6227
13 декабря 2022
Юна Коростелева, Владислав Сон, Экибастуз, Власть

«Когда-нибудь это закончится. Потеплеет»

Экибастуз оправляется после крупной аварии на ТЭЦ

«Когда-нибудь это закончится. Потеплеет»

Ночью 27 ноября на Экибастузской теплоэлектроцентрали произошла остановка четырех котлоагрегатов, в результате чего без отопления в городе остались более 200 домов. Спустя больше двух недель в некоторые квартиры и дома тепло все еще не вернулось.

Власть съездила в город и поговорила с жителями, волонтерами и рабочими о том, как Экибастуз оправляется после крупнейшей аварии на ТЭЦ.

На одной из улиц Экибастуза расположен штаб волонтерской организации Vita. До 27 ноября здесь в основном занимались поиском пропавших без вести людей. Когда на Экибастузской ТЭЦ произошла авария, волонтеры сразу начали собирать гуманитарную помощь для жителей домов, оставшихся без тепла. Сейчас в штабе работают около 20 человек – некоторые волонтеры присоединились к команде, приехав из других городов.

В большое неотапливаемое помещение, которое Vita использует как склад, привозят гуманитарную помощь со всего Казахстана. Электрические обогреватели, одеяла, одежда, теплые носки и перчатки разложены по всему залу – это только остатки того, что волонтеры не успели раздать горожанам. Сейчас жители Экибастуза не просят обогреватели, потому что из-за большой нагрузки на электрические сети в домах отключается свет. От холода люди спасаются теплой одеждой и одеялами.

Волонтерам приходится постоянно менять помещение, потому что как только адрес склада попадает в социальные сети, начинается давка. На нескольких машинах гуманитарная помощь развозится по всему городу. «Горячие точки» волонтеры Vita узнают из различных городских чатов, в день обрабатывается по несколько десятков адресов. Люди, по словам волонтеров, стали агрессивными, потому что очень устали выживать на морозе.

«Мы, честно, не видим конца. Когда это закончится? Сама видишь? Мы не видим. Меняются трубы. Обогреватели в квартирах. А ТЭЦ когда будет отремонтирована? Чувство такое, что это будет до самой весны. Уже все плачем, нервы сдают. Зимой работать намного сложнее, нежели летом. На морозе. Люди на нас кидаются, мы не один раз переезжали, приходится менять дислокацию. Просто выдержки уже нет. Девчонки, представьте, с 8 утра до 2-3 часов ночи носятся здесь», – рассказывает волонтерка Акмарал.

Отопление, согласно официальным данным, подали ко всем домам города. По факту в некоторых квартирах тепла нет до сих пор – за несколько дней на морозе батареи и трубы замерзли. Сейчас все силы рабочих брошены на замену и отогрев систем отопления в жилых домах.

«Сам ТЭЦ изношен на 90% с лишним. Менять трубы – это не ремонт ТЭЦ. Они запустят теплую воду, а давления не будет. Смысл? В домах как было холодно, так и останется. Начнутся морозы, все равно люди будут мерзнуть, – добавляет волонтерка. – Саму ТЭЦ надо ремонтировать. А там не проводятся работы, потому что они делают так, чтобы люди просто заткнулись. Мы боимся, что наступят морозы сильнее недавних и снова произойдет авария».

Волонтеры Vita работают независимо от остальных организаций, включая волонтерский штаб акимата и оперативный штаб, который был создан в первые дни после аварии. Координаторка штаба Самал Дюсенбаева отмечает, что акимат оказывает на нее давление, потому что городские власти планировали собрать всех волонтеров в одну государственную организацию.

«В первый день, когда ЧС объявили, мы собрались, два дня были там, пытались работать с акиматом. Но мы увидели, что люди в норковых шубах, золоте, на джипах приезжают и берут все подряд, а простым бабушкам и дедушкам ничего не достается. Они плачут: “Что делать? Холодно дома, нет отопления”, – вспоминает Дюсенбаева. – Я ушла. Я взяла отряд, сказала, что будем искать свой штаб и будем реально помогать. Откроем горячую линию, будем работать. Зато я буду людям в глаза смотреть».

Акимат, считает она, изначально неправильно подал информацию, говоря о том, что последствия аварии будут устранены в максимально короткие сроки. По этой же причине в городе не так много волонтеров – организации, увидев официальные сводки, не идут на сборы, так как считают ситуацию стабильной.

«Вчера была заявка от одной бабушки, которая говорит, что убьет себя, если никто не приедет. У нее труба идет вдоль участка дома. Кипяток идет не во двор, а к ней под дом, уже осевший. Мы вчера ездили вместе с МЧС и психологами. У меня была истерика, я плакала первые дни. Неужели мы замерзнем? Кому охота умирать? Многие бабушки и дедушки говорят, что страшно глаза закрыть и ложиться спать. Ощущение, что завтра ты уже не проснешься. Я думала закрыть на один день штаб, чтобы дать отдых ребятам. Но страшно, что людей оставим. Надо потерпеть. Когда-нибудь это закончится. Потеплеет», – говорит Дюсенбаева.

Волонтерством в Экибастузе занимаются и простые жители – соседи в домах, которые остались без тепла, готовят друг другу еду, передают обогреватели и следят за стариками и людьми с инвалидностью. А еще помогают рабочим, которых в городе называют ликвидаторами.

В Экибастуз приехали рабочие с ближайших сел и городов, они работают с небольшими перерывами на сон. Но рабочих рук все еще не хватает, поэтому волонтеры призывают приезжать в город и помогать восстанавливать систему отопления.

«Они тоже не железные, круглыми сутками работают. Нам 36 термосапог отправили из Алматы. Мы их раздали сварщикам. Как они нас благодарят! Я своим ребятам говорю, на данный момент ремонтные бригады и волонтеры – герои. Не акимат, а вы. Потому что вы оставили свои семьи и помогаете. Но нужны еще люди. Не все выдерживают, некоторые бросают и уезжают», – рассказывает Дюсенбаева.

Дюсенбаева и команда ее волонтеров не планируют эвакуироваться из города в случае, если аварии такого масштаба на ТЭЦ будут повторяться. Многие участники штаба Vita болеют, потому что погреться удается только при помощи горячего чая и одного обогревателя на складе. Если подключить еще один, электричества в помещении не будет. Сама Самал ждет ребенка, ей скоро рожать и она боится – здание роддома все еще не прогрелось.

«Если бежать, то куда? Как крысы с корабля? Как с этим потом спать? Я так не смогу. Я взяла ответственность за свою жизнь и своего ребенка на себя. Мне надо на работу. Такой я человек. Мне даже муж говорит: “Когда у народа проблемы, сама еле на ногах стоишь, но бежишь и не думаешь о своих детях, обо мне”. Дети же не сироты, муж же есть. Говорит: “Я даже знать не буду, если ты где-нибудь ты родишь, ты беременна”. А я ему в ответ: “Ты не переживай, если я рожать буду, я по-любому домой приеду, потому что карточку беременности надо брать, без нее меня нигде не примут», – смеется Дюсенбаева.

К штабу подъезжает один из водителей, волонтеры быстро распределяют между собой адреса и собирают сумки с пловом, термосами и одеждой. В центре города – очередной порыв, а у новой рабочей бригады нет теплой обуви. Дюсенбаева просит водителя быстро заехать в кафе, чтобы купить еще 18 порций плова и отвезти еду в дома по улице Сатпаева. Многоэтажные «коробки», как их называют жители, стали самой проблемной точкой города.

Самал садится в машину со словами: «Это сегодня-завтра не закончится. Это до самой весны. Отрядам еще не один месяц это расхлебывать».

Вместе с Дюсенбаевой на Сатпаева, 8, едет волонтерка Алуа (имя изменено по просьбе героини – В.). Год назад они с мужем получили квартиру в новостройке. Новые жилые комплексы – одни из немногих домов, в которых отопление с начала аварии подавалось без перебоев.

«А что, отставать что ли? Помочь хочется. И все соседи тоже не могут дома сидеть нормально. А как сидеть? Кушать готовят, круглосуточно возят рабочим и жителям. Мы даже стесняемся форточки открывать. Дети туда-сюда бегают, кушать когда готовишь, хочется чуть-чуть форточку приоткрыть, но стыдно. Совесть не позволяет. Все как могут, так и помогают», – говорит Алуа.

«Это сейчас потеплело – всего -24 градуса»

Во дворе домов, расположенных на улице Сатпаева, много людей и рабочих машин. Тепла в некоторых квартирах все еще нет – если батареи и трубы на этажах отогреть удалось, то в подвалах их приходится менять. Жители «коробок» выходят на улицу или в подъезды, чтобы немного согреться при движении.

Алишер, житель одного из замерзших домов, прогревает одну из комнат своей квартиры с помощью тепловой пушки. Но только днем, потому что ночью электричество отключается и у него, и у соседей.

«Я каждый день в 6 утра просыпаюсь от того, что холодно. Ночью в 2 часа электричество отключают и утром я просыпаюсь от холода. Свет дают только в 11-12 часов дня. Потом опять. Я за это время все заряжаю. Бригад в нашем дворе не было 5-6 дней, вообще никого здесь не было, только в последнее время начали суетиться», ​​– рассказывает он.

На детской площадке стоят несколько печей на колесах. В них сотрудники МЧС готовят горячий чай и кофе, и раздают всем желающим. Рядом рабочие в казанах готовят себе и жителям плов. У площадки припаркованы несколько машин. Группа женщин, как выяснилось, сотрудниц детского сада №23, привезли пирожки, чебуреки, баурсаки, плов и несколько десятков чайников и термосов. Они обходят каждый подъезд и отдают еду либо жителям, которые не оставили свои квартиры, либо рабочим, обедающим в замерзших комнатах.

«Спасибо вам, что приехали. Говорят, что все восстановили, а видели как оно по факту? Мы сами из Экибастуза, сотрудники детского сада №23, у нас есть отопление в домах, но нам очень жалко людей. Пришли оказать теплую помощь, отогреть людей хоть чуть-чуть. Сейчас меняют батареи, мы сами видели, как они лопались», – говорит одна из женщин.

Неподалеку группа рабочих с Экибастузской ГРЭС-1 занимается монтажом трубы. На ней за последнюю неделю было сразу несколько порывов, из-за чего вся придомовая территория обледенела. Командир бригады рассказывает, что к дому отопление уже проведено, но в некоторых квартирах стояки еще не отогрели.

«Главное, что магистраль основную провели. Ночью трубы здесь прорвали почти все, поэтому тут лед везде. Мы днем и ночью работаем. Это лучшие люди. У нас тут автобусы рядом, там греемся, волонтеры приходят с едой и чаем. Когда работаешь, не так сильно чувствуется холод. Это сейчас потеплело – всего -24 градуса», – смеется мужчина.

В музыкальной школе №36 живут 170 рабочих. Кабинеты в первые дни после аварии переоборудовали под спальни, а детей перевели на онлайн обучение. В столовой ликвидаторов кормят четыре раза в день, большинство из них приходит в школу только на несколько часов, чтобы немного поспать.

«С 28 ноября мы в своей школе открыли пункт обогрева. Сначала мы готовили места для женщин и детей, потом из других регионов приехали рабочие, в основном сантехники и сварщики. Мы сразу же их заселили. Сюда они приехали из Петропавловска, Павлодара, Астаны, Алматы, Балхаша, Сатпаева и Аксу. Наши жители, у кого в домах холодно, тоже могут зайти, погреться, покушать. Никого назад не отправляем. Всем стараемся помогать», – отмечает Гульнар Сванкулова, директор музыкальной школы. Она осторожно проверяет каждый кабинет и говорит только шепотом, чтобы не разбудить рабочих.

В средней общеобразовательной школе №4 для ликвидаторов переоборудовали спортзал. Директор школы Ерхат Мусин говорит, что здесь живут 70 человек, но бригады постоянно меняются. Рабочие, приехавшие из разных регионов, занимаются подведением тепла к социальным объектам и жилым домам. Жители Экибастуза также могут обратиться в школу за помощью.

Всего в городе организовано 14 таких пунктов обогрева.

«Все знали, что рванет»

Гульмира Мусина живет в Экибастузе уже почти 30 лет, за все это время она ни разу не видела настолько масштабных работ в своем дворе по улице Машхур Жусупа. Отключение тепла обычно происходило только в начале отопительного сезона, и тогда несколько недель без отопления жители переживали спокойнее – температура на улице не опускалась ниже нуля.

О проблемах с теплосетями в Экибастузе знают все, и каждый год после холодов в разных районах города проводят ремонт труб. Несмотря на это, с 27 ноября в любом районе случайно натыкаешься на порывы или столбы пара.

В шести корпусах многоэтажки на Машхур Жусупа без отопления все еще остаются как минимум два подъезда. По словам Гульмиры, в 20 подъездах живут не меньше 2 500 жителей. Здесь проводить тепло в квартиры начали только на седьмой день после аварии.

«Батареи моего подъезда не пострадали. Когда 27 числа нас отключили, вечером мы, жильцы подъезда, своими усилиями, начали работу в подвале. Сами начали спасать свои тепловые сети. Потому что у нас есть жильцы, которые немножко в этом разбираются, плюс мы были все время на связи со специалистами. На свои средства купили пену, электроды, солярку, сапоги, фонарики, спецодежду, какие-то еще инструменты. Девушки и женщины на диспетчерской сидели, подавали чай, а мужчины в первую ночь вообще работали в подвале до пяти утра. Переваривали, перестраивали, контролировали лежаки, канализацию. Всю эту сантехническую работу наши мужчины делали восемь дней», – вспоминает Мусина.

Таким образом подъезд Гульмиры стал единственным из всех 6 корпусов, где отопление появилось сразу после его подачи к домам. В большинстве квартир многоэтажек батареи либо треснули, либо лопнули при подаче воды, поэтому жители вынуждены ждать замены и продолжают жить в минусовой температуре.

«Бригады сейчас работают круглые сутки. Ликвидаторы приехали из Аксу, ГРЭС-1, ГРЭС-2, в соседнем дворе помогали ребята из Караганды, Петропавловска, Павлодара. Сейчас, говорят, в городе около 800 человек работают, и это заметно, – говорит Гульмира. – Но если бы все вот эти силы были стянуты в первый день, и если бы город был подготовлен к этому ЧС, мы бы до таких масштабов аварии не дошли бы. Мы всё еще в зоне риска. Мы переживаем, что могут быть какие-то порывы при сорокаградусных морозах. Температура понизится и когда уже именно в подъезд пойдет тепло, то произойдет проблема с давлением и теплотрасса во дворе опять полетит».

По словам женщины, весь город знал, что на ТЭЦ произойдет крупная авария, но ни сама Экибастузская ТЭЦ, ни «Центрально-Азиатская Электроэнергетическая Корпорация» должным образом не подготовились к отопительному сезону.

«Обнажились все проблемы коммунальных служб – горсети, горводоканала, КСК и самой ТЭЦ. Вот они говорят, что проблемы из-за теплотрассы. Я не специалист в этих вещах и у меня возникал вопросы, а теплотрассы – это чье хозяйство-то? Разве не ТЭЦ? Они же, наверное, мониторят ситуацию. Все знали, что рванет, и, видимо, все осознавали, что в этом году. Можно было подготовить солнечные батареи на электрических подстанциях во дворе, резервуары воды по районам, автономные мини-котельни. Да, это все дорогостояще, энергозатратно. Ну а как по-другому? А вышло все так, как вышло», – рассказывает Мусина.

Батареи в доме женщины отогревали электрическими обогревателями и тепловыми пушками, чтобы при подаче тепла они не лопались. В подъездах рабочие также до сих пор отогревают пушками стены в подъезде, чтобы ускорить процесс прогревания квартир. При этом сами жильцы включают электрические обогреватели только по графику, выработанному вместе с соседями, чтобы пробки не выбило всему дому.

«Мы были без отопления почти 8 суток. 28 ноября по квартирам был обход участкового с волонтерами, и они собрали информацию, у кого нет обогревателей. В подъезде в восьми квартирах не было обогревателя. За 5 суток мы так помощи и не дождались, но критическая ситуация с обогревателями была по всему городу. Мы случайно на 5-е или 6-е сутки перехватили пять обогревателей. Когда ночью дежурили у соседнего подъезда, контролировали технику, потому что соседние подъезды затапливало из подвалов и эта вода могла к нам пойти, подъехала машина с ребятами из мечети, у них были обогреватели. Мы их забрали, отдали пенсионерам и инвалидам», – вспоминает жительница.

Гульмира считает, что за 16 дней после аварии Экибастуз сплотился как никогда: «Приезжают люди с разных сел и готовят прямо на улице горячие обеды для всех рабочих. Волонтерство – это лучшее, что произошло с нашим социумом за 30 лет. И точно с Экибастузом за эти дни. Жаль, что методом выживания. Когда мы молчим, боимся, не требуем, не отстаиваем, не сплачиваемся, то мы становимся сообщниками безответственной коррупционной власти и авторами своих трагедий. Это так. Пока мы будем отсиживаться, с нами это все будет и дальше происходить».

Во дворе домов на Машхур Жусупа много людей и спецтехники. В двух подъездах заменяют тепловые сети в подвалах и меняют батареи в квартирах. По словам жильцов, работы заканчиваются только в 4-5 утра.

В подъезде Гульнары нет не только тепла, но и воды, а свет работает с перебоями. Канализация в подвале дома перемерзла, поэтому жители вынуждены ходить в туалет в торговых домах и центрах обогрева, а ночью – в тазики и ведра.

«Мы-то думали, что сделают быстро, а уже 10 суток сидим без воды и тепла. Бегаем в туалет в торговые дома. Вот так и живем. Батареи все промерзли, трубы промерзли, сейчас в нашем подъезде все меняют. Сына отвела к родственникам, мы с мужем то на работу бегаем, то сюда, потому что тут работы ведутся и кто-то должен быть дома. Мне в 3 часа ночи вчера только установили батареи, спала в холоде, пока устанавливали. Питание нам организовали во дворе, иногда ходим в музыкальную школу. Нужду справляем в ведро. Сегодня из акимата приходили, я им это ведро показала. Хоть мне и стыдно, но показала. А куда мне ночью ходить? И это не день-два, а 10 дней. Дома все было идеально. А сейчас все поломали, придется ремонтировать», – отмечает женщина.

Гульнара

Сосед Гульнары, Марат (имя изменено по просьбе героя – В.), несколько дней назад не смог выйти из своей квартиры – ручка и замок сломались из-за того, что дверь в течение дня открывали чуть ли не каждые полчаса. В его квартире батареи уже заменили, но рабочие, торопясь, порвали обои и повредили ламинат.

«У меня туалет замерз со всеми внутренностями. Мы ходим в туалет в ведро. Врать не буду. А к кому ночью пойдем проситься? Стыдно же. Стыдно даже выходить выливать, как бы друзей и знакомых не увидеть. Линолеум и обои мне порвали, потому что быстро начали дергать, чтобы батареи менять. Да уже и не до этого, невозможно без тепла уже. Я вот как сейчас стою в вещах зимних, так и сплю. В перчатках. Лишний раз чай не попьешь, потому что в туалет надо бежать. Обои порвались, кафель упал, линолеум порвался. Ко мне дети приедут скоро, как мы жить будем? Одни ущербы», – говорит Марат.

Мужчина показывает ведро, накрытое тряпкой. В него вся семья ходит в туалет. В унитазе и кранах – толстые слои льда. В одной из комнат стоит разложенный диван, который сломался, когда Марат быстро отодвигал его от батарей. В квартире настолько холодно, что изо рта идет пар.

«Одна батарея вообще не подключена. Ее с трудом установили, потому что на квартиру положено 4 батареи, а у нас было пять. Вот они ее просто установили и все. Мне лишние расходы не нужны, а сейчас нужно будет то покупать, это покупать. Придется снимать унитаз, разбирать трубы, менять все это, кто будет этим заниматься? Мы все живем по мере возможностей. Мы не богачи», – со злостью отмечает Марат.

Этажом ниже живет Елена (имя изменено по просьбе героини – В.). В ее квартире пока что только сняли старые батареи. Когда начнут устанавливать новые, женщина узнать не смогла. Своих детей Елена в первый же день после аварии отправила к тете в новостройку, сама прожила в квартире без тепла 7 дней.

«Сказали, что все будут восстанавливать, но пока не знаю. Потолок снимали, обои подрали. В зале батарея лопнула. Весь подъезд в ведра ходит в туалет. Живем как после бомбежки. Детей собирали быстро. Я уже уехала к тете жить тоже. У нее свои дети, мои дети, внучка. Столько людей в одной квартире. У меня даже овощи заледенели, пришлось все выкинуть. Банки заледенели, цветы умерли все», – рассказывает жительница.

Во дворе в это время жители соседнего с Экибастузом села уже приготовили плов и начали раздавать его рабочим и жителям. Все обедают вместе, рассказывая друг другу истории о выживании в квартирах, где температура уже опустилась до -7.

Если в центре Экибастуза ремонтные бригады можно заметить везде, то в частном секторе их нет совсем. По улицам изредка проходят люди, а на звонки и стуки в дверь в большинстве домов не отвечают. Вероятно, многие жители уехали из своих домов, не дождавшись помощи.

На улице Целинной мужчина прибирается в гараже. По его словам, дома отключили от отопления в случайном порядке. У многих жильцов полопались батареи, а порывы на уличных трубах соседи чинили самостоятельно. На соседней улице Молдагуловой пожилая женщина Людмила, возвращающаяся домой, рассказывает, что при усилении напора воды одна из таких наружных труб может разорваться. Помощи она уже не ждет, вспоминая, как мужчины с разных домов ночами ремонтировали системы отопления не только в своих домах, но и в домах пенсионеров и людей с инвалидностью.

«Мало осталось семей, которые остались безучастны»

Анара Абетова – предпринимательница из Экибастуза. Пять лет назад она открыла здесь образовательный центр и до 27 ноября руководила двумя филиалами. Сейчас центр не работает – в офисе на улице Машхур Жусупа лопнули батареи, а в офисе на Сатпаева все еще нет отопления.

«Я думала, что быстро это локализуют и поэтому не ожидала, что всё так затянется. Первые эмоции – всё, ужас, катастрофа. Только такие фразы. Общаемся с девочками в учительском чате, почти у 90% не было отопления. Некоторые находились в своих квартирах 2-3 дня, а потом уже просто поуезжали, побросали. Кто-то в Астану уехал, кто-то к родственникам. Есть девочки, которые вообще никуда не могли уехать, так как у них дома живут питомцы. Поэтому приходилось с обогревателем вот так вот сидеть», – говорит Абетова.

Женщина не знает, когда работа в обоих офисах восстановится – в здании на Сатпаева отопление не подключили даже после замены всех труб и батарей. Рабочие не могут попасть во все квартиры многоэтажек, потому что многие жильцы уехали. При этом охватить ремонтными работами сразу весь подъезд не получится – недостаточно специалистов.

«У нас в другом офисе карагандинская бригада “Энерго центр” из 8 человек. 3 человека пошли в подвал, 5 человек сразу начали менять трубы, стояки, ставить краны на каждую батарею. Пока они все это не запустили, не уходили. Работали целый день и все поменяли, – рассказывает Абетова. – На Сатпаева у нас работают много бригад и каждый делает все по-своему. Что-то приходится переделывать. Нам здесь меняли специалисты из Кызылорды, два парня, работали день и ночь, но до конца запустить не успели. Их быстро забирают в другие места. Квартир очень много, специалистов не хватает – вся причина в этом».

Айгуль, одна из сотрудниц образовательного центра, за сутки до аварии на ТЭЦ написала в своем Instagram о том, что Экибастузская теплоэлектроцентраль в скором времени «рухнет». В ее квартире тепла нет до сих пор.

«У нас свет выбивает постоянно, поэтому мы не пользуемся обогревателями, чтобы свет был для работы. Живем у родителей, то есть ночуем там. Проблема вся в том, что не все рабочие - специалисты. И за некоторыми приходится что-то переделывать. Нет какого-то централизованного штаба, который будет всем управлять. Много бригад, много начальников. А мы страдаем», – говорит Айгуль, которая зашла забрать у коллег валенки. Без них ноги в квартире замерзают до онемения.

Анара считает, что если бы в социальных сетях не начали говорить об Экибастузе, то на ликвидацию аварии ушло бы еще больше времени. Ремонтные работы, по ее словам, начались только после того, как о катастрофе узнали в других городах Казахстана. Во дворе Айгуль замена теплосетей началась только на седьмой день после аварии.

«Просто оглянитесь вокруг. Посмотрите на эти дома. В любой подъезд зайдите – это же какие-то фильмы ужасов. В квартирах в каких условиях живут люди? Почему в принципе такое отношение к людям? За что? Хочется кричать, выть, орать, выйти и просто кричать – помогите! Помогите просто этим людям. 30 лет независимости, здесь не построено ничего нового. А здесь живут и учатся очень талантливые дети, люди. Поэтому я и открыла центр в Экибастузе – здесь классные учителя, преподаватели. А такое отношение властей к людям просто выбивает. Даже посмотрите на дороги – здесь нет нормальных. У нас город маленький и многие люди ходят пешком, потому что все в пешей доступности. И когда ты идешь, ты просто идешь по проезжей дороге», – в слезах рассказывает Абетова.

Сейчас в двух образовательных центрах работают 10 преподавателей, которые не получают зарплату, потому что не могут выйти на работу. Кто будет возмещать убытки – все еще неясно.

Айгуль отдельно отмечает упорный труд волонтеров и рабочих: «Мне самой лично приносили еду, прямо стучались в дверь. Одеяла приносили. На улице сейчас готовят куырдак. Не забывают о нас. Все-таки человечность есть, и это очень классно, что люди помогают друг другу. Ездят до пенсионеров, инвалидов. Наверное, мало осталось таких семей, которые остались безучастны. Все что-то готовят, что-то приносят. Валенки, носки, еду. В этом плане проблем нет. Девчонки смеются – насчет кормежки проблем нет, кормят хорошо. Но специалистов недостаточно – это большая проблема. Сейчас хороший сантехник – на вес золота», – подытоживает Анара.

«Мы надеялись, что этого не случится»

ТОО «Экибастуз-теплоэнерго», или Экибастузская ТЭЦ, входит в состав акционерного общества «Павлодарэнерго» – это дочерняя компания Центрально-Азиатской Электроэнергетической Корпорации. Вечером 7 декабря Власть поговорила с председателем правления «ЦАЭК» Багдатом Оралом о том, почему произошла авария и как в компании собираются бороться с ее последствиями.

Орал рассказал, что на ТЭЦ сразу понимали, что авария серьезная, однако определить ее источник было непросто. Точную причину до окончания расследования председатель «ЦАЭК» называть отказался, отметив только, что одним из факторов стал износ тепловых сетей.

Он предложил изменить систему тарификации для того, чтобы направлять на ремонт больше ТЭЦ больше ресурсов: «Наше предложение — нужно внести адресность сдерживания низких тарифов для населения. Должна быть какая-то логика того, что бабушка и банкиры не должны платить одинаково за электрическую и тепловую энергию. (...) Мы сейчас говорим о том, что та заявка, которую мы подавали на 2023 год, смогла бы позволить делать не 600 м, а хотя бы где-то в районе 4 км в год в тепловых сетях. Но и этого тоже недостаточно. Мы будем иметь возможность привлечения каких-то других либо финансовых, либо бюджетных средств, чтобы это значение в год километража было не 3-4 км, а хотя бы там 25-30 км. Тогда можно будет в каком-то диапазоне времени от 5 до 10 лет наблюдать реальную картину снижения износа аварийности, поэтому этот вопрос в один год решить, наверное, невозможно».