2336
17 ноября 2022
Алмас Кайсар

Быть кандасом

Кандасов тяжело принимает местное население, а власти используют их как политический инструмент

Быть кандасом

Руководство Казахстана всегда гордилось тем, что более миллиона кандасов (каз. «сокровников») — этнических казахов, переселяющихся из-за рубежа — обосновалось в стране за 30 лет независимости. Но одновременно с этим оно ограничивало их в правах, заставляя чувствовать себя «в гостях» на собственной Родине. Это способствовало стигматизации кандасов в глазах общества, как людей, неравных казахстанцам.

Кандасов дискриминируют из-за того, что они, якобы, являются «иждивенцами».

Наименование этой социальной группы хоть и менялось, но всегда стигматизировало ее. Оно закрепляло за переселившимися определенную идентичность, не тождественную остальным казахстанцам. До 2019 года их называли «оралманами» («возвращенцами»). Ничего не поменялось и с введением нового названия — кандасы. Даже в этой колонке я вынужден писать «кандасы» и «казахстанцы» - хотя такого разделения не должно существовать.

«В Китае мы были людьми, казахами, а тут мы стали оралманами», − рассказывал один из кандасов, который успел переселиться в Казахстан до насильственной ассимиляции и репрессий, развернувшихся по отношению к мусульманским меньшинствам в Китае.

Нынешние кандасы невольно оказались вне Родины из-за действий, сперва колониального царского режима, пожелавшего использовать «инородцев» (колониальное название неславянских подданных Российской империи) в своих военных целях, а после советской «модернизации», решавшей задачи индустриализации и сельскохозяйственного развития за счет жизней сотен тысяч людей.

Посреди этого разговора забываются и те этнические казахи, которые никуда никогда не бежали. Те, что проживали на территориях Китая, Узбекистана, Туркменистана, России и других стран с давних времен. Эти люди приезжают в Казахстан в надежде сохранить свою национальную идентичность.

Государство оказывает им помощь, оставляя без нее людей, которые родились в Казахстане. Отсюда следует атомизация общества и непредставленность кандасов на политическом уровне.

Этот конфликт рискует перерасти в противостояние между одинаково бедными слоями общества. Кандасы в Алматинской области говорили, что они буквально «выживают». Дома и помощь в трудоустройстве выделяются переезжающим в северные области, где предусмотрена квота, но туда едет меньшинство. Более того, иногда им не обеспечивают базовых условий, фактически бросая их на голой земле. К тому же кандасы сталкиваются с языковой дискриминацией, так как часть из них не владеет русским языком и кириллическим алфавитом казахского.

Формулировки, дискриминирующие кандасов, исходили не только от общества, но и от представителей элиты. Тимур Кулибаев, один из самых богатых и влиятельных людей в Казахстане, публично заявлял, что протесты нефтяников в Жанаозене в 2011 году возглавляли «оралманы».

Токаев в 2019 году предложил употреблять слово «кандас» вместо «оралман». Но, как некогда и советская власть, теперь казахстанское государство использует кандасов для своих экономических и политических целей, обесценивая их как носителей казахской культуры и граждан Казахстана.