2995
29 сентября 2021
Назерке Курмангазинова, Алмас Кайсар, Vласть

Медиа под прессом

Новые медиа в Казахстане могут потерять площадки и аудиторию после принятия поправок, позволяющих блокировать соцсети

Медиа под прессом

Поправки в законодательство, позволяющие блокировать онлайн-платформы, могут лишить казахстанцев новых медиа - ресурсов, работающих исключительно в соцсетях, чья аудитория быстро росла в последние годы. Их авторы пока обдумывают свои возможные действия в случае реализации худшего сценария, но уверены, что найдут способы продолжить работу. Vласть поговорила с несколькими из них.

«Безопасность детей, это, наверное пятый вопрос в их повестке»

«Когда вы делаете журналистику в Казахстане, особенно когда вы делаете это 15 лет, то вы морально готовы уже практически ко всему, мне кажется. Очевидное, что это рано или поздно должно было случится, потому что на данный момент соцсети - это единственная свободная площадка, которая никак не может контролироваться со стороны властей», - комментирует поправки Джамиля Маричева, автор расследовательского проекта Protenge, у которого нет сайта и весь контент он публикует в соцсетях.

Схожего мнения - что поправки в законодательство необходимы для ограничения свободы слова, а не решения проблемы безопасности детей - придерживается и Дмитрий Дубовицкий, автор Youtube канала «За нами уже выехали»: «Честно, меня сильно возмутило то, как они пытаются протащить этот закон. (...) Мы брали комментарий, у одного из авторов поправок - Айдоса Сарыма (…) В вопросах кибербуллинга, детских, подростковых суицидов он не особо компетентен, он сам об этом сказал фактически. Для меня очевидно, что под очень благим предлогом защиты детей, проталкиваются поправки, которые ограничивают нашу с вами свободу в соцсетях».

С ним же солидарна и Асем Жапишева, автор проекта Masa.media и Youtube канала «Тіл кеспек жоқ». Она указывает на то, что власти уже использовали подобную риторику при принятии поправок в закон о мирных собраниях, в ходе которых устанавливались специальные места для проведения митингов: «Это было также антиконституционно. Тогда тоже правозащитники выступали против этих поправок, хотя законотворцы говорили, что нам все это нужно, для того, чтобы была безопасность митингующих. Использовались у них те же самые методы, приемы. Сейчас они говорят якобы про безопасность детей, хотя, если читать то, что они предлагают, можно понять, что безопасность детей - это, наверное, пятый вопрос, который стоит в их повестке»

«Мы видим, что из огромного количества запросов [на удаление контента - V], только один был вызван беспокойством о детях. (...) Все остальные связаны с контентом, который не вяжется с “политикой партии”. Поэтому очевидно, что это манипулятивные вещи. Тот факт, что как раз эти манипуляции, сейчас обсуждаются только в соцсетях, и только в тех медиа, которые не связаны с госзаказом, как раз говорит о том, почему они так хотят внести эти поправки», - отмечает в свою очередь Маричева.

Елнур Алимова, одна из авторов расследовательского проекта Ras aitamyn, так же работающего только в соцсетях, объясняет, что попытки блокировки соцсетей предпринимаются не в первый раз. Она напоминает об ограничении работы некоторых платформ во время тестирования сертификата безопасности и другие прецеденты. Теперь же, по её мнению, власти нашли «законный» способ ограничить работу социальных сетей и платформ.

«В целом это напоминает «закон Яровой», который обязывает операторов в России хранить данные о пользователях. Авторы закона, под предлогом борьбы с терроризмом, обязали операторов связи и интернет-провайдеров хранить до шести месяцев все аудио и текстовые сообщения, изображения, видео и другую электронную информацию пользователей и предоставлять ее в случае запроса специальных органов. Мне кажется, что законопроект, который сейчас обсуждается и одобряется депутатами мажилиса в первом чтении, имеет с этим определенные сходства. Это также один из способов отслеживания социальных сетей и мессенджеров», - уверена Алимова.

«По щелчку пальца будут использовать административный ресурс и блокировать»

Авторы медиа надеются, что власти не решатся блокировать социальные сети, а будут действовать точечно. Дубовицкий считает, что, с принятием поправок государство упростит себе работу: «Мое мнение, что они не планируют включать рубильник сразу. Если офисы крупных компаний - Youtube, Google, Telegram, WhatsApp откажутся присутствовать физически или онлайн, я не думаю, что они сразу нам отрубят интернет и социальные сети. (...) Я думаю, что они будут пользоваться этим инструментом периодически, когда им это нужно - митинги, выборы, какая-то нестабильность. (...) Хотя мы знаем, что они могут блокировать социальные сети и без представительств компаний в Казахстане»

К тому же Дубовицкий считает, что власти Казахстана упустили момент, когда они могли опустить «железный занавес», как в Китае. По его мнению, казахстанцы уже привыкли к «условно свободному интернету» и блокировка социальных сетей может вызвать серьезное социальное потрясение.

Маричева также не понимает, каким образом государство будет блокировать контент, а возможно и социальные сети, с учетом перспективы большого гражданского недовольства: «Я пока не представляю, как они все это будут делать. Условно говоря, представьте, они требуют удалить у фейсбука, инстаграма какой-то блог, пост, тогда администрация вам скажет о том, что пост кем-то был удален. Таким образом, они привлекут к себе больше внимания. Еще тут один момент: соцсети это не только мы, у нас там 60 тыс. подписчиков, еще же есть вайнеры, у них миллионные аудитории. Поэтому, я думаю, что будет большое недовольство»

Жапишева также считает, что вариант с тотальной блокировкой малореалистичен. Однако она указывает на то, что поправки по большей части необходимы для ограничения деятельности неудобных властям медиа-ресурсов в социальных сетях: «Я думаю, это очень сильно ограничит нашу работу. Потому что, если до этого, мы как-то могли обходить какую-то цензуру, разговаривать с людьми, брать интервью, то если они продавят эти поправки и в Казахстане появятся представительства, где руководящими лицами будут граждане Казахстана, это все приведет к тому, что по щелчку пальцев будет использоваться админресурс и будут блокировать [неугодный властям контент - V]. Правозащитники, журналисты, люди, которые занимаются какой-либо деятельностью, будут на себе это очень сильно испытывать»

Жапишева напоминает о недавней блокировке приложения и бота “Умного голосования” политика Алексея Навального со стороны Google, Apple и Telegram по требованию российских властей. По ее мнению, крупные корпорации склонны сотрудничать с авторитарными режимами.

Елнур Алимова напротив сомневается, что владельцы социальных сетей и мессенджеров будут поддаваться требованиям авторитарной страны, ограничивающей свободу слова: «Депутаты, инициировавшие данный законопроект, говорят: «Если казахскую аудиторию уважают, пусть компании откроют офис в стране». Однако страна, уважающая свободу слова, не примет закон, который в той или иной степени ограничивает свободу слова».

Неизвестность

Владельцы медиа, работающих исключительно в соцсетях, сейчас обдумывают свои дальнейшие действия - на случай возможных ограничений в работе соцсетей.

«Если там будет печальный вариант и мы понимаем, что закрывается все, значит «За нами уже выехали» будет оставаться на тех площадках, которые будут работать. (...) Будем меняться, трансформироваться», - говорит Дмитрий Дубовицкий. При этом он отмечает, что в Казахстане все равно будут появляться различные методы обхода блокировок, что и владельцы медиа и казахстанцы смогут адаптироваться к изменениям.

При этом медиа будет тяжелее вести бизнес. «Конечно, это может сказаться на рекламе. Казахстанские компании будут меньше работать, но будут какие-то сервисы, условно общемировые - игры и еще что-нибудь, что мы можем рекламировать и дальше. В общем, пока я так далеко не загадывал, на самом деле», - говорит он.

Жапишева тоже начинает готовиться к изменениям: «Я думаю, мы найдем альтернативы, если дело дойдет до этого. Но я все же стараюсь мыслить позитивно. (...) Мы сейчас готовимся к этому, естественно это очень сильно повлияет на многие вещи. Учитывая то, что один из моих проектов существует за счет рекламы и донатов, я думаю, что мы как-то сможем перестроиться, но сейчас точно я не могу сказать, как и что. Потому что в первом чтении все принято, но финального варианта еще нет. И пока еще даже какие-то стратегии вырабатывать, думаю, не очень просто».

Алимова объясняет, что проект Ras aitamyn - некоммерческий канал, открытый журналистами-добровольцами в Telegram и Instagram. И если законопроект будет принят в нынешнем виде, их контент может быть заблокирован: «Мы стремимся публиковать контент на максимально доступной и удобной для читателя платформе. В этом случае у нас нет возможности открыть специальный сайт или перейти на платную платформу. Более того, читатель нашел нас через Telegram, нас узнают благодаря этой платформе. Так что, честно говоря, мы еще не рассматривали альтернативные платформы».

Владельцы медиа солидарны в том, что поправки являются очередным наступлением на свободу слова в Казахстане. Они пока не знают, как будет происходить адаптация к новой реальности, в которой социальные сети могут быть заблокированы.

«Даже в Китае люди каким-то образом, 20% где-то, там разные оценки есть, все равно пользуются интернетом в том виде, в каком им пользуются в остальном мире. У нас этот железный занавес будет намного дырявее. Может возникнуть обратный эффект, если мы адаптируемся, сможем предложить какие-то варианты - люди будут потреблять нас, может быть, даже охотнее», - считает Дубовицкий.