7948
17 марта 2023
Ақбота Узбекбай, фото Алмаса Қайсара, Власть

«Я — голос жителей дачных массивов»

Как самовыдвиженец Жан Шыңғыс проводит предвыборную кампанию в дачных поселках вокруг Алматы

«Я — голос жителей дачных массивов»

43-летний юрист-правозащитник Жан Шыңғыс выдвигается в Алматинский областной маслихат по четвертому избирательному округу. Последние четыре года он занимается проблемами дачных массивов близ Алматы.

У Жана Шыңғыса юридическое образование, он окончил Казахский национальный университет имени аль-Фараби. 13 лет проработал в правоохранительных органах: «На этой работе невозможно было высказать свое мнение, потому что подчиняешься начальству. Несмотря на это, находил время помочь своим коллегам по социальным вопросам. Но в конце я понял, что не хочу там работать. Предпочел быть правозащитником».

Он ушел в центр занятости, где помогал людям, незаконно уволенным с работы. Четыре с половиной года назад Жан Шыңғыс узнал о проблемах, с которыми сталкиваются жители дачных поселков, стал помогать им как юрист и правозащитник, поэтому на этих выборах он надеется на их поддержку. Однако у большинства из них нет прописки, а это значит, что не все смогут проголосовать.

Дачные массивы давно уже утратили свое целевое назначение. Поэтому первый пункт программы Шыңғыса касается присвоения им статуса поселка. «В советское время люди только летом проживали на дачных массивах, занимались земледелием и хозяйством. Там был председатель, который был в ответе за электричество, воду и другие нужды населения. Он решал эти проблемы за счет паев, собираемых народом. А сейчас там люди живут круглый год. Им дали право туда прописаться, но они никак не могут зарегистрировать свои дома. Сейчас эти дачные массивы превращаются в большие поселки».

По словам Жана, чиновники и депутаты утратили доверие народа. Люди удивляются, когда видят его, кандидата в депутаты, за агитацией. А он просит их пойти на выборы и проголосовать хотя бы «против всех», чтобы их голоса не были украдены.

Правозащитник уверен, что пройдет в маслихат, если выборы будут честными. Он объясняет это тем, что по его округу есть еще три кандидата, но нигде нет их предвыборных программ. Шыңғыс звал их на дебаты, но никто не откликнулся.. У него есть сомнения насчет прозрачности грядущих выборов. Так на днях ему стало известно, что в его округ был добавлен еще один участок: «Хотел уточнить список своих участков, а мне сообщили о новом №967, который находится в Бурундае. Если бы сам не спросил, они бы не сказали мне это и один участок остался бы без независимого смотрящего. Мы подготовили по одному наблюдателю на каждый участок. А теперь надо успеть найти еще одного, и ему затем нужно еще получить удостоверение наблюдателя».

«Такой же человек, как и вы»

Договариваемся встретиться с Жаном Шыңғысом на территории дачного массива «Ардагер-Ветеран», находящемся в 23 километрах от Алматы.

В глаза бросаются узкие дороги. На одной из них, рядом с заброшенным домиком, начинают собираться жители. Жан приезжает со своим штабом, состоящим из его доверенного лица и нескольких активистов из других дачных массивов. Вскоре всем избирателям раздали агитационные листовки с предвыборной программой Шыңғыса, состоящей из шести пунктов.

«Мы, конечно, хотим вас поддержать, – начинает разговор Анна, живущая в этом кооперативе два года. – За это время ничего не изменилось. Еще хуже стало. Как у нас председатель не общался с людьми, так и не общается. Мы очень хотим перестать быть каким-то садоводческим обществом».

Жан начинает рассказывать о том, почему дачные массивы в плачевном состоянии: «Когда я впервые пришел сюда, то был в шоке. Люди живут, платят налоги… Я все ваши проблемы знаю — четыре с половиной года ходил по дачам. У людей нет прописки, они считают себя второсортными. Социальные проблемы не решаются. Нужно сделать статус поселка, потому что вы не занимаетесь целевым направлением дачных массивов. Здесь люди живут круглый год. Я хочу довести это дело до конца».

Один из избирателей интересуется, где живет сам кандидат в депутаты. Жан отвечает: «В городе». Для него все началось четыре с половиной года назад с истории в дачном массиве «Жомарт»: «18 семей чуть не потеряли жилье. Они купили дома, но их хотели оттуда выселить, я им помог. После этого люди начали обращаться ко мне, я стал разбираться с проблемами. Увидел, что у многих нет даже гражданства, тарифы высокие и нет инфраструктуры».

Ажар Апбозова, жительница дачного массива «Место под солнцем» и соратница юриста рассказывает, что знает его два с половиной года: «За это время у него родился сын. У него есть старший сын. Мы видели той, у него целый ресторан родственников собрался, нормальный парень».

«Дом свой не имеет, квартиру не имеет, машину не имеет. Такой же человек, как и вы», – добавляет Мендос Оразбаев, бывший депутат таразского маслихата, доверенное лицо Жана.

Возле собравшихся стоит пустая доска, на которой нет ни одной агитации. Постепенно людей становится больше – около 20-25 человек. Выясняется, что они не знают, что нужно сделать для того, чтобы проголосовать: «Извините, Жан, а вы можете сделать видео о том, как нужно пойти в свой ЦОН, где ты прописан в городе, отписаться оттуда и какие документы они должны дать, чтобы потом можно было здесь проголосовать? Потому что многие люди не знают, как это делается», – попросил житель Дулат Садыков.

Жан пообещал сделать короткое видео.

«Главное, не поленитесь пройтись по всем улицам. У вас сейчас впервые в жизни возможность действительно высказаться. Вот вы его знаете, тогда за него и голосуйте», – говорит доверенное лицо Жана.

Собравшиеся начинают рассказывать о проблемах поселка: как за свой счет проводили столбы, что нет нормальной дороги и все ездят через поле; большинство жителей пожаловались, что за коммунальные услуги им приходится платить больше, чем в Алматы.

«Я прошу проголосовать не за меня, а за себя. Потому что я — голос жителей дачных массивов. Депутат маслихата должен работать с народом. Каждый житель должен контролировать его работу. Вы не сажаете огурцы, помидоры, вы уже давно утратили статус дачного массива. Вы просто собираете деньги, обогащаете председателей», – говорит Жан, а затем сообщает, что ему нужны наблюдатели на 25 (к моменту публикации 26 – В.) избирательных участках.

По его словам, если не будет своих наблюдателей, бесполезно будет за него голосовать. Затем рассказал, о том, что необязательно быть прописанным здесь, чтобы стать наблюдателем на выборах. Кто-то воспринял это предложение с энтузиазмом, кто-то отказался, ссылаясь на занятость.

«Ну, всё, мы вас услышали», – резюмировали итог встречи жители. Им оставили листовки, чтобы они передали их своим соседям, знакомым и развесили в магазинах.

«Никто не поднимает проблемы людей, проживающих в дачных массивах»

Выезжаем на вторую точку – дачный массив «Жомарт». Здесь собралось три-четыре человека. Жан Шыңғыс показывает на широкую центральную улицу. По его словам, людям приходится за свой счет делать здесь дороги. Мимо нас — по слякоти и грязи — проходят четверо детей. «Правительство отстает в плане работы с местным населением. В сельских местностях по сей день очень много проблем, люди на грани бедности. В то время как цивилизованные страны осваивают космос, наши не могут обеспечить базовые нужды людей, – говорит Жан. – Работа депутата маслихата не менее важна, поскольку он работает непосредственно с народом. Поэтому я решил начать с самых низов. Никто не поднимает проблемы людей, проживающих в дачных массивах».

Жан Шыңғыс обрадовался, узнав, что в этих выборах вновь могут участвовать самовыдвиженцы, так как в их числе есть независимые никому, которые близки к народу. По его словам, этап регистрации прошел очень легко, однако возникли проблемы с оплатой избирательного взноса. «Были люди, которые твердили мне: “Ты же помогаешь народу, собери у него деньги”. Я не посмел так сделать, поскольку знаю, как живут люди в дачных массивах. Были и те, говорили: «Жан, ты нужен народу, ты должен стать депутатом». Они и собрали нужную сумму, – добавил он. Регистрационный взнос кандидата в маслихат составляет 350 тысяч тенге.

Четыре года назад он с соратниками хотел открыть партию под названием «Алаш», но у них этого не получилось. Спрашиваем, чем бы отличилась его партия от других и есть ли в планах продолжить борьбу за нее. «Народ жалуется, что действующие партии не ездят по селам, что даже партия под именем «Ауыл» не поддерживает сельчан. Все наши партии активно работают только во время выборов, а после быстро утихают. В основном меня поддерживал и поддерживает народ. Мы тогда ездили по селам и собрали около двух тысяч подписей, но у меня не хватило денежных средств. Если я стану депутатом маслихата, то не смогу создать партию. Но я был бы рад, если кто-то продолжит эту инициативу».

К этому моменту уже собралось около десяти человек. Малочисленность он объясняет тем, что многие боятся приходить. В десяти метрах от собравшихся, один мужчина зовет всех мимо проходящих присоединиться к обсуждению. Есть и те, кто наблюдает издалека. В десяти метрах висят агитационные листовки партии Amanat.

«Жан Шыңғыс помогает нам уже больше четырех лет. Здесь я живу около 16 лет. Ситуация тут была похуже. Люди, у которых нет гражданства, боялись. Кроме того, председатель пригрозил, что если у кого-то не будет документов, то их депортируют. Люди были угнетены. Жан поднял наши проблемы, защитил наши права, помимо прочего научил нас защищать свои же права», – рассказала одна из жительниц Райхан Мұратәлі.

Путь Жана Шыңғыса, как правозащитника, начался именно в этом дачном массиве «Жомарт». Поэтому большинство собравшихся лично с ним знакомы, либо слышали про него от соседей, либо знают из общей беседы в мессенджере WhatsApp.

Райхан Мұратәлі, жительница

«Нам нужен статус поселка. Вокруг нас столько дачных массивов, – отчаянно говорит одна из жительниц. – Помните, как недавно остались на целый день без света? Все же молчали».

«Мы же поднимались… В чате».

«Но на собрания никто не приходит».

«На самом деле 70 процентов всего нашего населения поддерживают Жана», – говорит Райхан.

«В WhatsApp только», – кто-то отвечает.

Жан Шыңғыс вспоминает, как он с активистами этого дачного массива ходил по домам и вручную делал перепись населения.

«Представляете, никто не знал, сколько тут человек живут. Нам сказали, что 2 500, мы сами выявили, что тут проживают 6 265 человек».

Одна из жительниц рассказывает Жану, что председатели приходят, набивают карманы и уходят: «Нам нужен статус поселка, нам не нужны дачные массивы, мы не выращиваем овощи».

В руках у Жана Шыңғыса документы, подтверждающие, что дачному массиву «Жомарт» выделено 856 миллионов бюджетных средств для решения проблем с электричеством. Он считает, это плоды его трудов, на которые ушло четыре с половиной года. «Теперь нам нужен человек, который будет контролировать эти работы. Для этого и иду в маслихат», – говорит он.

«Жан, скажу тебе прямо. Я голосую не за тебя, а для того, чтобы с гордостью говорить: «Я житель Жомарта», – говорит Әбдірахым.

«А большего мне и не надо, – отвечает Жан. Голосуйте ради себя, ради детей, ради нормальной жизни».

Одна жительница объясняет другой, которая позже присоединилась, что Жан Шыңғыс идет в депутаты маслихаты по Илийскому району: «Если его выберем, жители дачных массивов заживут».

«Сколько еще ждать чего-то от государства?»

Направляемся к третьей точке – дачному массиву «Место под солнцем», который находится рядом с «Жомартом». Здесь кандидата в депутаты ждут десять человек. Он рассказывает им о важности маслихатов: «У маслихата более важная работа, чем у мажилиса. Потому что они работают напрямую с народом. 30 лет ведь прошли. Мои 30 лет так прошли. Как сложится жизнь моих сыновей?»

«Если так и будем ходить, еще хуже станет», – говорит житель данного массива Айбек Мұртазаев.

Айбек Мұртазаев, житель

«В программе написаны только те пункты, которые я сам смогу сделать, если стану депутатом. Не буду обещать горы свернуть. Верну вам статус поселка и наладим инфраструктуру. Приехал увидеться с народом. Я считаю, что после СССР в Казахстане не должно быть дачных массивов. «Ауылым – алтын бесігім» говорят. Вам нужен статус поселка».

Одна из жительниц — Ажар, которая сегодня вместе с Жаном объездила все дачные массивы, уверяет, что ни одного депутата она не знает, так как их выбирал не народ: «Даже если не он, на это место кто-то другой сядет».

Ажар Апбозова, жительница

«Сядет человек, который ничего не знает о проблемах дачных массивов», – добавил Айбек.

«Поэтому голосуйте за Жана», – резюмировала Ажар.

Избиратели начали хлопать.

«Ладно, выборы проведем. Но будут ли эти выборы справедливыми?» – внезапно спрашивает Айбек Мұртазаев у Жана.

Он отвечает, что у него 25 участков (26 – В.), сейчас есть больше 20 наблюдателей. Не хватает еще столько же. Он предлагает собравшимся идти в наблюдатели.

Жан замечает, что некоторые называют жителей сёл и дачных массивов маргиналами: «Простой народ не маргинал. Людей не слышат, не видят, они не знают свои права. Никто из депутатов не приходил сюда. Голосуйте за себя!».

Позже пришедшие люди тоже узнают Жана. «Это ли тот кандидат? – спрашивают они у соседей. – Мы же знаем его. Удачи тебе, сынок!»

«А собрания не будет? Когда будем обсуждать наши проблемы?» – резюмирует встречу не успевшая на агитацию женщина.

Власть не занимается политической рекламой, данный материал, как и другие портреты кандидатов на выборах разных уровней, которые будут опубликованы изданием, не оплачен кандидатом или его штабом. Власть публикует этот материал исключительно в информационных целях.