3191
11 октября 2021

Как крупнейшая юридическая фирма Америки помогает перебазировать мировое богатство в налоговые гавани

Компания-пионер практик уклонения от уплаты налогов работает в интересах магнатов, производителей оружия и авторитарных режимов

Как крупнейшая юридическая фирма Америки помогает перебазировать мировое богатство в налоговые гавани

Сидни Фридберг, Августин Армендариз, Хесус Эскудеро, ICIJ

Компания "Бейкер и Макензи" была пионером практик уклонения от уплаты налогов. Теперь она работает в интересах печально известных магнатов, производителей оружия и авторитарных режимов, действующих в теневой экономике. Vласть перевела статью Международного консорциума журналистов-расследователей (ICIJ) и его партнеров о том, как компания строила с ними отношения.

Советник премьер-министра Малайзии нуждался в помощи в управлении компаниями в столице Куала-Лумпур и (связанными с ними фирмами в) Гонконге. Прокуроры утверждают, что он и его помощники использовали эти компании для вывода сотен миллионов долларов из государственного фонда развития экономики.

Российский производитель автоматов Калашникова, находящийся под международными санкциями из-за своей неблагонадежности, хотел продать свои акции в крупном медном руднике теневому бизнесу в Монголии. Эта сделка стала причиной коррупционного расследования в отношении тогдашнего премьер-министра Монголии.

Технологический гигант Apple Inc. искал налоговую гавань, чтобы спрятать горы своей прибыли в офшорах.

У каждого из них был сообщник в крупнейшей юридической фирме Америки.

Когда миллиардеры, транснациональные корпорации и политические деятели пытаются спрятать богатство или избежать налогов, они часто обращаются в чикагскую компанию Бейкер и Макензи.

Имея 4700 юристов в 46 странах и доход в 3,1 млрд долларов, Бейкер и Макензи называет себя «самобытной глобальной юридической фирмой». Она входит в десятку американских и британских компанию, которые создали крупные международные сети и переизобрели саму профессию юриста.

В Бейкер и Макензи утверждают, что фирма привержена верховенству закона и самым высоким международным стандартам этики, прав человека и антикоррупционной политики. «Мы сторонники правды и прозрачности», − говорится в кодексе делового поведения компании. «Мы не ведем дела с непорядочными людьми».

фото thetimes.co.uk

Расследование Международного консорциума журналистов-расследователей (ICIJ) показывает, как Бейкер и Макензи помогала транснациональным корпорациям и богатым людям избегать налогов и проверок с помощью подставных компаний, системы доверительного управления и сложных схем работы в налоговых гаванях. В этих схемах, окутанных тайной, хранятся огромные богатства − дома, яхты, акции и деньги, порой неясного происхождения.

Среди клиентов: люди и компании, вовлеченные в политическую коррупцию и мошеннические деловые практики, а также связанные с авторитарными режимами.

Джо Лоу, будучи советником осужденного премьер-министра Малайзии Наджиба Разака, регулярно обращался за услугами филиалов компании Бейкер и Макензи. Сейчас Лоу находится в бегах, его обвиняют в организации вывода миллиардов из государственного инвестиционного фонда и разыскивают Малайзия, США и Сингапур.

Российский производитель оружия Ростех, продавший свою долю в монгольском руднике, входит в число российских компаний, контролируемых государством, которые заключили контракты с Бейкер и Макензи, находясь под международными санкциями.

А компания Apple, которая обратилась к Бейкер и Макензи за помощью в поиске налогового убежища, стала международным примером корпоративной практики ухода от налогов в оффшорных зонах.

Расследование ICIJ предлагает редкий взгляд изнутри на роль элитной юридической фирмы в оффшорной экономике. Оно основано на новой утечке конфиденциальных данных и тысячах страниц открытых документов, а также десятках интервью и ранее нераскрытых файлах из других утечек.

Более 600 журналистов изучили 11,9 млн. новых документов, названных Pandora Papers. Они утекли из 14 компаний, предоставляющих финансовые услуги во множестве юрисдикций: от Дубая до Панамы. Документы позволили обнаружить секретные активы политиков, миллиардеров и бизнесменов, а также действия профессиональных посредников, которые проводят платные консультации по тому, как уклоняться от уплаты налогов и сохранять секретность.

Среди обширного числа офшорных банкиров, бухгалтеров, юристов и агентов по управлению компаниями выделяется компания Бейкер и Макензи. Благодаря документам Pandora Papers и предыдущим утечкам, ICIJ установил, что Бейкер и Макензи играла роль в более чем 440 оффшорных компаниях, зарегистрированных в налоговых гаванях. Как правило, фирма связывала клиентов с поставщиками офшорных услуг.

Она консультировала десятки корпоративных гигантов по налоговым или офшорным маневрам. Фирма также лоббирует их интересы в Вашингтоне и других столицах, защищая в случае противодействия властей.

Утечка документов показывает, что юридическая фирма помогла организовать подставные компании на Кипре для пищевого и табачного гиганта RJR Nabisco. Компанию Nike она сопровождала во время создания налогового убежища в Голландии. Согласно судебной записке правительства США, юристы компании помогли Facebook перевести миллиарды долларов прибыли в Ирландию, где установлен низкий уровень налогообложения.

В серии письменных заявлений, направленных в ICIJ, компания Бейкер и Макензи сообщила, что стремится предоставлять лучшие юридические и налоговые консультации, чтобы помочь своим клиентам ориентироваться в "очень сложном, постоянно меняющемся и часто противоречивом" наборе глобальных правил.

«Прозрачность и подотчетность являются неотъемлемыми составляющими таких консультаций», − сказал представитель компании Джон МакГиннесс. «Мы стремимся к тому, чтобы наши клиенты придерживались как закона, так и передовой практики».

Панорамный взгляд первопроходца

Собранные материалы дают панорамный взгляд на роль Бейкер и Макензи в формировании законов и нормативных актов по всему миру, включая лоббирование мер, касающихся отмывания денег и налоговых убежищ. Действуя от лица крупных банков и технологических компаний, фирма выступала против предложений по усилению надзора за финансовым регулированием и налоговым законодательством.

В ОАЭ заслуга Бейкер и Макензи состояла в том, чтобы помочь создать свободные зоны − зоны низких налогов и минимального регулирования, которые, по мнению критиков, способствуют незаконной деятельности. В Австралии юридическая фирма выступила против меры, ограничивающей крупные компании в уклонении от уплаты налогов в оффшорных зонах. А в США, лоббируя интересы транснациональных банков, Бейкер и Макензи добивалась освобождения большего числа иностранных клиентов от соблюдения правил дью-дилидженса, цель которых предотвратить отмывание денег.

В рамках расследования Pandora Papers ICIJ установил, что более 300 юристов Бейкер и Макензи консультировали или представляли государственные, национальные или международные органы по таким вопросам, как международное налоговое законодательство и антикоррупционные реформы. Более 220 сотрудников Бейкер и Макензи в 35 странах занимали должности в государственных учреждениях, включая департаменты юстиции, налоговые службы, Комиссию Евросоюза и офисы глав государств.

Хотя внутренние документы Бейкер и Макензи не попали в утечку, фирма упоминается в более чем 7500 документах − гораздо чаще, чем любая другой крупная американской юридическая фирма.

Многие документы с упоминанием Бейкер и Макензи затрагивают трех офшорных поставщиков услуг, которым фирма или ее клиенты делегировали работу: Trident Trust с офисами на Британских Виргинских островах; Alemán, Cordero, Galindo & Lee (Alcogal), юридическая фирма, расположенная в Панаме; и Asiaciti Trust, расположенная в Сингапуре.

Бейкер и Макензи, будучи одной из самых известных в мире фирм, специализирующихся на корпоративном праве, также является новатором отрасли. Она приняла модель, которая позволяет своим зарубежным партнерам пользоваться преимуществами глобального бренда без того, чтобы делиться прибылью и обязательствами. Она была одним из первых апологетов стратегий налогового планирования, позволяющих крупным компаниям и состоятельным людям переводить прибыль в налоговые гавани, не перенося туда свои операции.

С тех пор реализация услуг в налоговых гаванях стала основным источником доходов офшорной индустрии, стратегией, которая заставляет обычных граждан нести финансовое бремя, от которого уклоняются богатые и влиятельные люди.

Юристы − центральные действующие лица в этой системе.

фото adirelab.es

Ведущие международные организации, такие как Организация экономического сотрудничества (ОЭСР) и развития и Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег, заявили, что слабое регулирование деятельности юристов и других специалистов играет ключевую роль в преступлениях, связанных с глобальными финансами.

Но, в отличие от банкиров и других офшорных посредников, адвокаты избежали пристального внимания, отчасти благодаря адвокатской тайне − доктрине, обязывающей их хранить конфиденциальность о действиях клиента. В некоторых странах имеющиеся у юристов привилегии освобождают их от необходимости сообщать государственным регулирующим органам о таких операциях, как отмывание денег.

Адвокат − это нечто большее, чем просто наемник для богатых и влиятельных людей. Согласно Типовым правилам профессионального поведения Американской ассоциации юристов, юрист − это представитель правовой системы и гражданин с особой ролью "содействующий пониманию и доверию общества к принципу верховенству закона".

Юристы обязаны делать больше, чем просто создавать лазейки для клиента и получать большой гонорар, говорит Ричард Пейнтер, профессор права Университета Миннесоты, который был главным юристом по этике бывшего президента США Джорджа Буша-младшего. «То, что это не противозаконно, не делает это правильным», − говорит он.

Милтон Ченг, глобальный председатель Бейкер и Макензи, работающий в Гонконге, отказался от интервью. Фирма не стала комментировать дела клиентов, сославшись на "обязательства по сохранению конфиденциальности и юридической тайны".

Пресс-секретарь МакГиннесс, работающий в Сингапуре, сказал, что фирма проводит строгую юридическую экспертизу и глобальную проверку всех потенциальных клиентов. Он сказал, что Бейкер и Макензи «глубоко не согласна» с любым утверждением о том, что у нее много рискованных с репутационной точки зрения или сомнительных клиентов.

«В некоторых случаях мы обнаруживаем, что клиенты впоследствии ведут деятельность, которая не соответствует нашему предварительному дью-дилидженсу, или выясняются новые факты или события, которые заставляют нас прекратить их представлять», − сказал он.

Компания Бейкер и Макензи не ответила на многочисленные вопросы о своей роли в оффшорной экономике и о том, почему ее название так часто встречается в записях поставщиков оффшорных услуг. МакГиннесс сказал, что Бейкер и Макензи обычно передает клиентов и юридические вопросы другим юридическим фирмам и поставщикам услуг в юрисдикциях, где у нее нет офиса.

МакГиннесс добавил, что Бейкер и Макензи выступает за создание более справедливой и простой глобальной налоговой системы. «В то же время, − утверждает он, − мы должны ясно консультировать клиентов по их обязательствам в рамках существующих законов и нормативных актов».

Правительства, регулирующие органы и отраслевые группы регулярно обращаются к Бейкер и Макензи и другим юридическим фирмам с просьбой помочь в разработке и анализе законодательства, сказал МакГиннесс. По его словам, эта работа выполняется в соответствии с местными законами о лоббировании, а при найме бывших государственных служащих Бейкер и Макензи строго придерживается правил конфликта интересов.

Чикаго: поездка на такси в новый мир

Рассел Бейкер родился в 1901 году в семье фермера в Портедже, штат Висконсин. Согласно истории юридической фирмы, после того как ему исполнилось 12, семья Бейкера переехала в Техас. Когда ему было 16 лет, Бейкеры снова переехали в Нью-Мексико, где Рассел выучил испанский язык и проникся интересом к различным культурам, который перерос в идею создать первую в мире глобальную юридическую фирму. Он переехал в Чикаго, чтобы поступить в Чикагский университет и его юридическую школу. В 1925 году, вместе с другом по юридическому факультету, Бейкер основал свою первую юридическую фирму, которая специализировалась на оказании помощи гражданам Мексики.

В 1942 году в США был принят Закон о торговых корпорациях Западного полушария (Western Hemisphere Trade Corporation Act), который предоставлял налоговые льготы производственным компаниям в Латинской Америке. В этот момент Бейкер придумал, как американские корпорации могут получить льготы, переводя прибыль в юрисдикции с низким уровнем налогообложения.

Это стало началом того, что компания Бейкер и Макензи называет одной из крупнейших в мире практик налогового планирования, призванной помочь компаниям извлечь максимальную пользу из хитросплетений расширяющегося налогового кодекса США.

«Налогоплательщик имеет право организовывать свои дела так, как ему заблагорассудится», − написали Бейкер и его коллеги в работе, опубликованной в 1957 году. «Этот принцип присущ не только нашему налоговому законодательству, он является основополагающим для нашего американского образа жизни».

В 1948 году Бейкер случайно оказался в одном такси с Джоном МакКензи, адвокатом из Чикаго. Через некоторое время они уже обсуждали идею создания международной юридической фирмы. Спустя год они основали компанию Бейкер и Макензи.

На первых порах фирма, ныне известная как Бейкер и Макензи, вела международный бизнес из своей штаб-квартиры в Чикаго. Затем, по мере расширения бизнеса своих клиентов, в числе которых были компании вроде фармацевтического гиганта Abbott Laboratories, Бейкер и Макензи начала следовать за ними по миру В 1955 году компания открыла свой первый офшорный офис в Каракасе, столице Венесуэлы.

В статье, опубликованной в журнале Wisconsin Law Review два года спустя, Бейкер и его соавтор рекомендовали создать в Венесуэле и других странах компании, позволяющие владельцам оставаться анонимными за счет использования так называемых акций на предъявителя. Акции на предъявителя − это сертификаты, которые не нужно регистрировать на имя конкретного человека или предприятия. «Нигде в Америке невозможно создать корпорацию с акциями на предъявителя», − пишут Бейкер и его коллеги. «Но это возможно в ряде первоклассных зарубежных стран, где экономический потенциал практически неограничен».

Многие страны впоследствии запретили акции на предъявителя, поскольку недобросовестные держатели использовали их для сокрытия преступлений и активов.

Компания Бейкер и Макензи начала стремительно расти с конца 1950-х годов, открыв за 15 лет 20 офисов в таких отдаленных местах, как Сан-Паулу и Сидней. Она стала нетрадиционным гигантом отрасли с 76 офисами по всему миру и 4700 адвокатами. По данным National Law Journal, ее размеры превосходят любую другую американскую юридическую фирму. Согласно последнему исследованию журнала, за Бейкер и Макензи последовали другие крупные фирмы − DLA Piper нарастила штат до 4000 юристов, Norton Rose Fulbright − до 3180, а Latham & Watkins − до 2860.

По мере развития офшорной индустрии Бейкер и Макензи стала экспертом в оказании помощи компаниям по выводу прибыли в страны, которые, по крайней мере на бумаге, имеют низкие налоговые ставки. А когда правительство закрывало лазейку, Бейкер и Макензи или другие юридические фирмы искали новую юрисдикцию.

От «инверсий» до Маклоу со швейцарским уклоном

Возьмем, к примеру, такой инструмент, как «инверсии». При инверсии одна компания объединяется с другой, обычно меньшей по размеру, в юрисдикции с низким налогообложением, что часто позволяет существенно экономить на уплате налогов. Эта стратегия появилась в 1980-х годах благодаря «инверсии почтового ящика», когда американские фирмы создавали подставные компании с абонентским почтовым ящиком в Бермудских островах, еще одной налоговой гавани. К 2002 году тогдашний сенатор США Макс Бокус призвал Бейкер и Макензи к ответу касательно действий косметической компании Helen of Troy, которая в 1994 году перерегистрировалась на Бермудах.

«Вопрос инверсий и их продвижение лоббистами, я думаю, является большой проблемой», — сказал Бокус во время слушаний по налоговым гаваням. «Лоббисты, продвигающие их, хорошо известны».

Он сослался на отрывок с сайта компании Бейкер и Макензи, в котором та призывает использовать инверсии для «радикального» снижения налоговой нагрузки. «Бейкер и Макензи» стала пионером современных инверсионных сделок после кейса “Елены Троянской" в 1994 году», − заявил Бокус на слушаниях. «С тех пор она проводила налоговые и корпоративные консультации примерно по половине всех публично раскрытых инверсионных сделок, ни одна другая юридическая или бухгалтерская компания не может похвастаться такими результатами».

Сенатор США Макс Бокус, фото msnbc.com

С осуждением подобных «афер», которые «обкрадывают остальных налогоплательщиков», Конгресс принял антиинверсионное законодательство, которое вступило в законную силу в 2004 году.

Пять лет спустя Бейкер и Макензи вновь оказалась в центре внимания сената. На этот раз компанию упоминали на слушаниях, посвященных налоговым гаваням в офшорных зонах. Фирма была юридическим консультантом крупного швейцарского банка UBS, рассказывая ему о том, как вести себя с американскими клиентами, которые не хотели раскрывать свои зарубежные активы налоговой службе. Банк, пересмотревший свою практику в 2009 году, заявил, что он не заключает «контракты с третьими лицами на оказание услуг, которые помогают другим избежать обязательной выплаты налогов».

Тем временем индустрия налогового планирования продвигала новые зоны с низкими налогами, открывающих возможность для более сложных стратегий инверсии. Компании-гиганты стали переносить свои штаб-квартиры в более развитые юрисдикции, такие как Ирландия. Эта тенденция побудила Бейкер и Макензи выпустить брошюру для клиентов, в которой рассказывалось об инверсионных сделках фирмы с 16 корпорациями, проведенных за шестилетний период, закончившийся в августе 2014 года.

С момента создания своих первых зарубежных филиалов Бейкер и Макензи всегда рекламировала себя как −универсального поставщика услуг». Она отдавала предпочтение франчайзинговой модели, при которой независимые местные фирмы используют один и тот же бренд. Благродаря этому фирма получила прозвище «McLaw».

В начале 2000-х годов Кристин Лагард, видный юрист парижского офиса и первая женщина, возглавившая Бейкер и Макензи, приступила к введению единых стандартов для фирм-членов компании по всему миру. Под руководством Лагард, которая сейчас является президентом Европейского центрального банка, Бейкер и Макензи реорганизовалась в «швейцарскую фирму», сосредоточив свой брендинг, бэк-офис и финансовые операции в новом корпоративном центре в Нидерландах.

Однако офисы никогда не были по-настоящему едины. Бейкер и Макензи осталась свободной конфедерацией независимых фирм-участников, имеющих единый брендинг, бэк-офисные услуги и маркетинг − но не прибыль или юридическую ответственность.

Другие крупные фирмы последовали этому примеру.

Гонконг: создание города тайн

Гонконг − это город торговцев и отправителей грузов, который неоднократно трансформировался. Он менял специализацию с транзита товаров на развитие собственного промышленного производства после Второй мировой войны, но затем переизобретал себя заново. В 1970-х годах страны Карибского бассейна, зависимые от Великобритании, уже процветали как налоговые убежища, а Гонконг, находящийся по другую сторону мира офшоров, только превращался в главное пристанище секретов и невыплаченных налогов. Под руководством Великобритании экономика острова перевела фокус с торговли на банковское дело, а в его архитектурном облике на смену колоннадам пришли сияющие башни. Но затем Гонконг стал игровой площадкой для Уолл-стрит и богачей, которые никогда не позволяли сантиментам встать на пути прибыли.

Появление юридической компании Бейкер и Макензи в Гонконге происходило в момент преображения острова, а превращение Китая в мировую державу создавало для нее массу возможностей по извлечению прибыли.

Вскоре после открытия офиса в Гонконге несколько высокопоставленных юристов Бейкер и Макензи создали две дочерние компании, которые потрясли и без того разгоряченный рынок, предлагая тактики уклонения от налогов и сокрытия информации о собственности. Партнеры Джон Коннор и Роберт Пик основали компанию B. & McK. Custodians Ltd., чья миссия заключалась в том, чтобы помогать создавать компании и управлять ими в Гонконге и за его пределами.

Два с половиной года спустя их коллега Джордж Форрай помог создать другую фирму B. &. McK. Nominees Ltd., расположенную в офисе юридической фирмы в Гонконге. Она позволила заменить директоров и акционеров компании фигурами, которых сегодня называют номинальными держателями.

Макгиннесс из Бейкер и Макензи заявил, что юридические фирмы обычно предлагают корпоративные услуги, подобные тем, которые предоставляет B. & McK. Nominees и B. & McK. Custodians. Однако в то время западные регуляторы предупреждали, что некоторые богатые люди создают в Гонконге анонимные подставные компании, чтобы избежать уплаты налогов.

Благодаря инновациям, местным группам интересов и лобби, Бейкер и Макензи смогла превратить Гонконг в мировой финансовый центр, известный низкими налогами, высоким уровнем секретности и минимальным регулированием.

фото jpreis.com

В двух интервью по видеосвязи гонконгский миллиардер Аллан Земан рассказал ICIJ о своем бизнес-пути из Канады в Гонконг − и о роли юристов компании Бейкер и Макензи. По его словам, он обратился в фирму за консультацией по созданию компаний на Британских Виргинских островах из соображений конфиденциальности, а не для того, чтобы избежать налогов. «Налоги в Гонконге и так достаточно низкие», − сказал Земан, добавив, что анонимные офшорные компании обеспечивают определенную защиту от нежелательного внимания и судебных исков. «Во многих случаях у вас есть партнеры, которые просто не хотят, чтобы их имя ассоциировалось с чем-то».

73-летний Земан вырос в Канаде и сделал свое состояние, наладив бизнес по продаже одежды по всему миру. Он создал развлекательную зону в Гонконге и стал одним из самых известных бизнес-магнатов города.

По его словам, Земан заплатил Бейкер и Макензи не только за обеспечение конфиденциальности его финансовых дел, но и за помощь в обходе строгих правил Гонконга. По его словам, эта юридическая фирма является «универсальным оператором», который помогает ему ориентироваться в хитросплетениях нормативных актов в 36 странах мира.

«Они подскажут вам лучший способ... и убедятся, что вы все делаете заранее и законно», − сказал Земан, добавив: «Их услуги не дешевы. Но это того стоит».

Поддержка номинальных владельцев корпоративными гигантами

B & McK. Nominees подготавливала директоров, акционеров и секретарей для сотен компаний и предпринимателей в Гонконге, включая партнера Земана по швейной промышленности Брюса Роковица и таких корпоративных гигантов, как Nike и Apple.

Ни Nike, ни Apple не ответили на вопросы о том, почему они воспользовались услугами Бейкер и Макензи по подбору номинальных представителей в Гонконге. В заявлении компании Nike говорится, что она соблюдает все местные правила. Apple назвала себя «крупнейшим налогоплательщиком в мире». Роковиц не откликнулся на просьбу о комментарии.

Компания Бейкер и Макензи заявила, что иногда предоставляет номинальных акционеров транснациональным корпорациям, у которых нет местного персонала.

Еще одним бизнесменом, обратившимся в Бейкер и Макензи, был Грэм Бриггс, основатель крупной компании Asiaciti, предоставляющей услуги по управлению офшорами. Юридическая компания занималась организацией траста, в который бизнесмен вкладывал деньги.

Согласно записям, изученным ICIJ, у Бейкер и Макензи были тесные отношения с Asiaciti, а также с другими крупными юридическими компаниями в офшорах. Эти отношения носили как личный, так и профессиональный характер.

Из документов Pandora Papers следует, что Джордж Форрай, партнер Бейкер и Макензи в Гонконге, познакомил Бриггса со своей женой. Другие полученные документы показывают, что Форрай был в списке гостей Бриггса на теннисном турнире Australian Open и других частных мероприятиях. Они обсуждали потенциальные деловые сделки, и когда в 2001 году правительство Гонконга обратилось к Форраю с просьбой помочь в разработке налоговой политики, он попросил Бриггса оказать содействие. К тому времени британцы передали Гонконг Китаю. Влияние материка на финансовые дела острова становилось все более значительным. И Бейкер и Макензи приобрела все увеличивающуюся репутацию юридической фирмы, которая занимается разработкой законов и нормативных актов.

В Гонконге юристы Бейкер и Макензи писали письма, участвовали в рабочих группах и консультировали по вопросам законов и нормативных актов. Например, фирма выступала против ужесточения стандартов дью-дилидженса и утверждала, что более строгие требования к раскрытию информации станут бременем для бизнеса.

Фирма продвигала интересы своих клиентов в качестве государственной политики Гонконга и других странах через некоммерческие лоббистские коалиции с такими названиями, как Ассоциация глобальных кастодианов, Группа по развитию цифровой экономики и Коалиция разработчиков программного обеспечения.

Налоги, ожидаемо, вызывали особое беспокойство. Группа консультантов при правительстве Гонконга, в которую входил юрист Бейкер и Макензи Майкл Олесники, отвергла идею законодательных изменений по налогообложению доходов, проходящих через офшоры. В электронном письме Олесники сообщил ICIJ: «Группа была не против обложения налогом доходов в офшорах, но посчитала, что это просто добавит нагрузку на существующих налогоплательщиков и, следовательно, не будет способствовать выполнению задачи расширения налоговой базы».

Компания Бейкер и Макензи не ответила на вопросы о том, правительствам каких стран она помогала разрабатывать законы, а также о том, сколько ей заплатили такие клиенты или группы интересов. Пресс-секретарь МакГиннесс назвал лоббирование «незначительным элементом» бизнеса фирмы.

Отношения со скрытным миллиардером Стэнли Хо

Утекшие документы показывают, что одним из клиентов Бейкер и Макензи, воспользовавшимся льготным режимом налогообложения Гонконга, был скрытный миллиардер Стэнли Хо, который стал известен как король азартных игр Азии. Хо, который умер в 2020 году в возрасте 98 лет, помог превратить Макао, секретную налоговую гавань у побережья Китая, в крупный центр азартных игр.

У магната, который превосходно танцевал танго и дважды женился на женщинах, любивших танцы, было четыре жены и 17 детей. Согласно архивам Pandora Papers, его четвертая жена, Анжела Леонг, директор казино Хо, зарегистрировала 71 компанию на Британских Виргинских островах.

Миллиардер Стэнли Хо, фото bangkokpost.com

После того как в 2002 году Китай разрушил 40-летнюю монополию Макао на открытие казино, успех Хо пошел на убыль.

Китайское правительство стремилось сдержать рост игорного рынка Макао. Сестра Хо, Винни, подала против него более 30 исков, оспаривая, в частности, реорганизацию его игорного предприятия SJM Holdings. Мировая экономика тем временем замедлялась, а последствиями этого было падение прибыли.

Регуляторы штата Нью-Джерси рассматривали обвинения в адрес Хо из-за его связей с организованной преступностью. Власти Португалии расследовали факты налоговых махинаций в его казино. Австралия не выдала ему лицензию на занятие игорным бизнесом, признав его неблагонадежным. Гонконгские регуляторы задавали вопросы о его планах сделать SJM Holdings публичной компанией.

Нуждаясь в новых инвесторах с началом серии проверок и возникновением серьезных проблем, Хо обратился к Лоуренсу Ли, первоклассному специалисту Бейкер и Макензи по политическим вопросам в Гонконге и на материковом Китае.

Переведенный из офиса в Сиднее, Ли жонглировал несколькими должностями. Он работал директором Гонконгского агентства по регулированию ценных бумаг, а затем председателем его надзорного органа − следил за людьми и компаниями, не похожими на те, которые он представлял.

Он также был номинальным руководителем компании Хо SJM Holdings, и, помимо прочих обязанностей, заверял корпоративные решения. Ли стал одним из главных сторонников смягчения правил, чтобы позволить большему числу компаний разместиться на Гонконгской фондовой бирже. Это побудило Гонконгскую биржу выступить против «более мягкого подхода» к приему кандидатов на листинг.

Кроме того, Ли был директором влиятельного аналитического центра Bauhinia Foundation Research Centre, который щедро финансировался гонконгскими магнатами, включая Стэнли Хо. Большая часть этих денег предоставлялась тайно.

Хо рассказал газете South China Morning Post, что в 2006 году он выделил фонду Bauhinia $3 млн. Пару лет спустя Ли напомнил о себе будучи номинальным директором флагманской компании-казино Хо, которая стремилась выйти на биржу Гонконга.

Фонд Bauhinia отказался предоставить информацию о доле Хо или список доноров. В своем заявлении фонд назвал себя независимой политической группой, поддерживающей трудящихся. Он также продвигал позиции, выгодные Стэнли Хо: низкие налоги, слабое регулирование публичных компаний и государственное субсидирование крупных инфраструктурных проектов − включая 34-мильный морской мост и туннель, соединяющий Гонконг, Китай и Макао. Все это могло бы помочь его бизнесу.

После паузы длинною в два летних сезона, консультации Бейкер и Макензи способствовали успешному дебюту SJM Holdings на Гонконгской бирже. В проспекте выпуска акций не упоминалось, что власти Нью-Джерси расследуют деятельность компаний Хо на предмет возможных связей с организованной преступностью. Хо отрицает все обвинения в неправомерных действиях.

В результате первичного размещения акций было собрано около полумиллиарда долларов. Компания Бейкер и Макензи выпустила триумфальный пресс-релиз: «Наше участие в этом громком IPO SJM Holdings еще больше укрепило наши позиции в качестве ведущего юридического консультанта по крупнейшим размещениям и привлечению средств на Гонконгской фондовой бирже». Сегодня дети и четвертая жена Хо контролируют состояние, которое в 2020 году оценивалось в $14,6 млрд. Юридическая фирма представляла интересы дочери Хо, Пэнси Хо, наследницы империи.

В Азии влиятельность в Гонконге открывает путь к главному источнику экономического потенциала региона: Китаю. Бейкер и Макензи явно становилась предпочтительной фирмой для многих китайских государственных предприятий, стремящихся к экспансии зарубежных рынков, которые часто используют структуры собственности, распространенные в Гонконге. В 2015 году Бейкер и Макензи стала первой иностранной юридической фирмой, получившей разрешение на совместную деятельность с FenXun Partners в шанхайской зоне свободной торговли, где также установлен низкий уровень налогообложения.

Среди материковых компаний, которые консультировала Бейкер и Макензи, были три, которые в 2020 году США включили в черный список из-за связей с китайскими военными. Юридическая фирма представляла интересы AVIC International Holding Corp., дочерней компании Aviation Industry Corporation of China (AVIC), в рамках предлагаемой приватизационной сделки. AVIC является производителем истребителей и одним из крупнейших в мире дилеров беспилотников. Правозащитники полагают, что беспилотники AVIC стали причиной жертв среди гражданского населения во время авиаударов на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Например, в ноябре 2019 года восемь мирных жителей погибли в результате удара беспилотника ОАЭ по ливийской фабрике печенья недалеко от Триполя. Предположительно, дрон был запущен AVIC Wing Loong-II.

Бейкер и Макензи не ответила на вопросы о своей работе с китайскими государственными компаниями, попавшими в черный список.

Малайзия: дикая погоня за $4,5 млрд

Лоу Тхэк Чжо, харизматичный потомок малазийской семьи с хорошими связями, основал свою первую компанию, будучи студентом Пенсильванского университета. С возвращением на родину началась его блестящая карьера в сфере финансов, которая сделала его очень богатым. В прессе его стали называть Джо Лоу, а его успех позволил ему получить долю в голливудском блокбастере Мартина Скорсезе «Волк с Уолл-стрит» 2013 года, а также сделать селебритис своими друзьями, в числе которых были Пэрис Хилтон, Леонардо Ди Каприо и модель Victoria's Secret Миранда Керр. Последней он подарил драгоценности на общую сумму $8 млн.

Актер Леонардо ДиКаприо и миллиардер Джо Лоу, фото bbc.com

Начиная с 2004 года, Лоу заручился поддержкой компании Бейкер и Макензи и аффилированных с нею лиц, а также нескольких доверенных лиц, чтобы создать сеть компаний в Малайзии и Гонконге. Он вошел в мир политических посредников, закрытых ночных клубов и многомиллионных сделок, о которых большинство выпускников бизнес-школ только мечтают. Как показывают судебные документы, Лоу и его сообщники использовали компании для покупки роскошных отелей в Нью-Йорке и Беверли-Хиллз, прямых инвестиций и перекачки средств тогдашнему премьер-министру Малайзии Наджибу Разаку.

50-летний менеджер B&M Consultancy Services, филиала Бейкер и Макензи, стал ключевым консультантом для восьми связанных с Лоу компаний в Малайзии. Лоу привлек другой филиал, B. & McK. Nominees, для создания трех компаний в Гонконге.

После того как Разак принял присягу премьер-министра в 2009 году, Лоу стал одним из организаторов сделок для государственного инвестиционного фонда, призванного обеспечить малазийцев хорошими рабочими местами. Фонд, названный 1Malaysia Development Berhad, стал известен под аббревиатурой 1MDB.

Лим Пох Сенг, корпоративный секретарь, связанный с Baker McKenzie, работал на 1MDB с самого начала. Недавно он впервые публично признал, что работал на компании Джо Лоу в качестве сотрудника B&M Consultancy. Свидетельствуя во время суда над бывшим премьер-министром Разаком в Малайзии, Лим сказал, что Джо Лоу обратился к нему в 2008 году с просьбой вести протокол заседания государственного фонда, бывшего предшественником 1MDB. По словам Лима, после того, как федеральное правительство Малайзии взяло на себя управление государственным фондом в 2009 году, он стал корпоративным секретарем 1MDB, присутствовал на заседаниях его совета директоров и выполнял другие важные корпоративные функции.

Вскоре после этого юридическая фирма Wong & Partners, член малазийского филиала Бейкер и Макензи, представляла интересы фонда 1MDB в сделке с частной саудовской нефтяной компанией PetroSaudi на сумму $1 млрд. Эта и другие сделки должны были обеспечить финансированием проекты в области энергетики и развития. Вместо этого, по данным властей США и Малайзии, большая часть денег перетекла в подставные компании и другие непрозрачные юрлица, контролируемые Лоу и его сообщниками.

Прокуроры утверждают, что через вереницу подставных компаний, трастов и банковских счетов им удалось вывести из 1MBD более $4,5 млрд на личные счета, и в итоге совершить одно из крупнейших финансовых преступлений в мире.

Красные флажки повсюду

Эксперты по проблемам отмывания денег говорят, что Лоу подходит под хрестоматийное определение клиента с высоким уровнем риска. Он использовал счета в швейцарских банках и коммерческие структуры, организованные членами семьи. У него также были тесные связи с политиками, включая Разака, бывшего премьер-министра.

«Взгляд на Лоу был зашорен у всех», − сказал Кит Прагер, бывший таможенный агент США и эксперт по проблемам отмывания денег, который изучал это дело для ICIJ. «Повсюду были красные флажки».

В этическом кодексе Бейкер и Макензи советуют штатным юристам задавать себе вопросы, которые помогут сделать правильный выбор: «Буду ли я смущен, если друзья или семья узнают, что это сделал я? ... Может ли это нанести вред фирме или повредить ее репутации?... Буду ли я возмущен, если об этом сообщат в блоге или новостях?»

Проверка ICIJ показала, что, помимо Джо Лоу, Бейкер и Макензи и ее аффилированные лица вели дела с компаниями и лицами с репутационными рисками сразу в нескольких странах. Среди них − предприятие, принадлежащее Ду Шуанхуа, китайскому сталелитейному магнату, который дал показания о передаче $9 млрд чиновнику горнодобывающей промышленности, впоследствии осужденному за взятки; украинский олигарх Игорь Коломойский, который, по мнению американских властей, использовал цепочку подставных компаний в схеме по отмыванию $5,5 млрд; наследники покойного Ху Тек Пуата, широко известного в качестве самого богатого человека Сингапура, который был обвинен в том, что довел банк до финансового коллапса.

Ду Шуанхуа, Коломойский и Дженнифер Ху Кармайкл, дочь покойного банкира, не отреагировали на просьбу прокомментировать ситуацию.

Компания Бейкер и Макензи не ответила на вопросы о некоторых из своих клиентов. МакГиннесс сказал, что правила противодействия отмыванию денег и стандарты дью-дилидженса постоянно ужесточались, но дела некоторых клиентов могли возникнуть до введения строгих правил и критериев проверки. Теперь юридическая фирма проводит комплексную проверку всех потенциальных клиентов, отсеивая «политически значимых лиц», их личных помощников и членов семей.

«За прошедшие годы мы усовершенствовали наши системы до нынешнего надежного состояния управления рисками до начала работы с клиентом <...> и всегда стремимся улучшать их дальше», − сказал МакГиннесс.

Лим По Сенг, корпоративный секретарь, связанный с Бейкер и Макензи, отказался комментировать дело Джо Лоу. Wong & Partners, фирма-член Бейкер и Макензи в Малайзии, не ответила на просьбу о комментарии. Ранее Wong & Partners называла свою роль в деле 1MDB исключительно «консультативной» и заявляла, что не сделала ничего плохого.

В мае 1MDB подала иск в малазийские суды с требованием взыскать с Wong & Partners ущерб в размере $1 млрд, но менее чем через три месяца прекратила дело.

Бейкер и Макензи была не одинока среди профессиональных фирм, помогавших Лоу и его коллегам. Другие юридические (white-shoe) фирмы, аудиторы «Большой четверки» и даже почтенный инвестиционный банк Goldman Sachs содействовали мошенничеству, охватившему всю планету.

Позже Goldman призналась в сговоре для выплаты взяток на сумму более $1,6 млрд чиновникам Малайзии и Абу-Даби. В 2020 году малазийское подразделение Goldman признало себя виновным в федеральном суде США по обвинению во взяточничестве. Банк согласился выплатить почти $3 млрд чиновникам в четырех странах и вернуть $174 млн. топ-менеджерам.

Goldman Sachs отказался от комментариев. Ранее банк назвал свою роль в хищении активов 1MDB «институциональным провалом», поклявшись улучшить надзор.

Малайзийский суд приговорил Разака, бывшего премьер-министра, к 12 годам тюремного заключения после того, как в прошлом году он был признан виновным в ходе первого судебного процесса по делу о коррупции в 1MDB. Его приговор был отложен до рассмотрения апелляции, но ему предстоит участвовать в еще четырех судебных процессах, связанных с 1MDB.

Осужденный премьер-министр Малайзии Наджиб Разак, фото Joshua Paul/Bloomberg

Отвечая на вопросы ICIJ, Разак сообщил, что он не играл непосредственной роли в коррупционной схеме 1MDB. Он возложил вину на компанию Бейкер и Макензи и других профессиональных консультантов. «Меня успокаивало то, что это крупные брендовые фирмы, и что они должны были предупредить меня или совет директоров 1MDB, если бы возникли какие-либо тревожные сигналы», − сказал Разак, который был снят с должности в 2018 году. «Однако такие предупреждения не поступали».

39-летний Джо Лоу скрывается уже более пяти лет. Попытки связаться с ним были безуспешными. В интервью, опубликованном в прошлом году, он отрицал, что был мозговым центром схемы вокруг 1MDB. «Идея о том, что я являюсь неким "вдохновителем", совершенно ошибочна», − сказал он сингапурской газете Straits Times в интервью по электронной почте. Его периодически замечали на Пхукете в Таиланде, в Макао, Гонконге, Тайване, Голливуде и Ахмадабаде в Индии.

Майами: особняки в денежном лабиринте

Будучи главой североамериканской группы Бейкер и Макензи по управлению капиталом, Саймон П. Бек является востребованным спикером.

Юрист, налоговый консультант и эксперт в области трастов, Бек регулярно выступает на конференциях и отраслевых тренингах. Некоторые из них проводятся в пятизвездочных отелях. Темы выступлений затрагивают такие вопросы, как использование трастов и офшорных инструментов для защиты клиентов от кредиторов, а также размещение активов вне досягаемости «расточительных или враждебных» родственников, в том числе разведенных супругов.

Хотя Бек живет в Нью-Йорке, он также входит в суровую команду экспертов Бейкер и Макензи по налогам и трастам из Майами, которая консультирует богатейших людей Земли по вопросам защиты их состояний. Часто, как показывают документы Pandora Papers, решение заключается в том, чтобы спрятать их в подставных компаниях или трастах, созданных в налоговой гавани.

Сидя на 17-м этаже офисного здания в квартале от залива Бискейн, отделение в Майами управляло десятком анонимных компаний и трастов от лица иностранных клиентов.

Как показывают документы, клиенты использовали офшорные схемы для сокрытия предметов роскоши, недвижимости и инвестиций. Согласно обзору конфиденциальных документов, проведенному ICIJ, Бейкер и Макензи знакомила клиентов с поставщиками услуг в офшорах, консультировала их по налоговым вопросам, вела учет, проводила юридическую экспертизу, писала рекомендательные письма и многое другое. Часто фирма делегировала работу поставщикам услуг, специализирующимся на создании подставных компаний, таких как Trident Trust.

В числе клиентов был совладелец команды канадской футбольной лиги Ottawa Redblacks. Он стремился «изолироваться» от американских налогов на имущество. Того же добивались перуанский руководитель страховой компании, который сейчас находится под следствием из-за коррупционных нарушений, связанных со строительным скандалом Odebrecht, и 100-летняя мать финансового мошенника, осужденного за налоговое мошенничество и отмывание денег.

Сам Бек вел дела Таис Невес Бирманн, бывшей жены Даниэля Бирманна, бывшего финансиста, банкира и акционера одной из крупнейших в Латинской Америке компаний по производству боеприпасов.

В 2005 году власти Бразилии оштрафовали Даниэля Бирманна на сумму около $90 млн. за неправомерное получение прибыли в период реструктуризации производителя электроники SAM Industrias SA. На тот момент это был самый крупный штраф, когда-либо наложенный бразильскими регуляторами рынка ценных бумаг. Бирманн объявил о банкротстве и якобы скрыл активы, передав их членам семьи, в том числе Невесу Бирманну.

Десять лет спустя, когда банкротство еще продолжалось, бразильские власти конфисковали яхту стоимостью $20 млн., которой, по их словам, тайно владел Бирманн через подставную компанию, зарегистрированную на острове Мэн. Бразильские регуляторы рынка ценных бумаг обратились в суд за разрешением продать яхту, чтобы взыскать штраф в размере $90 млн. В апреле 2016 года они запросили разрешение на арест других нераскрытых активов, включая почти $4,6 млн. в виде невозвратных кредитов, которые Бирманн выдал своей бывшей жене и другим родственникам.

Позже, в июле 2017 года, Бейкен Макензи и Trident Trust учредили компанию Waymoore Partners, владельцем которой был Невес Бирманн. Она владела домом с пятью спальнями на Майами-Бич стоимостью $1,87 млн.

Ни Бирманн, ни его бывшая жена не ответили на вопросы о предполагаемом сокрытии активов от кредиторов, как и о происхождении средств, использованных для покупки дома в Майами. Бек не ответил на вопросы о деле Бирманна или о его работе с другими очень богатыми клиентами, включая миллиардера колумбийского происхождения Хайме Гилински Бакала.

По данным Forbes, 63-летний Гилински превратил небольшое унаследованное состояние в глобальную империю банков и недвижимости стоимостью $3,7 млрд. Из полученных документов следует, что по крайней мере часть его активов хранилась в более чем трех десятках компаний на Британских Виргинских островах и в Панаме, где он является гражданином и когда-то занимал дипломатический пост.

В письме, направленном в Trident Trust в 2017 году, адвокат Бек сообщил, что представлял интересы Гилински с 2003 года. «Гилински всегда вел себя благородно, без вреда для своей высокой репутации», − говорится в письме.

Миллиардер Джейми Гилински, фото alchetron.com

В 2004 году американские финансовые регуляторы приказали принадлежащему Гилински Eagle National Bank of Miami запретить иностранным политическим деятелям пользоваться банковскими счетами, которые могут быть опорочены «отмыванием денег, доходами от коррупционных действий за рубежом, финансированием терроризма или другой подозрительной активностью». Через несколько месяцев США издали приказ о прекращении деятельности, предписывающий материнской компании банка остановить выдачу внутренних кредитов Гилински и его бизнесу.

Гилински не ответил на запрос по поводу комментария. Банк в то время заявил, что прекратил кредитование любых аффилированных компаний. В итоге США сняли оба предписания после того, как банк и его холдинговая компания удовлетворили требования регуляторов.

Как показывают файлы Pandora Papers, с 2005 года финансовые власти Колумбии 16 раз наказывали принадлежащий Гилински Banco GNB Sudameris, в том числе один раз за нарушение процедур борьбы с отмыванием денег. В общей сложности регуляторы обязали банк выплатить около $394 тыс. в виде штрафов.

Документы, изученные ICIJ, показывают, что Бек был частью команды профессиональных посредников, работавших над бизнес-империей банкира. Среди других выделялся Хайме Алеман, политически влиятельный основатель панамской юридической фильмы Alemán, Cordero, Galindo & Lee (Alcogal), а также друг Гилински и давний деловой партнер Бейкер и Макензи.

В августе 2012 года, в момент усиления международного давления на офшорную индустрию Панамы, Бек помог Гилински переместить его панамскую компанию Glenoaks Investments на Британские Виргинские острова. Гилински использовал Glenoaks для финансирования своего банка в Боготе. Причина переезда: «Налоговое планирование в США», − написал Бек в электронном письме Alcogal.

Согласно имеющимся данным, Гилински использовал две другие компании на Британских Виргинских островах, которыми управлял Бейкер и Макензи, чтобы держать в собственности лондонский особняк, оцененный в 2013 году в $38 млн.

Записи показывают, что он заплатил $14,5 млн. за дом с семью спальнями. Это был один из четырех объектов недвижимости, которые он приобрел с помощью двух других офшорных компаний, открытых на частном острове в Майами, известном как Бункер миллиардеров. Охраняемый и закрытый дом находится вниз по улице от поместья площадью 1,3 акра, которое Иванка Трамп и Джаред Кушнер якобы купили в этом году за $24 млн.

Россия: пьянящий напиток для эксперта по санкциям

В марте 2016 года российская оружейная госкомпания «Ростех» обратилась за помощью для продажи своей доли в одном из крупнейших в мире медных рудников. Рудник находится в Монголии и был назван Эрдэнэт, что по-монгольски означает «сокровище».

«Ростех» производит практически все, чем пользуются российские военные: от истребителей и шлемов с очками ночного видения до бронетехники и автоматов Калашникова.

На момент заключения сделки по продаже шахты «Ростех» находился под западными санкциями, введенными после вторжения России в Крым в 2014 году. Вместе с некоторыми своими филиалами компания также попала под пристальное внимание СМИ из-за якобы коррупционных сделок с оружием. Согласно материалам Pandora Papers, родственники генерального директора «Ростеха» Сергея Чемезова, давнего друга президента России Владимира Путина, создали оффшорную подставную компанию для владения недвижимостью.

Президент России Владимир Путин и глава «Ростеха» Сергей Чемезов, фото Mikhail Klimentyev/TASS

Обращаясь к юридической фирме за помощью в продаже рудника в Монголии, «Ростеху» требовалось наличие «опыта консультирования российских организаций, попавших под санкции... США и Европейского союза».

Компания Бейкер и Макензи получила этот контракт через свой филиал Бейкер и Макензи СНГ (Baker & McKenzie CIS).

Бейкер и Макензи считает себя первой западной юридической фирмой, аккредитованной в советское время, и открывшейся в Москве в 1989 году. После распада Советского Союза партнеры Бейкер и Макензи приняли название Бейкер и Макензи СНГ для работы в бывших советских республиках. Название происходит от Содружества Независимых Государств, образовавшегося в результате распада Советского Союза. Имея одну из крупнейших экспертиз в регионе, Бейкер и Макензи считает своими клиентами некоторые крупнейшие западные компании, работающие на территории бывшего Советского Союза, включая Ford Motor Co. и производителя пива Carlsberg.

ICIJ и его партнеры из Центра исследования коррупции и организованной преступности, а также российское СМИ Важные истории (IStories) обнаружили, что Бейкер и Макензи СНГ представляла интересы как минимум шести компаний, находящихся под санкциями российского правительства, включая Ростех и крупный банк ВТБ.

Например, в марте 2018 года Бейкер и Макензи выиграла контракт с подразделением ВТБ, получившим прозвище «копилки Путина» после сообщений о том, что члены ближайшего окружения российского президента переводили огромные суммы денег в офшоры через дочернюю компанию ВТБ. Юридическая фирма была нанята, чтобы дать ВТБ консультацию о том, как избежать санкций США и ЕС при финансировании проекта аэропорта под Санкт-Петербургом.

Россия продолжает находиться под санкциями Запада из-за попыток повлиять на президентские выборы в США, произведенных кибератак и отравления бывшего российского шпиона.

Управление по контролю за иностранными активами США, ответственное за разработку экономических и торговых санкций, разрешает юристам оказывать юридические услуги российским компаниям, попавшим под санкции.

Хотя нет никаких доказательств того, что Бейкер и Макензи СНГ нарушила какие-либо правила, некоторые эксперты по этике задаются вопросом, может ли работа юридической фирмы следовать букве, но обходить дух законов о санкциях.

«Если вы представляете интересы организаций, против которых введены санкции, необходимо задаться вопросом: «Если вы хотите быть законопослушным корпоративным субъектом, действительно ли вы хотите предоставлять услуги организациям, которые абсолютно точно признаны правительствами плохими акторами?» - сказал Тимоти Уайт, специальный советник AML RightSource, консалтинговой компании по борьбе с отмыванием денег.

В июне 2016 года «Ростех» продал свою долю в руднике Эрдэнэт малоизвестной компании Mongolian Copper Corp. за $400 млн. Примерно в момент продажи контролеры по борьбе с отмыванием денег из Deutsche Bank подали отчеты о подозрительных операциях, подробно описав хлынувший поток сотен миллионов долларов в Mongolian Copper. Согласно отчетам Deutsche Bank, полученным BuzzFeed News и переданным ICIJ в рамках расследования FinCEN Files 2020 года, «нет практически никакой информации относительно конкретного создания и бизнеса» компании Mongolian Copper.

фото mcc.mn

Политический шторм в Монголии

В Монголии продажа спровоцировала политический шторм, судебные разбирательства и коррупционные расследования на высшем уровне. Одной из их целей стал тогдашний премьер-министр страны Чимед Сайханбилег. Парламент Монголии признал продажу незаконной, установив, что Сайханбилег санкционировал ее без одобрения контролирующих органов. Монгольские следователи также обнаружили доказательства того, что компания Mongolian Copper была прикрытием для других активностей частного Банка торговли и развития Монголии. По словам следователей, этот политически влиятельный банк, в число инвесторов которого входил Goldman Sachs, неправомерно использовал государственные средства для финансирования покупки. Goldman Sachs владел 4,8% акций банка, но заявил, что не осуществляет стратегического контроля.

Роберт Амстердам, адвокат Сайханбилега, утверждает, что бывший премьер-министр не играл никакой роли в продаже актива и не сделал ничего плохого. Ростех самостоятельно определил компанию Mongolian Copper Corp., сказал Амстердам, и не хотел продавать свою долю какому-либо другому покупателю. «Репутация Монголии как места для ведения бизнеса пострадала из-за политически ангажированного характера расследования в отношении компании Эрдэнэт», - сказал он.

Сославшись на конфиденциальность клиента, Бейкер и Макензи отказалась отвечать на вопросы о контракте Ростеха или о сделках фирмы с другими российскими компаниями, попавшими под санкции. Юридическая фирма заявила, что она просто предлагает клиентам консультации на предмет полного соблюдения торговых санкций.

Ростех отказался от комментариев.

Зарегистрированный офис Бейкер и Макензи СНГ - на первом этаже здания на острове Гернси в проливе Ла-Манш. По данным Tax Justice Network, некоммерческой группы, изучающей политику и практику обеспечения финансовой тайны по всему миру, Гернси занимает 11-е место среди самых скрытных налоговых убежищ.

Партнер ICIJ - Le Monde - обнаружил, что офис Бейкер и Макензи СНГ на острове Гернси не ведет никакой деятельности и фактически является подставным.

Соавторы: Карри Кехо, Мэгги Майкл, Эмилия Диас-Страк, Бен Холлман, Дин Старкман, Фергюс Шил, Дельфина Ройтер, Мигель Фиандор, Маго Торрес, Елена Косич, Ричард Х.П. Сиа, Том Стайтс и Дениз Хассанзаде Аджири.

Репортажи со всего мира предоставлены французским изданием Le Monde, малазийским изданием Malaysiakjni, гонконгским Stand News, российскими OCCRP и «Важные истории» (iStories), украинской журналисткой Таней Козыревой, Australian Broadcasting Corp. и Australian Financial Review в Австралии; Karlijn Kuijpers в Нидерландах; The Guardian и BBC в Великобритании; The Washington Post, Miami Herald и The Wire China в США; Agencia Publica в Бразилии; El Espectador/Connectas в Колумбии; Quinto Elemento Lab в Мексике; woxx в Люксембурге; Convoca в Перу; Korea Center for Investigative Journalism-Newstapa в Южной Корее; Indian Express в Индии; Armando.info в Венесуэле; Tempo в Индонезии; L'Espresso в Италии; Expresso в Португалии; WDR в Германии; NZME в Новой Зеландии; и El País в Испании.

Перевод на русский язык: Дмитрий Мазоренко, Vласть