7406
31 октября 2020
Юна Коростелева, фото Данияра Мусирова

Активисты потребовали остановить репрессии

Митингу в Алматы предшествовало давление на активистов, а сам он не обошелся без провокаций

Активисты потребовали остановить репрессии

Две сотни человек в субботу собрались в центре Алматы на митинг, организованный правозащитниками Бахытжан Торегожиной и Галымом Агелеуовым. От заявленной темы о прекращении политических репрессий выступавшие отклонялись, говоря о будущих выборах и проблемах в экономике. Концовка митинга была отмечена чередой стычек, но к массовым задержаниям они не привели.

В 11 утра на площади перед Академией наук около 30 организаторов и участников митинга уже строили сцену и доставали плакаты. На подходах к площади установили пропускные посты, на которых врачи измеряли температуру и выдавали маски, а сотрудники акимата выдавали буклеты с информацией о митинге и с требованиями к соблюдению масочного режима и социального дистанцирования. Площадь помечена крестиками, на которых должны расположиться протестующие. Официально митинг должен был начаться в 12 часов, но уже в 11:30 участники заняли половину мест. К полудню на площади собрались больше 200 человек.

Позавчера организаторы митинга, основной повесткой которого были политические репрессии, заявили, что участники акции из регионов столкнулись с давление властей и правоохранительных органов.

«Я приехала из города Шымкент. Этот митинг был санкционирован. Однако, нам пришлось выбираться тайными дорогами, боясь, чтобы нас не поймали, не остановили и не вернули назад, как многих наших активистов. Несколько наших активистов из Шымкента были остановлены на половине дороги. Их вернули обратно в город», – рассказывает перед началом акции активистка Айжан Жолдасова.

В ночь на субботу также были задержаны алматинские активисты Даная Калиева и Алимжан Избасаров. Они рассказывают, что их продержали в департаменте полиции всю ночь. Они не смогли попасть на митинг, потому что не спали. Мама Данаи, Ульяна Калиева, пришла на акцию протеста вместо дочери и обратилась к властям: «Нельзя заниматься имитацией демократии. Вчера всех активистов выносили из дома. Мою дочь избили, ей разбили губу. Уважаемые казахи, у нас погибают, сидят в тюрьмах наши люди. Женщины детородные сидят. Я больше рожать не буду, наши дети и внуки должны рожать. Сидит молодёжь. Господин Сагинтаев (аким Алматы Бакытжан Сагинтаев - V), если вы не коррупционер, отчитайтесь на следующем митинге, сколько человек освободили, сколько сняли штрафов».

В руках у протестующих плакаты с именами и фамилиями политических заключённых, которых они требовали освободить, их же имена звучат со сцены.

Помимо требований об освобождении политзаключенных, звучали и призывы к участию в предстоящих выборах в мажилис и маслихаты в качестве наблюдателей, а властям протестующие предлагали вернуть смешанную выборную систему. Аналитик Айман Турсынкан говорила со сцены об экономической ситуации и заявила, что положение Казахстана ухудшилось и это вскоре почувствуют все граждане.

Лукпан Ахмедьяров, главный редактор «Уральской недели», специально приехал в Алматы на митинг, чтобы высказаться о преследовании политических и гражданских активистов: «Я хорошо помню 1991 год, когда наша страна стала независимой. Мы все думали, что Казахстан станет независимой страной, были какие-то свои представления о том, какой она будет. За эти 30 лет, к сожалению, страна не стала той, в которой хотелось бы жить. Наверное, нам сейчас всем нужно задаться вопросом действительно ли это та страна, в которой нам хотелось бы жить».

«Моя дочка спрашивает у меня: «Пап, почему мы все стремимся поехать в Европу? Почему мы не сделаем так, чтобы Казахстан стал такой страной, куда другие хотели бы приезжать?». Поэтому то, что сейчас происходит, те таблички, которые вы держите в руках – это люди, которые находятся в местах решения свободы не за уголовные преступления, а просто за то, что вызвались высказать свое мнение. Это и есть, наверное, самое главное преступление существующего режима. Я очень надеюсь, что все люди, которые сейчас находятся во власти, будут отвечать перед законом. Надеюсь, что все мы приложим все усилия, чтобы Казахстан стал свободной страной, где будет правосудие и закон для всех одинаков», - заявил журналист.

Активистка Жанар Жандосова выразила недоверие казахстанским СМИ: «У нас должны быть свободные СМИ. Практически все СМИ получают госзаказ и он непрозрачен. Кому он выделяется, сколько денег тратиться, почему СМИ не могут говорить то, что мы хотим? На этот митинг не пришли государственные СМИ и не освещают его. Почему, когда у нас проходят задержания, это не освещается по телевизору? Мы должны бороться за то, чтобы все, что происходит с народом, освещалось подробно».

После выступлений участники митинга подписали резолюцию с требованием об освобождении политзаключённых, которую написали сами. Затем организаторы объявили открытый микрофон. Свое мнение начали высказывать несогласные с некоторыми спикерами участники. Толпа скандировала «Шал, кет» (старик, уходи) и требовала игнорировать предстоящие выборы.

В последние полчаса митинга возле сцены произошло сразу несколько стычек. К сцене подошёл мужчина в парике, одетый в розовую юбку и оранжевый пиджак, который заявил, что хотел высказаться против дискриминации трансгендерных людей. Несколько мужчин вытолкнули его со сцены и начали бить, крича, что «геям в Казахстане не месте», разбив ему нос и бровь. Участники митинга решили, что этот перформанс – провокация.

Автором «перформанса» оказался эпатажный бодибилдер из столицы Юрий Толочко, о котором казахстанские СМИ активно писали в прошлом году, когда мужчина решил жениться на секс-кукле.

Вторая провокация произошла за сценой, когда мужчина и женщина, которых ранее на митинге не было, начали драться. Мужчина кричал, что «цыганка украла кошелек» и замахивался на женщину, на что та кричала, что «проклянет всех присутствующих».

В это же время стычки происходили и на сцене между организаторами и участниками, желавшими выступить против первого президента Казахстана Нурсултана Назарбаева – их не пускали к микрофону. Выступления тех, кто к микрофону все же пробивался, заглушали музыкой из колонок.

Когда большая часть оставшихся на площади начала скандировать «Шал, нет» и «Бостандык» (Свободу), Торегожина и Агелеуов заявили, что закончили свой митинг и их участники разошлись по домам, а на площади остались «неизвестные люди». Они попросили всех разойтись и предложили акимату города самим разбираться со «столпотворением на площади».

Спустя некоторое время к Академии наук подъехали несколько автозаков, а из здания вышел СОБР, который перекрыл вход в академию. При виде автозаков часть активистов разошлась. Оставшихся удалось сместить с площади только после того, как полицейские открыли движение машин по улице Шевченко. На площади остался только один мужчина, который пытался помешать движению автомобилей, но его затолкали в машину полиции и увезли.