годы в журнале «Огонек» вышла статья под названием «Золотая нищета», в ней рассказывалось об ужасных условиях, в которых живут люди, добывающие золото в Аксу, Бестобе и Жолымбете. Но теперь, в 2020 году, стало очевидно, что все познается в сравнении.

«Оказалось, что тогда в Аксу было лучше: работала больница, были асфальтированные улицы, даже поливальные машины, централизованное теплоснабжение. Думаю, что одна из причин была в том, что директор рудника жил здесь, в этом поселке. А сейчас руководство в городе, и им там без разницы, что с нами здесь происходит. Пока их семьи не будут этим дышать и ходить по этим дорогам, ничего не изменится», — уверен Сизов. Так вышло, что он стал одним из лидеров протеста против строительства новой фабрики по добыче золота.

«Нас просто решили задушить»

С 30-х годов градообразующим предприятием Аксу является «Казахалтын» — компания-преемник советского «Каззолота». Среднее содержание золота в тонне местной руды — 1,99 грамм. Способ добычи комбинированный: открытый и подземный. Мощность золотоизвлекательной фабрики — 500 тысяч тонн в год. Практически весь Аксу окружен предприятиями «Казахалтына»: кругом золоотвалы и карьеры. Летом при сильном ветре происходит «пыление»: с отвалов несет пыль — примерно так в фильме «Интерстеллар» Кристофер Нолан показывал начало конца Земли.

Антонина Регнер рассказывает, что из-за пыли занавески и тюль приходится стирать каждую неделю, но они сразу же становятся серыми.

Одно из хвостохранилищ «Казахалтына» еще с советских времен находится внутри поселка, прямо рядом с домом Александра — он насчитал расстояние в 150 метров, а главный эколог предприятия — 198, что сути не меняет, потому что должно быть тысяча метров. Поскольку воды в поселке не было, Александр вырыл во дворе дома колодец, откуда брал воду на технические нужды: полив, уборку, мытье посуды. Кажется, он старался не думать о том, что вода может быть загрязнена цианидом: в советское время хвосты в землю укладывали без защитной пленки, и всё уходило в почву. Эти «горы» на фотографии — хвостохранилища «Казахалтына».

Сейчас, когда наконец провели водопровод, стало легче, и многие начали строиться, приводить дома в порядок. Вода — это не только удовлетворенная базовая потребность, но и надежда на новую жизнь. Но главный вопрос все равно касается экологии.

«Мы окружены со всех сторон: восток, юг, север — хвостохранилищами, отвалами, карьерами, и лишь с одной стороны у нас была степь. Мы радовались, когда с запада шел чистый ветер, хоть откуда-то был чистый воздух», — говорит Сизов.

Теперь с западной стороны планирует строительство компания Adelya Gold. Этим летом местные жители увидели, что с земли, где были пастбища, где пасся их скот, рядом с рекой Аксу и дачами, снимают слой почвы. Так аксусцы узнали о том, что рядом с поселком будут строить еще один завод по извлечению золота. Они с удивлением обнаружили, что компания 3 августа 2018 года провела общественные слушания на опытно-промышленную разработку.

«У нас с интернетом в поселке плохо, у нас и сейчас он не сильно хороший. Как я понял, в 2018 году собрали сотрудников Adelya Gold, акима Аксу и несколько человек из Степногорска, которым «до лампочки», что делается у нас, бюджет и работа лишь бы были. И вот летом началось строительство, а мы — ни сном, ни духом. Когда узнали, начали возмущаться. Нам сказали, что все документы и разрешения есть, вот аким города Степногорска подписал, что слушания прошли. Спрашиваем, где слушания прошли, нам отвечают, что в Степногорске. А почему там, почему не в Аксу? Ведь строят-то у нас! По правилам необходимо сделать объявление о проведении общественных слушаний удобным для населения способом: например, объявления развесить на остановках, в магазинах. Они же тихо провели это, сделали, как им было удобно, а не людям».

Александр Сизов

Жители Аксу быстро создали чат в whatsapp и собрали подписи против строительства. После они написали письма президенту Токаеву, в генеральную прокуратуру и министерство экологии.

«Мы, жители поселка Аксу, против нового производства ТОО «Adelya Gold», так как ни один из нас, за исключением акима поселка, несмотря на соблюдение формальностей при объявлении компанией общественных слушаний, в них не участвовал, — написано в обращении к Касым-Жомарту Токаеву. — Да и проводились эти слушания по воле акимата города Степногорска, не в поселке Аксу, где планируется развернуть производство ТОО «Adelya Gold», а в городе Степногорске, в 12 км к юго-западу от поселка. В связи с этим мы, жители поселка Аксу, не раз предлагали руководству ТОО «Adelya Gold» провести новые общественные слушания — уже на территории нашего поселка и с участием наших жителей. Считаем актуальным это предложение еще и потому, что проект ТОО «Adelya Gold» существенно изменился к сегодняшнему дню в сравнении с первоначальным, прошедшим общественные слушания и получившим ОВОС в 2018 году, когда предлагался другой реагент для извлечения золота, когда хвостохранилище планировалось разместить в другом месте, когда изменена цепь аппаратов и их технических характеристик, а также технологическая цепочка и когда были представлены другие выбросы вредных веществ в окружающую среду. Также не учтено преимущественное направление ветра в сторону жилого посёлка.

Мы считаем, что не в достаточной мере были обеспечены наши права на доступность и полноту информации перед общественными слушаниями в 2018 году».

Спрашиваю у Александра, были ли ответы. Он машет рукой: «Пишут то, что мы даже лучше их знаем. Вот, например, мы указываем, что русла реки Аксу «Аделия голд» уже нарушила, хотя есть водоохранная полоса в 35 метров, в пределах которой вообще запрещены работы. Нам отвечают: «Нет, не нарушено». А по факту опытно-промышленную разработку карьера они начали и залезли в речку. Их фабрика на расстоянии от речки 600 метров, и от Кварцитки (часть поселка Аксу – прим. V) якобы 1000 метров, а хвостохранилище — 2000. Но у нас ветра каждый день 20-28 метров в секунду, через 5-10 секунд вся пыль уже у нас. Отписки нам идут о том, что санитарная зона соблюдена, но мы до того дошли, что пишем президенту, что даже если они все провели по закону, то ведь фиктивно: ни один человек из нашего поселка в общественных слушаниях не участвовал, как это так? Просим отменить, разобраться с этим делом. Сейчас повторно президенту отправили».

В речке Аксу еще плавают лебеди

Кроме того, Adelya Gold по правилам должна пройти ОВОС и еще одни общественные слушания — по промышленной разработке карьера. Когда они пройдут, неизвестно. Сизов уверен, что теперь, учитывая, что люди знают, что такое ОВОС и ОС, вполне возможно, что Adelya Gold запретят строить карьер сами жители. При этом сейчас идет строительство фабрики, но она не сможет работать без карьера. Это возмущает людей, потому что со стороны это выглядит так, словно все уже решено заранее, без учета их мнения.

Антонина Регнер признается, что давно слышала о том, что собираются строить фабрику возле речки Аксу, но не могла поверить в то, что власти разрешат это сделать: «Мало того, что нас тут «Казахалтын» обложил, так еще и Adelya Gold пришла. Нас просто решили задушить. У нас это единственное окно было, мы с трех сторон окружены фабриками. Со стороны СПЗ (Степногорский подшипниковый завод - прим. V) вообще туберкулезная зона. И с той стороны, где собралась строить Adelya Gold, там дачи, оттуда приходит ветер. А нам доказывают, что ветер не дует с той стороны. Мы что, тут живем и не знаем с какой стороны ветер приходит? Задавить нас решили, и речку погубят, и дачные участки тоже. Скотина периодически пухнет и дохнет, и никто за это не отвечает. В этом году 90 лет было нашему руднику, 90 лет стоят эти шахты. Но раньше добыча была совсем другая. Здесь не было цианидов, хлора, этих препаратов не было, добывали, отправляли, и где-то там, на специализированных фабриках выплавляли, а сейчас же надо готовый результат здесь и сейчас. Перепрофилировали фабрики и теперь работают с цианидом в самом поселке. Меня удивляет отношение наших властей. Мы были у акима Степногорска, приезжали экологи из Кокшетау (в Степногорской агломерации при такой концентрации опасных производств нет своего эколога — прим. V), я у него спросила: почему так, мы что, последнее поколение, которое живет на этой земле? Нет, будут дети, внуки, правнуки, чем они будут жить? Наука и технологии развиваются, идут вперед, добыча этого золота со временем станет не такой губительной для человека, для природы, для зверей. Никто с нами не считается, нужно только золото, золото, золото».

Строительство новой фабрики идет на месте джайляу

«Наверное, это золото — наша беда. С одной стороны — работа, а с другой — обкладывают со всех сторон.

Никто не думает о будущих поколениях. Что потом, чем будет жить поселок, как развиваться? Надо за 2-3 года всё выгрести бешеными объемами, а потом что? Города и поселки-призраки останутся?

Раньше как-то занимались и ремонтами, и экологией, а сейчас — только золото взять и уйти», — задает риторические вопросы Александр Сизов.

В протоколе общественных слушаний по проекту строительства модульной фабрики по переработке золота указано, что на ней будут работать 60-70 человек, из них половина — из Аксу. То есть получат работу 30-35 жителей поселка.

Еркен Абдрахманов с женой живут в Аксу с 1989 года. Он работает горным спасателем, выезжает на все аварии в шахтах. Здесь его дети и внуки, правда, сыну пришлось уехать в столицу — замучила астма.

«У нас три фабрики есть, это уже четвертую строят. У нас тут пастбища, и куда скотину гнать? Некуда, все уже застроено, — констатирует Еркен Абдрахманов. — Вот начнутся у них разработки, и все к нам пойдет: дым от котельной, пыль, зола, пары цианида и плюс хвосты — все сюда на поселок идет. Как-то тут на фабрике прорвало трубу с цианидом, потом коровы попили воду, и всё, вздулись и умерли. И некому пожаловаться. Нам говорят так: «Дети ваши работают на фабрике? Да? Ну и молчите». Раньше шахтеры в 45 лет выходили на пенсию, а сейчас в 63 года. Люди еле ходят, лишь бы до пенсии дожить, а там полгода поживет — и всё, да многие и не доживают: онкология и силикоз от пыли», — жалуется Абдрахманов.

О том, что «трубы с цианидом прорвало», жители узнают по сладкому и приятному запаху миндаля.

Еркен Абдрахманов и Александр Сизов

Еркен уверенно говорит, что если надо будет, то «весь поселок выйдет против», ведь деваться некуда. Чтобы переехать, нужны деньги. «Казахалтын», по словам жителей, предлагал на переезд по три миллиона тенге, но на эту сумму даже не купить однокомнатную квартиру в Степногорске. «В Adelya Gold же сказали, что средств на то, чтобы переселить людей, у компании нет. Взамен предлагали оплатить обеды для школьников из неимущих семей, это 4-5 человек, и те сейчас на домашнем обучении. До смешного доходит: вы будете травить детей цианидными хвостами, а взамен им манную кашу, — возмущается Александр Сизов. — Директор компании Сергей Хабер несколько раз проводил собрания, и каждый раз мы говорим, что мы против. А он отвечает: все равно я буду строить, вот и весь разговор. Мы акиму Степногорска сказали: раз вы огораживаете нас, значит, поднимаем вопрос о переселении поселка полностью. Но нам говорят о том, что о переселении Кварцитки (часть Аксу, она расположена ближе всего к будущей фабрике — прим. V) не идет речи, но тогда мы вынуждены биться насмерть с Adelya Gold».

Антонина Регнер считает, что раз поселок стал сугубо промышленной зоной, значит, необходимо построить новый поселок и переселить туда людей: «Невозможно жить на производстве, люди болеют очень сильно, эти бесконечные аллергии, зубы сыпятся, онкология. Мы раньше не слышали о раке четвертой степени, а теперь сплошь и рядом. Станция Аксу захлебнулась хвостами. Переселяйте нас и работайте здесь, ковыряйте, уничтожайте землю. В Adelya Gold нам говорят, что мы хотим за их счет улучшить свое благосостояние, может быть, и есть люди, которые были бы согласны переехать, но в основном нет, люди не горят желанием покидать свои дома, уходить со своей земли, слишком глубоко здесь пущены корни».

Примерно считали, сколько денег надо, чтобы всех переселить — это 17 млрд тенге. Разумеется, ни у кого этих денег нет.

По словам акима Степногорска Еркебулана Баяхметова, общие налоговые отчисления промышленных городских предприятий — около 24 млрд тенге. Из них 16 млрд уходит в республиканский бюджет, 7 млрд — в местный. Из этой суммы отдают в область около 4 млрд, выходит, что 3 млрд — собственный доход города, между тем расходная часть — 11 млрд. В итоге на поселок Аксу планируется выделять около 40 млн тенге в год. Если подумать, то это 2,5 автомобиля Audi Q3 2015 года выпуска.

Речка Аксу

Александр Сизов считает, что власти больше всего опасаются, что жители Аксу выйдут на митинг. Пока же активисты заняты бумажной работой: пишут письма, просят разобраться специалистов в ситуации, поднимают вопросы о том, чтобы часть денег от золотодобывающих предприятий оставалась в поселке. Может быть, весной, когда потеплеет, они подадут и заявку на проведение митинга, и на него выйдет весь Аксу.

Кроме того, летом стало известно, что «Казахалтын» собирается построить золотоизвлекательную фабрику по переработке руды месторождения «Аксу» мощностью 5 млн тонн в год. Экологи бьют тревогу: новый объект находится рядом с урановым хвостохранилищем, в котором 16 млн тонн отходов, и если начнутся взрывные работы, то последствия могут ощутить не только в Аксу, но и в столице. К этой теме мы вернемся в отдельном материале.

Антонина Регнер соглашается с тем, что жители Аксу действительно встали на защиту своего поселка, но считает, что большинство из них настроены пессимистично. Порой кажется, что власти страны за годы независимости весьма преуспели в достижении уровня пессимизма на душу населения. Регнер замечает, что все возмущены, но все же надеются, что кто-то за них пойдет и все сделает: напишет письма, изучит законы, сходит на собрание, выдвинет требования. Она замечает, что люди в возрасте опасаются ходить на обсуждение строительства, потому что там они возмущаются, расстраиваются, и у них повышается давление.

В июне прошла встреча руководителя предприятия Adelya Gold Сергея Хабера с жителями Аксу. На ней он рассказал, что компания заходит в Аксу на 8-10 лет и даже отказалась от строительства вахтового поселка. Кроме того, она собирается купить местные дома для того, чтобы заселить туда строителей. Хабер просил не переносить на компанию горький опыт, связанный с присутствием здесь другого предприятия. Он заметил, что находится в поселке две недели и замечает проблемы с хвостохранилищами, но это не вина компании.

«Мною было услышано все, что было сказано местным сообществом. И мы начали проработку того, как убрать те или иные вопросы. По поводу социальных вещей мы переговорили с руководством компании, оно адекватно отреагировало на просьбы местных жителей и пообещало вкладываться в какие-то проекты», — сказал Сергей Хабер.

Что касается цианидов, то он рассказал о новом реагенте, который может заменить это опасное вещество. Он называется флотен и уже применяется на многих обогатительных фабриках. Хабер заверил, что он экологически безопасен и «менее опасен, чем выхлопные газы от автомобилей». Кроме того, он пообещал организовать общественную группу, которая беспрепятственно может присутствовать при строительстве и при необходимости приходить на производство. «Фабрика, которую мы начали и будем строить, находится в пределах допустимых норм и к поселку, и к объектам, и от реки Аксу», — обратился к жителям Хабер.

Что говорят власти

Заместитель акима Акмолинской области Абдыкаликов в письменном ответе активистам коротко, на четырех листах рассказал об истории возникновения этого спорного строительства. Оказалось, что постановлением областного акимата еще в 2009 году ТОО «Таукен-Степногорск» получило право временного возмездного долгосрочного землепользования на участок общей площадью 104,9 га сроком до 2028 года — для проведения разведки и добычи золота.

В 2015 году ТОО «Таукен-Степногорск» передало право недропользования ТОО «Adelya Gold».

В марте прошлого года акимат Степногорска предоставил ТОО «Adelya Gold» право временного долгосрочного землепользования на земельный участок площадью 16,0 га в Аксу для строительства хвостохранилища.

Другим постановлением акимата Степногорска компания получила право землепользования на земельный участок для строительства модульной обогатительной фабрики по извлечению металла на 350,0 тыс. тонн руды, площадью 10,0 га. Акимат области отдельно сообщил, что было проведено три общественных слушания:

1. В 2017 году по проекту «Опытно-промышленной разработки месторождения золота Карабулак открытым способом в Акмолинской области» и «Оценке воздействия на окружающую среду».

2. В 2018 году по рассмотрению проекта «Модульная обогатительная фабрика по переработке золотосодержащей руды месторождения Карабулак Акмолинской области».

3. В 2018 году по проекту «Модульной обогатительной фабрики по переработке руды месторождения Карабулак производительностью 350 тыс.т онн в год» и «Оценке воздействия на окружающую среду II - стадия (ОВОС)», в Акмолинской области.

Стоит заметить, что все три слушания проходили в Степногорске. Объявление о проведении общественных слушаний было опубликовано на «электронном сайте управления».

По сообщению областного акимата, расстояние от речки поселка Аксу модульной обогатительной фабрики составляет 1,1 км, от поселка Аксу — 1,1 км. Расстояние от речки поселка Аксу до хвостохранилища — 700 м, от поселка Аксу — 2,5 км.

Согласование производственной деятельности выдано Есильской бассейновой инспекцией по регулированию использования и охране водных ресурсов комитета по водным ресурсам министерства экологии, геологии и природных ресурсов.

По заверению замакима области, все правоустанавливающие документы оформлены в соответствии с действующим законодательством.

Министерство экологии, геологии и природных ресурсов ответило жителям поселка Аксу, что слушания 2018 года признаны законными. Любопытно, что было постановление акимата Акмолинской области от 28 февраля 2019 года №А-2/93 «Об установлении водоохранной зоны и полосы на участок русла реки Аксу, расположенный на территории города Степногорск Акмолинской области и режима их хозяйственного использования». Согласно нему ширина водоохранных зон составляет 500 м., водоохранная полоса — 35 м.

И теперь, после этих изменений, согласование с Есильской бассейновой инспекцией Комитета по водным ресурсам Министерства не требуется.

Тут вспоминаются слова одной из жительниц поселка, которая на встрече с компанией Adelya Gold сказала: «Ваши документы все идеальные, возможно. Но вы просто не можете понять, что вы оказались не в то время и не в том месте. Вокруг нас только видят золото, но никто не видит, что здесь люди».

Рекомендовано для вас