4208
3 сентября 2021
Светлана Ромашкина, Vласть, фотография Карен Чжао

«Хуже, чем сейчас, не было никогда»: что происходит с кинотеатрами

В период пандемии этот бизнес оказался в очень тяжелом положении

«Хуже, чем сейчас, не было никогда»: что происходит с кинотеатрами

Кинотеатры закрылись первыми в середине марта 2020 года, затем в конце октября им разрешили работать снова, но уже с ограничениями. В марте 2021 года очередная волна ковида опять приостановила прокат. В апреле кинотеатры уже заработали с «Ашыком», но легче не стало.

Крупнейшая кинопрокатная сеть Казахстана Kinopark-Kinoplexx Theatres продает два своих кинотеатра: «Сары-Арку» в Алматы и «Казахстан» в Костанае. «Сары-Арка» начала работать в 1967 году, и даже в 90-е годы здесь показывали кино. «Сары-Арку» не убил развал СССР, но, возможно, это сделает пандемия: теперь прокат фильмов на большом экране стал самым, пожалуй, непривлекательным бизнесом и, если на эту недвижимость найдется покупатель, то вряд ли он сохранит прежний вид деятельности.

PR-директор компании Ерлан Бухарбаев признается, что продажа этих объектов должна спасти киносеть во время пандемии. При этом кинотеатр «Сары-Арка» масштабно реконструировали в 2018 году, и к нему прилегает 60 соток территории, которые могут заинтересовать потенциальных покупателей. По словам Бухарбаева, кинотеатр успешно работает, но его приходится продавать, потому что все остальные объекты киносети находятся в аренде, а не в собственности.

«Последние полтора года мы только и делаем, что выживаем. И непонятно, как долго продлится этот период, сможем ли восстановиться, наверстать былые показатели за короткий срок», — говорит Бухарбаев, уточняя, что правительству сейчас не до кинотеатров — нужно спасать другие отрасли.

Летом прошлого закрылись кинотеатры «Енлик-Кебек» в Семее, Silk Way City в Алматы, в расписании уже нет «Cinema Towers 3D» — несколько месяцев назад в сети мелькали фотографии с распродажи кресел из кинозалов. В эпоху пандемии самым убыточным оказался кинотеатральный бизнес.

Муслим Чингужинов всю жизнь — в кинопрокате, в 80-х начинал киномехаником, в последние годы работал в Silk Way City, в первом мультиплексе Казахстана, который в 2006 году был признан лучшим в СНГ: «Спад у мультиплекса начался после 2012 года, кинотеатр не обновляли, были долги перед дистрибьюторами, картины не давали, и, «естественно, он шел к своей гибели, а пандемия его добила. Если бы в развитие кинотеатра вкладывались, он мог бы пережить этот кризис».

В июле 2020 года кинотеатра не стало, теперь на его месте магазин техники.

Сейчас Муслим Чингужинов работает в Театре традиционного искусства «Алатау» (микрорайон «Нуркент»), включающем в себя два кинозала. Это единственный государственный кинотеатр в Алматы и единственный в Алатауском районе, и вообще в той части города. Благодаря госдотациям «Алатау» не столкнулся с теми катастрофическими финансовыми проблемами, что и частные кинотеатры, но зрителей все же потерял.

«Май прошел у нас неплохо, как раз «Форсаж-9» вышел, в июне детвора хорошо шла на мультфильмы. Но в июле уже был спад, все-таки лето — мертвый сезон. В августе начались ограничения на выходных. Теперь будем надеяться, что в сентябре мы начнем работать на выходных, ведь там стартуют крупные фильмы: «Шан-чи и легенда десяти колец», «Дюна». Конечно, много релизов переносится, потому что студии побаиваются выпускать крупные картины в связи с пандемией. Запрет на работу в выходные и ограничения по времени, то, что последний сеанс должен начинаться в 20.00, ударили по кинотеатрам. Конечно, сейчас мало зрителей. То, что происходит, похоже на 1995-97 годы. Это то время, когда у нас в городе работало всего два кинотеатра: «Казахстан» и «Сары-Арка». Я боюсь, что люди отвыкнут ходить в кино. Вспоминаю пророческие слова Михаила Бублевского, который раньше был директором компании «Екатеринбург Арт». На одном из кинорынков в 2009 году он выпустил статью «Конец эры кинопроката», и там он прогнозировал, что уход кинотеатров в историю начнется с 20-х годов и закончится эта эра примерно к 2025 году. Тогда уже пошли кризисные явления, и он считал, что кинотеатры должны снижать цены на билеты. Сейчас будут трудно вернуть зрителей. Если 3D когда-то привлекло людей в кинотеатры, то теперь должно быть что-то еще более зрелищное».

Это происходит на фоне того, что студии (Warner Bros., Disney) стали экспериментировать и выпускать крупные ленты одновременно на больших экранах и стриминговых платформах. Теперь картины приходят к зрителю сразу на экран домашнего телевизора/компьютера/телефона. Есть выбор: рискнуть и пойти в кинотеатр или смотреть новинку дома на диване.

Нагляднее всего о ситуации в отечественном кинопрокате говорит бокс-офис, который публикует компания «Тикетон»:

Данные по сборам 13-17 февраля 2020 года, — до начала локдауна оставался месяц, и здесь есть поправка на 14 февраля — как правило, это хороший день для кинопроката. Лидер сборов — картина Гая Ричи «Джентльмены» собрала за 5 дней 76 млн тенге, общий же прокат 8 картин составил 177 млн тенге.

Теперь сравним с показателями с 12 по 15 августа 2021 года.

Лидер проката, лента «Главный герой» собрала лишь 20 млн тенге, в целом 5 лент принесли всего 54 млн. 60% от этой суммы кинотеатры отдают дистрибьюторам.

Больше всего по кинотеатрам ударил запрет работать на выходных, ограничения по посадке — не больше 30%, и то, что последний сеанс должен начинаться в 20.00. Допустим, один зал может вместить 150 мест, получается, что можно продать только билеты на 40 мест.

«Нам объявили дефолт»

Шестизальный мультиплекс Lumiera Cinema, как и все, ушел на первый локдаун в марте 2020 года, вернулся к работе в конце октября и 13 марта 2021 отправился на второй карантин. В апреле кинотеатрам разрешили работать, но у Lumiera Cinema начались финансовые проблемы: из-за пандемии мультиплекс не смог вовремя заплатить по кредитам, банк заблокировал счета и списал все имеющиеся там деньги.

«Мы не могли договориться с банком, нам объявили дефолт, и мы не смогли вернуться к работе, — вспоминает управляющий директор Lumiera Cinema Юлия Вебер. — Мы попросили заново посчитать все наши активы, обратно принять нас на кредит, вся процедура в целом заняла три месяца. Нам предоставили условия, на которых кинотеатр сможет работать и оплачивать все обязательства, в итоге нам удалось открыться только 22 июля».

Кроме финансовых проблем, возникли сложности и с персоналом.

Еще во время первого локдауна многие из сотрудников не смогли вовремя оплатить аренду жилья, их выгнали со съемных квартир, уехать они никуда не могли, и несколько ночей им пришлось спать на лавочке.

«Когда они рассказали нам об этом, мы оплатили их проживание. Но кинотеатр не работал, а их никуда не брали, даже разнорабочими, везде был сокращенный штат. Также наши ребята были вынуждены взять академотпуска, потому что не могли оплачивать обучение. Когда начался второй карантин, мы сразу объявили персоналу, что не знаем, как долго это продлится, и если есть возможность, то устраивайтесь на другие места работы. Мы за второй карантин потеряли 90% штата. Открывались «на минималках», что я, что администраторы были взаимозаменяемы, мы работали и на кассах, и на баре, и на входе проверяли «Ашык», работали каждый день. Есть, конечно, специфическая работа, например, связанная с кинооборудованием, жарка попкорна, куда мы не подпустим необученного человека. Сейчас ситуация не лучше. В основном у нас работают студенты, и поскольку было объявлено, что они будут учиться офлайн, то мы сейчас терпим просто колоссальные потери в персонале. Вынуждены уйти даже те, кого мы набрали к 22 июля», — рассказывает Юлия.

Перед пандемией в Lumiera Cinema трудилось 54 человека, сейчас — 23.

Мультиплексу повезло с арендодателем: поскольку это практически единая организация, то ТРЦ идет на уступки, берет во внимание санитарные ограничения, которых должны придерживаться кинотеатры.

Поскольку в Lumiera Cinema 96% персонала вакцинировано, то кинотеатр получил статус лидера «Ашык» и может заполнять зал на 50% вместо прежних 30%. Но ударяет по сборам то, что нельзя работать в выходные, и ограничения по работе в будни.

«Кинотеатры терпят просто бешеные убытки, поскольку у нас нет возможности отрабатывать праймовое время. Люди заканчивают работу, как правило, в 18.00, пока человек куда-то доедет — это 19.30. У меня, как у шестизальника, за весь день всего 6 праймовых сеансов из возможных 17».

С 4 сентября власти разрешили алматинским кинотеатрам работать на выходных, только сеансы в субботу и воскресенье будут доступны лишь для зрителей, имеющих зеленый статус в «Ашык». Это не только вакцинированные, но сдавшие свежий ПЦР-тест с отрицательным результатом, а также люди с официальным медотводом (при справке в «Ашыке» появляется зеленый статус).

К сожалению, у кинотеатров нет доступа к «Ашыку», чтобы посмотреть какое количество «зеленых» к ним приходит, и понять, какая посещаемость может быть на выходных.

По словам Юлии Вебер, особых проблем с репертуаром сейчас нет. Конечно, график релизов еще сильно штормит: студии переносят премьеры с сентября на октябрь, с октября на январь и так далее. Но крупнейший мэйджор «Дисней» выпускает картины так, как было в репертуарном плане, вне зависимости от ситуации, и это спасает кинотеатры.

Фотография Сабины Куангалиевой

Прокатчики, как и зрители, в ожидании выхода на большие экраны казахстанских картин: многие из проектов уже второй год лежат на полке, надеясь на более благоприятный момент для проката. До пандемии кинотеатральный рынок рос: и по количеству залов, и по сборам. Картины отечественного производства уверенно боролись за кассовый пирог. Например, в 2018 году на казахстанские ленты приходилось от 12 до 15% всех сборов. По данным «Тикетона» на конец 2019 года в стране был 101 кинотеатр и 372 зала. Темп роста кинотеатральной сети по отношению к 2018 году составил +5,2% по количеству кинотеатров и +16,2% по количеству залов. На 100 тысяч человек в среднем приходилось два зала.

Теперь же количество залов будет снижаться, будущее индустрии сложно предсказать, все будет зависеть от длительности пандемии и финансового кризиса.

Юлия Вебер считает, что для того, чтобы вернуть зрителей, кинотеатрам понадобится около двух лет. И сейчас важно, чтобы государство не ограничивало бизнес в работе, главное — не мешать. И, конечно же, нужны отсрочки по налогам, по заработному фонду и т.д. Кроме того, необходима пояснительная работа о программе «Ашык»:

«Мы согласны с тем, что «Ашык» работает, мы уверены в том, что наш персонал и гости находятся в безопасности. Но нужно больше проводить работы с населением, многие посетители негативно относятся к «Ашыку», статусам в нем, они просто не понимают многих моментов».

«Государство бросило меня на произвол»

У Данияра Айсы сеть «Жалын» в Мангистауской области: сейчас из 6 кинотеатров работают только три. Самая сложная ситуация в Жанаозене. Данияр говорит, что он открылся здесь после событий 2011 года. Это был первый кинотеатр в городе с момента развала Союза. К началу пандемии у бизнесмена в Жанаозене был отдельно стоящий кинотеатр-однозальник и два зала в ТРЦ. Проблема возникла именно со вторым: эти два зала никак не могут заработать, потому что владелец ТРЦ требует полную оплату аренды за период простоя плюс пеню. Айса ходил и к акиму города, и к акиму области, обращался в Палату предпринимателей, но всё бесполезно: это частное дело, в которое государство не вмешивается.

«Хозяин помещения выставляет полную аренду, хотя я не открылся. Говорит: «Будешь работать по такой аренде, иначе никак. Он мало того, что начисляет нам полную аренду, он на нее еще и пеню начисляет, таким образом, он хочет приблизить к тому, чтобы забрать мое оборудование, которое там стоит в качестве залога. Еще полгода, и мой долг по аренде приблизится к сумме моего оборудования, а для того, чтобы подать в суд, у меня нет денег на юриста. Юрист просит 20% от суммы спора. У меня по договору с ТРЦ остается 4 года, 5 лет до пандемии мы работали, и я ни разу не просрочил платеж. То, что со мной произошло, — это форс-мажор. Арендодатель мне говорит: «А тебя есть доказательства, что это форс-мажор? Предоставь мне бумагу». Я звоню в Палату предпринимателей в Астану, они мне отказывают в таком документе. Зачем тогда нужна эта Палата предпринимателей? Это хозяйство мне досталось не бесплатно. Я кредитовался для того, чтобы после 16 декабря 2011 года открыть в Жанаозене первый за все время независимости кинотеатр. Моим родителям тоже пришлось несладко, у нас была квартира, и они на свой страх и риск заложили ее в 2011 году, когда я кредитовался для строительства кинотеатра. Я создавал рабочие места, привлекал сюда деньги, платил налоги, а сейчас государство бросило меня на произвол. Я не прошу, чтобы у меня кредит списали, я прошу, чтобы с этим беспределом разобрались».

При этом в других городах у Данияра проблем нет: там идут навстречу и снижают аренду на 60-80%. Однако и это не очень помогает: к примеру, в Жанаозене отдельно стоящий кинотеатр пока что работает на оплату коммунальных долгов, накопившихся еще в прошлом году во время простоя. В Актау кинотеатр тоже пока работает в минус: в июне была температура под 50 градусов, кондиционеры работали все время, и счет за электричество пришел в 400 тысяч тенге. Сейчас Данияр Айса платит минимальную цену за аренду, погашает долги за коммуналку, но при этом не может даже подумать о том, чтобы поднять цены на билеты, — зрителей мало, а это приведет к оттоку. К примеру, в Жанаозене до карантина в кино ходило около 2000-3000 человек в месяц, сейчас — едва наберется 500.

«У меня ситуация плачевная, мы сейчас не просто выживаем, мы просто существуем. От меня ушли сотрудники, и сейчас кинотеатры спасают люди с ограниченными возможностями, которые работают по программе занятости 2020. Сейчас нам сказали, что если мы хотим работать, то должны пускать только вакцинированных зрителей. При этом люди сейчас боятся ходить в кино, мы делаем скидки, и даже это не привлекает. Благодаря карантину поднялись стриминговые сервисы, и люди привыкли смотреть кино онлайн, у нас отток со всех сторон. Зрители немного приходят на премьеры, спасибо мировым дистрибьюторам, которые продолжают выпускать фильмы. Но как говорил Бауржан-ага (Шукенов — прим. автора), нужно, наверное, 5 лет, чтобы восстановиться. Чтобы удержать свой бизнес, мы должны платить деньги. Да мне проще разобрать оборудование и уйти. Но для этого тоже нужны деньги: как минимум 2 млн, чтобы разобрать два зала».

Еще в прошлом году кинотеатральные сети обращались к государству за помощью, но никакой поддержки не последовало: бизнесмены остались один на один с кризисом, вызванным пандемией и ограничительными мерами. При этом они видят, как в соседней России государство выделило отрасли 4 млрд рублей: Фонд кино распределял эти деньги среди кинотеатров, чтобы они смогли выплатить долги по зарплате, коммунальным расходам и т.д. Снизили там и ограничения по рассадке в зале. На фоне этого у казахстанских бизнесменов возникают вопросы о целесообразности некоторых трат государства.

«Государство тратит столько денег, чтобы сделать перепись населения (5,2 млрд тенге — прим. V), оно могло бы 200 млн тенге выделить на поддержку 80 кинотеатров. На дубляж одного фильма на казахский язык государство тратит 40-50 млн, но не хочет помочь кинотеатрам, тогда как на один зал нужно по 3-4 млн тенге. И тут вопрос: зачем финансировать производство и дубляж фильмов, которые негде показывать? Нам нужна помощь, иначе мы вымрем. Даже если санитарные ограничения снимут, нам все равно нужно восстанавливаться. Для чего мы, предприниматели, платили налоги, социалку? Нас бросили на произвол, помогают всяким автоцентрам и т.д, почему нас не субсидировали?», — спрашивает Данияр Айса.

Бауржан Шукенов, посвятивший кинопрокату последние десятилетия, описывает происходящее сейчас словами «настоящая катастрофа»: «С одной стороны, санитарные ограничения абсолютно не влияют на статистику заражения, вообще ни на что не влияют. Такие решения просто гробят бизнес. Если в России, в других странах сейчас происходит постепенный возврат к допандемийным показателям, то у нас все упало: дали немного подняться, потом опять — по голове. Вся эта конструкция с нашим кинопоказом, с киноиндустрией может просто грохнуться. Вторая сторона: зрители, они уже со страху не ходят в кинотеатры, и теряется среда, которая нарабатывалась десятилетиями. И непонятно, что страшнее: то, что зритель уже вообще забыл, что такое поход в кинотеатр, или эти ограничения, которые, с одной стороны, казалось бы, вынужденные, но никакого эффекта, кроме как гибели целой отрасли, не приносят.

Это самый серьезный вызов нашей индустрии за все время существования казахстанского кинопоказа. В 90-е это был ноль, вообще не было кинотеатров, дистрибуции, но потом постепенно все поднималось, были времена, когда мы с пленки на цифру переходили, тоже было непросто, но настроения были хорошие. Находили новые проекты, люди воспринимали поход в кино как праздник. Хуже, чем сейчас, не было никогда, это однозначно. Причем не только в материальном плане, именно в самой среде, в самой обстановке кинопоказа как такового. Лицо его меняется, приходит стриминг. Люди, которые работают в этой сфере и в Европе, и в Штатах, и в России находят новые пути: снимают для стримингов. Люди находят работу. А у нас этого пока нет, нет вторичного рынка. В такой ситуации нам даже пути искать сложно, куда двигаться».

Весной этого года Бауржан Шукенов покинул киноцентр «Арман», который он возглавлял еще с нулевых, и перешел работать в Государственный центр поддержки национального кино. Он надеется, что там получится что-то сделать для поддержки кинотеатров.