4287
4 марта 2021
Мария Левина, фото издания Adamdar/CA

Айжан Беккулова: «Пока мы относимся к прикладному искусству как к чему-то побочному, развития не будет»

Казахстан пытается догнать соседей, ушедших далеко вперед в развитии ремесленничества

Айжан Беккулова: «Пока мы относимся к прикладному искусству как к чему-то побочному, развития не будет»

В 2019 году British Council объявил о поиске партнеров для осуществления программы Crafting Futures Central Asia среди университетов Великобритании, а также организаций, занимающихся ремесленничеством в Казахстане, Кыргызстане и Узбекистане.

По итогам были определены партнеры, которые получили совместный грант для дальнейшего продвижения проекта. В результате ознакомительной поездки в октябре 2019 года британские партнеры составили отчет о положении дел в ремесленной отрасли трех стран, где говорится о дальнейших мерах по совершенствованию ремесленной индустрии, в частности повышению качества бизнес-образования среди начинающих и уже опытных ремесленников. Следующим этапом трехлетнего проекта должно было стать проведение обучающих тренингов британскими партнерами для лидеров отрасли и практикующих ремесленников, но началась пандемия. Vласть рассказывает о том, что изменилось за время проекта.

«Программа Crafting Futures направлена на укрепление культурной самобытности путем более глубокого понимания ремесла в этом секторе, наряду с новой аудиторией и рынками, а также повышения качества творческой практики. Программа усилит проделанную работу и расширит возможности людей учиться, обучать и развивать ремесленную практику. Проекты, поддерживаемые в рамках этой программы, продемонстрируют, как глобальное сообщество несет ответственность за будущее ремесла», - руководитель проектов по искусству и креативной экономике British Council в Центральной Азии Галина Корецкая.

Упущенные возможности

В ходе поездки британских специалистов Питера Оукли (Royal College of Art) и Мартина Куинна (University of Leicester) в Казахстан выяснилось, что поддержка ремесленников достаточно фрагментирована: государственная поддержка крайне ограничена, поскольку правительство Казахстана не видит вклада, который ремесленничество может вносить в национальную экономику. Кроме того, документирование казахстанской истории ремесел и культуры ведутся в недостаточных объемах. Часть архивов и документов относятся к советскому периоду, когда проводилась политика «советизации» каждой республики СССР и стирания различий.

В результате некоторым из мастеров, с которыми встретилась делегация, сложно доказать, что их произведения являются исконно казахскими (как в плане дизайна, так и в плане материалов), что, в свою очередь, может влиять на цену, которую международные коллекционеры будут готовы платить за товар, если его аутентичность не может быть подтверждена. Участники некоторых встреч отмечали, что приемы, которые они считают исконно казахскими, теперь используются другими странами Центральной Азии и рекламируются на международном рынке как национальные.

В число выявленных британцами проблем также вошли: отсутствие бизнес-обучения для организаций в секторе ремесел (бизнес-модели, вывод на рынок, разработка продукта, управление цепочкой поставок); необходимость повышать осведомленность лиц, ответственных за формирование политики, о потребностях сектора и о том важном вкладе, который он может вносить в национальную экономику; а также замена государственной поддержки зарубежным финансированием.

Из всех трех стран, где побывали эксперты из Великобритании, в Казахстане ситуация с ремеслами оказалась самой плохой. Айжан Беккулова, председатель Союза ремесленников Казахстана, объясняет эту разницу между странами историей. В 90-е годы первый президент объявил, что Казахстан – экономически самодостаточная страна, из-за чего все зарубежные фонды и посольства, начавшие поддерживать искусство и ремесло, свернули здесь свою деятельность. Казахстан не был готов оказывать поддержку культуре, а все иностранные фонды ушли – так ремесленники оказались никому не нужны.

Лишь два-три года назад, после многочисленных обращений и писем, государство стало замечать ремесленников и помогать им. Пандемия и мировой кризис также оказали в этом не последнюю роль, считает Беккулова. Теперь ремесленников воспринимают как отдельный сектор.

Но ни кыргызы, ни узбеки никогда не отказывались от зарубежной помощи, от обучения, от зарубежных поездок и закупок оборудования: «У них была проделана громадная работа. В Кыргызстане государство проводило День ремесленников как национальный праздник. А в Узбекистане, помимо иностранцев, государство само всегда понимало важность ремесленников – не только ради сохранения наследия, но и как средство для развития туризма. С 90-х годов узбекское правительство неоднократно принимало разные указы, постановления и законы о ремесленничестве. Особенно поддержка стала заметна во время пандемии: за год построено шесть гигантских ремесленных центров. В Казахстане нет ни одного подобного комплекса. А в последние два года государство приняло программу по вхождению Узбекистана в число лучших стран по развитию ремесла. Сейчас страна пытается взять первенство в производстве шелковых тканей ручной работы, ковров, керамики. Это не просто слова – это целый ряд мероприятий, когда государство выделяет деньги на строительство мастерских, когда учеба студента у мастера зачисляется ему в трудовую книжку, как трудовой стаж, когда высаживается большое количество тутовника, чтобы развивать производство шелка, когда занимаются селекцией овец-мериносов, чтобы получить высококачественную пряжу, когда государство выделяет субсидии на закуп ремесленного оборудования».

Беккулова считает, что Казахстан, по крайней мере пока, так и будет отставать от соседей.. Программа союза, начавшаяся в 2006 году с национального исследования ситуации ремесленничества, а затем обучения, проведения конкурсов, выставок, дала основные изменения и поменяла ментальность местных ремесленников.

«Все возможности мы стараемся не пропустить мимо. Со стороны государства должно быть не просто выделение средств и наград, что тоже, конечно, важно, – нужны комплексные программы. Скажем, по возрождению юрты. Сюда входит: посадка деревьев, которые идут на изготовление каркаса, обучение восстановлению технологии, видео- и прочая фиксация наследия, выделение площадей под мастерские, закуп оборудования на льготных условиях или на субсидии. А главной демонстрацией своего позитивного настроя к изменениям в области ремесла, я считаю, должно стать создание единственного в Казахстане музея прикладного искусства. Сейчас у нас нет ни одного такого музея. Есть музеи искусств, и там прикладное искусство побочно. Пока мы относимся к прикладному искусству как к чему-то побочному, развития не будет, а это серьезный сектор и экономики, и культурного наследия. У Союза ремесленников есть богатейшая коллекция высококлассных изделий современного ремесла, которую мы готовы передать стране при условии создания такого музея», - отмечает Беккулова.

Творить в пандемию

В программу трехлетнего проекта должны были войти круглые столы, семинары и мастер-классы с участием британских и местных мастеров, а также лиц, ответственных за формирование политики, но после одного проведенного мероприятия в конце февраля 2020 года планы пришлось отменить из-за пандемии.

Айжан Беккулова признает, что последний год получился особым и только обнажил все имеющиеся проблемы: разобщенность, невозможность поездок, проведения фестивалей, что было для мастеров тяжело не только физически, но и морально. Для мастеров, основным доходом которых становятся продажи с ярмарок, выставок, фестивалей и корпоративных заказов, в 2020-м настали очень непростые дни. Есть мастера, которые смогли адаптироваться и перестроить свое производство: по словам Айжан, девушка, которая делала золотую вышивку, во время пандемии переориентировала все свои цеха на изготовление медицинских масок и костюмов. Но многие мастера, например, ювелиры, остались без сырья.

«Индивидуальные мастера, как правило, делают небольшие заготовки – покупают килограмм, максимум – два серебра, редко кто покупает 5-10 кг. А килограмм – это месяц работы мастера. Ситуации у всех разные, но первые полгода были особенно сложными. Сейчас, благо, вновь стали появляться индивидуальные заказы – люди вышли из дома и вспомнили о красоте».

Несмотря на все сложности, Айжан отмечает и позитивные изменения. Так, мастера стали больше обучать: «Хотя сразу стоит сказать, что ремеслу обучать онлайн очень сложно, – нужно хорошо знать основу, чтобы уточнять у преподавателя только какие-то нюансы. Изначально же при обучении ремеслу нужно, чтобы руку ставил мастер. Несмотря на то, что Союз ремесленников записал восемь видеороликов с сурдопереводом для глухонемых и слабослышащих по обучению войлоку и распространили в интернете, мы поняли, что для людей этой категории наши объявления не играли роли. Тогда мы стали проводить двухчасовые офлайн-встречи, чтобы познакомиться с этими людьми. Всё равно людям, чтобы понимать друг друга, нужно встречаться [вживую]».

Мастера за время пандемии больше адаптировались к интернету: пару лет назад никто не знал про Zoom, и если бы Айжан предложили общаться в нем, она бы, по своему признанию, отказалась. Но именно пандемия и изоляция научили людей искать другие способы реализации своей продукции. Программа, которую Союз ремесленников сейчас проводит со швейцарцами, называется E-commerce и представляет собой проект по электронной торговле изделиями. С интернетом для мастеров открылся другой мир: они осознавали, что не всегда клиента надо искать рядом.

Ровно год назад, в конце февраля – начале марта, вместе с программой Crafting Futures, в Союзе ремесленников прошел интересный семинар, на котором опробовали метод картирования: «Взяв карту города, мы попытались отметить все точки, на которых находятся мастерские ремесленников, и понять, насколько красочной получается карта. Эта карта, если сделать её в электронном виде, могла бы стать хорошим гидом для туристов. Всё равно мы все верим и надеемся, что через несколько месяцев мы будем уже более свободно дышать».

Люди стали ценить все попадающиеся возможности. Когда раньше проводилось сразу несколько международных конкурсов и Союз давал об этом объявление, местные мастера реагировали пассивно, потому что возможностей было много. В изоляции, говорит Айжан, у них начало меняться сознание: «Жалко, что из трехлетней программы год мы почти потеряли; сейчас мы снова начинаем заниматься по программе Crafting Futures, задания мастерам уже разосланы. Первые два тренинга пройдут онлайн – думаю, было бы куда менее эффективно, проведи мы такой тренинг год назад. Офлайн-встречи в Алматы и Шымкенте также планируются – с нашими британскими тренерами, которые, правда, будут на связи с нами через интернет».

Crafting Futures - трехлетняя глобальная программа British Council, поддерживающая будущее ремесла, различные практики и людей. Целей планируется достичь через экономическое взаимодействие - улучшенные навыки и инновации, наряду с экономическим ростом сектора, социальное сотрудничество - повышение воспринимаемой ценности ремесла и его практики и культурное взаимодействие - сохранение и развитие ремесленных практик и традиций, которые находятся под угрозой, и обеспечение того, чтобы молодые поколения могли продолжать их использование, развитие и инновации.