37452
14 марта 2024
фото nazarbayevfund.kz

Мифы о Назарбаев университете, или куда утекают бюджетные деньги?

Вуз тратит большие суммы на оплату услуг международных партнеров и иностранных преподавателей, но не обеспечивает прозрачность расходов

Мифы о Назарбаев университете, или куда утекают бюджетные деньги?

Салтанат Джаненова, бывший преподаватель Назарбаев Университета, лектор по госполитике Бристольского Университета (Великобритания)

Read this article in English.

22 февраля 2024 года вышла статья бывшего президента Назарбаев Университета (NU) Шигео Катсу «Защитники либеральных ценностей должны осудить саботаж Назарбаев Университета». Она была написана после смены руководства вуза на фоне поднимающихся вопросов о его особом статусе и непрозрачности, которые актуализировали СМИ и общественность после событий Қанды Қаңтар.

Катсу уже проявлял обеспокоенность за будущее NU в связи с приходом казахстанских управленцев, близких к правительству, а также намерением сократить финансирование вуза.

«Сейчас университет трещит по швам и вскоре может рухнуть сам по себе. […] NU попал под влияние лиц на высшем уровне университета, которые тесно связаны с правительством», — пишет он в своей недавней статье.

Но в недалеком прошлом участие высокопоставленных чиновников в управлении университетом устраивало Катсу, который не выражал сомнений по этому поводу. Например, Карим Масимов, бывший премьер-министр Казахстана, и Ербол Орынбаев, бывший вице-премьер, входили в высший попечительский совет NU.

В период правления Нурсултана Назарбаева высшие должностные лица всегда оказывали покровительство иностранному менеджменту NU и предоставляли свободу в решении финансовых, академических, и кадровых вопросов.

Кроме того, близость к политическому кругу бывшего президента также обеспечивала Катсу и иностранный менеджмент неприкосновенностью от финансовых проверок со стороны уполномоченных госорганов.

фото пресс-службы Акорды

Катсу и сейчас продолжает работать в должности советника президента NU, входя в состав попечительского совета вуза.

Впрочем, NU действительно можно адресовать множество вопросов. Общество до сих пор не имеет ясной картины того, куда уходит получаемое вузом многомиллиардное госфинансирование, и того, почему происходящее в стенах университета побудило Катсу призвать зарубежные вузы к осуждению «саботажа» NU.

Опираясь на личный опыт работы в NU я попытаюсь ответить на эти вопросы. И вместе с этим развею три мифа, которые навязывает читателям Катсу.

Миф 1: NU не сможет развиваться без зарубежных вузов-партнеров

В своей статье Катсу отмечает важность вклада зарубежных вузов-партнеров в развитие NU, выражая обеспокоенность о будущем этих отношений. На сегодняшний день NU имеет 10 таких стратегических партнеров.

Цитата из статьи Катсу: «Каждый факультет или Школа имела партнерство с международным университетом. […] Они помогли нам привлечь иностранных преподавателей, разработать учебные программы, консультировали по необходимым нам вопросам и многое другое».

Такая концепция развития университета на начальном этапе имела рациональное зерно. Известные мировые вузы предоставляли легитимность молодому университету, признавая его как партнера в обмен на щедрое вознаграждение.

За прошедшие 13 лет NU значительно усилил свой преподавательский состав, в том числе благодаря притоку выпускников международной программы «Болашақ» и ученых со всего мира. Сегодня учебные программы всех Школ прошли апробацию, проводятся регулярные тренинги для преподавателей. Несколько Школ получили международную аккредитацию.

Миссия стратегических вузов-партнеров исполнена, и необходимость в продолжении дорогостоящего сотрудничества уже давно отпала.

В то же время иностранный менеджмент под руководством Катсу продолжал продлевать контракты с зарубежными партнерами без независимого аудита и оценки результатов, нерационально используя финансовые ресурсы.

Заключение контрактов с зарубежными партнерами происходит на непрозрачной и неподотчетной основе. Информация о размерах финансирования на реализацию партнерских соглашений скрыта «за семью печатями».

фото linkedin.com

Приведу пример Высшей Школы госполитики (ВШГП), где я проработала с августа 2013 года по август 2021 года.

Начиная с 2012 года партнером ВШГП является Школа госполитики имени Ли Куан Ю Национального Университета Сингапур. В 2015 году, после ухода первого декана ВШГП Нила Коллинза, сингапурская сторона направила своего вице-декана Венга Тат Хуэя на должность временного декана ВШГП с согласия Катсу.

Конкурс на должность нового декана так и не был объявлен по сегодняшний день.

Пользуясь покровительством Шигео Катсу, в NU на протяжении 8 лет происходит открытый конфликт интересов, когда декан ВШГП участвует в решении о выделении финансирования для вуза-партнера, в котором он является профессором. Предложения со стороны сотрудников о пересмотре условий контракта и смене вуза-партнера немедленно пресекались деканом и принимались на личный счет.

Такое неэффективное использование бюджетных средств возможно и в других Школах NU.

К нынешнему дню NU превратился в «священную корову» для зарубежных вузов-партнеров. Но, следуя лучшей международной практике, NU должен выстроить партнерство с зарубежными вузами не на основе космической оплаты их консалтинговых услуг, а в духе сотрудничества между учеными для совместных исследований, грантов, обмена студентами в рамках Болонского процесса.

Миф 2: Иностранный менеджмент NU более эффективный и прозрачный по сравнению с казахстанским

Когда NU получил финансовые привилегии, правительство Казахстана ожидало, что со временем университет перейдет на самофинансирование. Предполагалось, что он будет привлекать студентов не только из Казахстана, но и других стран региона на платной основе; оказывать широкий спектр образовательных и исследовательских услуг в доход организации.

Принцип самофинансирования вузов при минимальной поддержке госбюджета широко применяется в западном мире. Например, британские вузы зависят от притока международных студентов, потому что высокая оплата за их обучение покрывает заработные платы персонала, поддерживает исследования, и развивает инфраструктуру университета.

В своей статье Катсу рассуждает о том, что NU стремился развивать финансовую автономность от госбюджета: «В рамках широкой стратегии, когда мы только начинали, мы использовали инновационные альтернативные модели финансирования.[…]».

По прошествии 13 лет NU остается зависимым от госбюджета на все 100%. «Альтернативные модели финансирования», о которых пишет Катсу, не дают видимых результатов.

До 2023 года NU получал финансирование в размере около 60 млрд тенге в год или треть всего госбюджета на высшее образование страны. Более 95% студентов получают государственный грант. Из 7 000 студентов только 3% являются иностранными студентами из ближнего и дальнего зарубежья, которые обучаются на гранте.

фото nu.edu.kz

Это означает, что за 13 лет NU не вышел на образовательный рынок, всегда полагаясь на государственный заказ. NU не конкурирует с другими университетами за привлечение студентов, которые готовы оплачивать свое обучение.

Это привело к отрыву NU от казахстанских реалий, когда иностранный менеджмент живет в «пузыре тщеславия», создав иллюзию успеха и превосходства над другими вузами. Например, ежегодно на программах магистратуры и докторантуры ВШГП обучается порядка 100 студентов. Почти все они получают государственный грант. Обучение одного студента в NU c 2011 года колебалось между 4-9 млн. тенге в зависимости от программы (9 - 20 тыс. долларов).

В таких комфортных условиях ВШГП, как и другие Школы NU, не имеют мотивации бороться за привлечение студентов и получение дохода.

При наборе персонала не учитывается количество студентов для расчета трудовых ресурсов. В ВШГП на 100 студентов работает коллектив из 13 постоянных преподавателей, 5 приглашенных профессоров и 10 административных сотрудников. Руководство школы включает декана, двух вице-деканов, исполнительного директора, и генерального менеджера.

Преподавательская нагрузка крайне низкая: два-три курса в год для классов от 7 до 20 студентов. При низкой преподавательской нагрузке научная активность Школы также крайне низкая. При этом заработная плата преподавателей NU может в 8-10 раз превышать оклады преподавателей других вузов. То же самое касается и менеджмента.

Общественно-значимый вклад Школы в развитие сферы госполитики в Казахстане минимальный. ВШГП не готовит аналитические записки правительству; не оказывает консультаций уполномоченным госорганам по реформам госуправления; не обменивается опытом с казахстанскими вузами.

К примеру, британские вузы вовлечены не только в научно-преподавательскую деятельность, но они должны демонстрировать высокие показатели по критерию «Влияние исследований» («Research Impact»). Это означает, что Школы госполитики в Великобритании должны вносить “очевидный вклад превосходных исследований в развитие общества и экономики” через партнерские отношения с центральными и местными госорганами, и неправительственными организациями, оказывая им аналитическую и методологическую поддержку.

До недавнего времени разница в оплате труда казахстанских преподавателей была в 2-3 раза меньше по сравнению с иностранными коллегами, что приводило к дискриминации граждан Казахстана по паспорту. Информация о заработной плате в NU закрыта даже от самих сотрудников университета. Например, британские вузы открыто публикуют сетки оплаты труда на своих веб-сайтах.

В дополнение к высокой зарплате иностранные преподаватели получают щедрый социальный пакет: оплата авиабилетов в родную страну дважды в год для сотрудника и всех членов семьи; оплата за образование детей (более 5,000 долларов в год на каждого ребенка); дорогая медстраховка; бесплатное проживание в элитных комплексах столицы и университетском городке.

фото nu.edu.kz

Почему иностранные преподаватели, получая космические зарплаты, не оплачивают свои личные расходы (аренда жилья, обучение детей, оплата авиаперелета членов семьи)? Зачем из госбюджета оплачивается дорогая аренда квартир для иностранного менеджмента NU в жилом комплексе «Хайвил», когда на территории кампуса давно выстроены многоквартирные дома и коттеджный городок?

Торжественные банкеты и выпускные вечера в лучших местах столицы — все это оплачивает госбюджет. Роскошная увлекательная жизнь иностранного менеджмента и иностранного персонала происходит за счет средств казахстанских налогоплательщиков на фоне социально-экономической напряженности в стране.

Многоуровневая структура управленческого состава, огромное количество административного персонала, раздувание штатов без привязки к количеству студентов, щедрые преференции иностранным сотрудникам, отсутствие альтернативных источников финансирования, «выбрасывание на ветер» народных денег — все это результаты деятельности так называемого «эффективного и прозрачного» иностранного менеджмента NU.

Миф 3: Иностранный менеджмент несет либеральные ценности, а казахстанский менеджмент - «советский» стиль управления

В своей статье Катсу критикует казахстанское руководство NU за «преднамеренный саботаж» университета и «традиционный советский стиль» управления, отмечая важность сохранения либеральных ценностей, которые несет иностранный менеджмент. Либеральные ценности относятся к академической свободе, свободе выражения мнений, равенству и справедливости.

Несмотря на утверждения Катсу о либеральных ценностях, до сих пор университет продолжает носить токсичное имя автократа Назарбаева, что вызывает недоумение моих британских коллег.

Устоявшейся нормой поведения иностранного менеджмента NU является неравное отношение к иностранным и казахстанским кадрам.

Это касается отбора персонала, карьерного продвижения, вознаграждения, и трудовых контрактов. При проведении конкурсного отбора при равных условиях между кандидатами (уровень образования, опыт преподавания, наличие научных статей), предпочтение зачастую «кулуарно» отдается иностранному кандидату.

Иностранные преподаватели гораздо легче и быстрее продвигаются по карьерной лестнице по сравнению с казахстанскими коллегами. Сохраняются гендерные стереотипы, когда почти все деканы Школ, за исключением Высшей Школы образования, являются иностранными мужчинами.

Например, когда казахстанские ученые активно публикуются, получают гранты, и представляют конкуренцию иностранным коллегам, иностранный менеджмент проводит политику «мягкого» выдавливания местных кадров. За последние 3 года четырем казахстанским ученым пришлось покинуть ВШГП из-за такой политики.

фото аккаунта Nazarbayev University в Facebook

Один из примеров – увольнение из ВШГП в 2022 году доктора Максата Касен, который является стипендиатом Фулбрайт (Университет Иллинойс, США), обладателем престижных научных наград Scopus 2018 года и Web of Science 2020 года. Сейчас он — профессор Astana IT университета.

В то же время иностранные коллеги, которые не публикуются и имеют жалобы от студентов за низкое качество преподавания, находят поддержку у декана ВШГП. Он продлевает им трудовые контракты без учета результатов.

Такая утечка квалифицированных казахстанских кадров происходит по всему университету из-за несправедливой и неэффективной кадровой политики. Разочаровавшись в системе NU, многие казахстанские ученые уезжают за рубеж (США, Канада, Великобритания, Катар, Польша и др.). А ведь большинство казахстанских ученых получило блестящее образование благодаря стипендии «Болашақ»: на них затрачены деньги граждан Казахстана.

Есть негласное правило в NU: «Не раскачивай лодку!» (“Don’t Rock the Boat!”). То есть сиди тихо, не высовывайся со своим мнением, не будь активным, проявляй лояльность своему менеджменту.

При этом в NU отсутствует принцип смены декана каждые три-четыре года, как это делают британские вузы, когда нового декана выбирают среди сотрудников Школы или на основе открытого конкурса. После завершения трехлетнего периода, декан в британском вузе обычно возвращается к научно-преподавательской деятельности.

Иностранный менеджмент NU, как «двуликий бог Януса», показывает спереди ясный лик молодого амбициозного университета. Его настоящая природа скрыта сзади, где доминируют личные финансовые интересы, а не интересы казахстанского общества.

Наступает время сломать стереотип, что «иностранный» значит лучше «местного». Выросло молодое поколение казахстанских ученых, которые конкурируют на международном уровне.

Поэтому я предлагаю провести следующие изменения:

- Сократить нерациональное использование бюджетных средств.

- Организовать независимый аудит и пересмотреть контракты с зарубежными вузами-партнерами в пользу NU; обеспечить более активное участие NU в Болонском процессе.

- Добиться выхода NU на образовательный рынок Казахстана и региона Евразии для привлечения студентов на платной основе (наряду с госзаказом для талантливых студентов).

- Интегрировать все Школы NU с госорганами, НПО, и бизнесом.

- Обеспечить обмен опытом между всеми Школами NU с другими вузами для оказания методологической и научной поддержки.

- Пересмотреть кадровую политику отбора и карьерного роста на основе заслуг (а не основе паспорта). Научные статьи в международно признанных журналах должны быть главным критерием при продлении и расторжении трудовых контрактов.

- Активно приглашать казахстанских ученых из-за рубежа.

- Транслировать опыт ведущих западных вузов о ротации деканов каждые 3-4 года.