31611
20 октября 2021
Светлана Ромашкина

Алматы может остаться без каштанов, дубов и кленов

Деревья поразил орхидский минер, с которым очень сложно справиться

Алматы может остаться без каштанов, дубов и кленов

Этим летом в Алматы стали «засыхать» многие деревья: листья словно «ржавели». Со стороны это было похоже на недостаток полива из-за жаркого лета, но на самом деле так чаще всего выглядела эпидемия орхидского минера — моль, поедающая листья изнутри, поразила каштаны, дубы и клены. Сейчас у городских властей есть несколько месяцев до весны для того, чтобы определиться с тем, как спасать деревья. И здесь нет очевидного решения. Vласть поговорила с ландшафтным дизайнером Нелли Лаптевой, которая занималась реконструкцией Ботанического сада о том, что можно сделать сейчас.

— Откуда взялся орхидский минер?

— С этой эпидемией столкнулись многие страны. Считается, что минер распространился с Балкан, через всю Европу, постепенно захватывая город за городом, накрыл все страны СНГ. Минер появился не сегодня, не в этом и не в прошлом году. Механизм распространения его эпидемии чрезвычайно агрессивен: одна самка откладывает до 80 яиц за раз, и так 3-4 раза за сезон. Естественных врагов у минера немного, это ряд полезных насекомых, которых в городе почти не осталось. Кроме того, раньше в Алматы была система ухода за деревьями, которую контролировал «Зеленстрой», сейчас этого нет, и эпидемию ничего не сдерживает. К тому же город стал сильнее нагреваться из-за все более уплотняющей застройки, экология ухудшается, у деревьев ослабевает иммунитет, так же как и у нас с вами, и поэтому они все больше подвержены различным вредителям и заболеваниям. В пригородах, где экология получше, деревья устойчивее.

— Как победить его?

— Была встреча в акимате города, где мы, специалисты, говорили о том, что нет простого решения в борьбе с минером. Нельзя сказать: «обрабатывайте деревья вот этим препаратом и проблема решена». Поражена вся листва дерева, и чтобы эпидемия пошла хотя бы на убыль, мы должны обрабатывать пораженные деревья целиком, а их много. Кроме того препараты — инсектициды работают всего 21 день. Потом вредитель, оставшийся на других растениях и даже на девичьем винограде, сможет снова атаковать обработанное дерево. От применения обычных препаратов пострадают и полезные насекомые, птицы. Это опасно даже для нас с вами. В некоторых странах есть метод «прививки» дерева – стволовой инъекции, есть метод прикорневого полива, нужно изучить срочно эти опыты, найти правильные методики и препараты, — желательно биологические, такие есть сейчас и к следующему году разработать комплекс сдерживающих мер.

Надо сказать, что на состояние деревьев, конечно, влияет уход: в это жаркое лето растения остались без воды, у нас практически разрушена арычная система полива. В 2018 году головной арык реконструировали, целое лето не было воды, но после этого система водоснабжения не возобновилась по должному графику, она сейчас хаотичная, а для того, чтобы полив был успешным, нужна система. Ее сейчас нет, как и ответственных. Раньше работал «Гидроучасток», и у них были графики полива, это все контролировалось, а «Зеленстрой» занимался обработками.

Вспомните состояние лип в последние годы: минер их не трогает, но из-за недостатка полива деревья испытывают калийное голодание, — по краю листа появляется коричневый кант и потом растение сбрасывает листву. Липы надо поливать в жару и тогда они будут в хорошем виде. А сейчас даже невозможно предсказать, выживут ли они в следующем году или часть из них погибнет.

— Те деревья, что были заражены в этом году, погибнут в следующем?

— К сожалению, в следующем году будет поражено еще больше деревьев, и поражение будет еще более обширным. Необязательно, что все эти деревья погибнут, но они не станут лучше. Растения не справятся с этой эпидемией сами, и рано или поздно это приведет к их гибели, если мы ничего не будем делать. Сколько сезонов дерево может выдержать с таким поражением, предсказать сложно, но однозначно, что это не бесконечно.

В акимате нам пообещали, что будет создана комиссия по решению проблемы с эпидемией минера, что будет найдена методика и биологические препараты. Мы еще обсудили, что тендеры проводятся слишком поздно — в апреле, хотя они вообще зло, в них практически невозможно прописать сколько-нибудь адекватную методику обработки. Мы пришли к тому, что нужно возвращать контроль за зелеными насаждениями города. Аким сам предложил вернуть «Зеленстрой», но на этом все пока и закончилось.

— Когда лучше всего обрабатывать деревья?

— Начиная с весны, и это должна быть планомерная системная работа. Весной активна листовертка, потом, начиная с июня, активным становится минер. Нужен чёткий график обработки препаратами всех районов города.

Орхидский минер

— Во время такой эпидемии и проблем с поливом программа акимата высадить миллион деревьев лишена смысла?

— Нет, нужно высаживать новые деревья, но сохранять и беречь то, что есть, должно быть еще более важно. Власти города стараются уйти от использования деревьев, которые поражает минер – дубы, каштаны, но город высаживает не то что хотел бы, а то, что есть. Питомники не ориентированы на потребности Алматы. Они не знают задач города, не могут предсказать, что в следующем году будет программа миллион деревьев, что городу нужны будут качественные деревья. Кроме того у нас отсутствует понятие стандарта качественного посадочного материала, как и система контроля за этим. В Европе дерево по стандарту должно иметь ровный штамб, разветвлённую крону и, главное, — сформированную корневую систему. Мы же часто покупаем «кота в мешке», даже если это саженец с комом. Корневая система у такого дерева — рубленные корни в три-пять сантиметров в диаметре, выжить такому саженцу очень трудно.

Мы высаживаем деревья, но забываем, что климатические условия Алматы — это необходимость полива. И это либо автоматические системы, а это проектирование и строительство, и еще вопрос: откуда брать эту воду? Если без автоматики, то тогда либо поливальными машинами, либо через арыки и дальше насосами вручную.

Кроме того, мы очень некорректно относимся к почвенным условиям. Наши черноземы — с одной стороны, большое богатство, с другой — при неумелом обращении они превращаются в зло. С нашей культурой строек, когда земля укатана техникой до состояния бетона, необходимо полностью менять почву. И просто выкопать ямку диаметром 80 сантиметров, а, как правило, даже такую не выкапывают, не поможет. Сейчас мы в свои проекты закладываем под деревья посадочные ямы 1,5 на 1,5 на 1,5м, плюс устройство дренажа и дополнительно указываем, что дренаж пробивается до рыхлого грунта, то есть, вода должна уходить из ямы.

Как правило, проблема в городских посадках именно в том, что ямы работают как стакан: вода в них собирается. Нам кажется, что дерево засыхает, но если проверить, то там корневая система сгнила.

Оно засыхает, потому что у него умерли корни, ему всасывать нечем. Грунт должен быть очень рыхлым, еще и потому что корням нужен кислород. Поэтому я давно рекомендую: к чернозему должно быть добавлено 50% речного мытого песка. Песок дает рыхлость, это экологично, мы меньше нарушаем плодородие почв, когда откуда-то берем эти черноземы.

И нужно контролировать, чтобы техника не ходила, не уплотняла почву, чтобы не было переливов. Чернозем хорош, когда имеет структуру гранулами — ее делают дождевые черви, а если он уплотнился, то это просто глина, обогащённая питательными веществами.

Еще нужно сказать, что когда город делает посадки, и понимает, что вообще никакого ухода не будет, то кроме тополя и карагача ничего не нужно там сажать. Если уход подразумевается, можно выбрать другие деревья. Есть, кстати, отличное дерево, которое тоже очень хорошо приживается — вяз Андросова. Это тоже карагач, но он обладает исключительными свойствами, у него потрясающая крона, он ничем не болеет, замечательно развивается, проблема только одна: его почти невозможно найти, его практически никто не выращивает.

— Когда делали пешеходную улицу Панфилова, то закупали деревья за рубежом, потом стало понятно, что многие из них погибли, остались только лунки. Вообще городу имеет смысл обращаться к зарубежным питомникам?

— Да, имеет, иначе мы с вами останемся в рамках ассортимента, скажем, 20 позиций деревьев. В хороших парках мы можем себе позволить и декоративные вишни и шикарные сорта кленов, которые краснеют осенью, разнообразные дубы и липы. Селекция не стоит на месте, выводят устойчивые гибриды, например, совсем недавно появился клен Pacific Sunset, он жароустойчивый, засухоустойчивый, неплохо себя показал в Туркестане и в Ботаническом саду в Алматы. Но найти его в Казахстане невозможно. Когда мы везли его в Ботсад, это была первая партия, поступившая в Европе в продажу. На южном партере мы высадили 105 кленов, они действительно шикарные! Кончено, хотелось бы, чтобы мы с вами могли любоваться красивым ассортиментом. Те же магнолии, вишни, декоративные яблони, очень много того, что у нас хорошо приживается. Тут нужно говорить о двух вещах: что ассортимент должен быть оправдан именно для этих условий. То есть, грубо говоря, если это развязка, то карагачи и тополя, если это парк, в котором подразумевается дальнейший уход, то почему бы не побаловать горожан красивыми деревьями? Мы же видим успешный опыт, наш Ботанический сад, там такие же компании по уходу, как и в городе, только уход грамотный.

Ботанический сад в Алматы, фотография Данияра Мусирова

— В Алматы летом много пыли. И видно, что у нас очень мало травы. Что нужно, чтобы трава росла, а пыль не поднималась?

— Мы уже давно просим ввести в правила высевание разнотравий. В Южном партере Ботанического сада можно увидеть хороший пример разнотравий, посеянных семенами, там очень много цветов, это рай для насекомых, мелких птиц, потому что это кормовая база и, по сути, их среда обитания. Эти насекомые полезны, например, божьи коровки являются естественными врагами того же минера.

Чем больше в городе мелких насекомых и птиц, чем меньше проблем с листоверткой и минером.

Одна из мер борьбы с минером состоит в том, чтобы засевать все разделительные полосы, всё подряд, как это делают в Европе. Эти сообщества очень устойчивые, они подавляют рост сорняков. Но у нас есть одна большая проблема: мы обрабатываем дороги химикатами, и, возможно, не всегда корректно их убираем, они попадают на обочины и разделительные полосы. Если почва совсем плохая, то ее нужно менять и только потом высевать разнотравья. К сожалению, ни в Казахстане, ни в России нет фирм-производителей таких разнотравий. Их производят только европейцы и просто так найти в Казахстане их невозможно, только под заказ. Ботсад был первый эксперимент, где мы применили разнотравье. Учитывая этот успешный опыт, надо сейчас это транслировать и высаживать в городе. Разнотравье оптимально сеять под зиму, как озимые и тогда можно попробовать удержать его вообще без полива. У европейцев есть разнотравья для обочин дорог, для засушливых мест, для возвращения плодородия почв, можно подобрать их для любых наших городских условий. Это выгоднее, чем газон, который первые две недели нужно поливать по 5-8 раз в день, чтобы он не высох. Вообще газон — такой обжора, который только забирает и ничего не отдает взамен плодородию почвы.

фото с сайта ecologyofrussia.ru

— Газоны уже несовременное решение для городов?

— Мы, конечно, не откажемся от газона совсем, ведь у нас колоссальные площади открытых земель, с которыми нужно что-то делать. Разнотравия, цветники из многолетников, массивы кустарников — это очень экологично, дает большую зеленую массу, но такие большие площади все-таки мы не сможем на них заменить. Но в разговоре о газоне я хотела бы обратить внимание на вопрос: почему в Европе по газонам можно ходить, а у нас нет? Потому что в европейской почве огромное содержание мелкого песка, где-то с торфом, где-то с рыхлым суглинком, поэтому она не уплотняется. Если ходить по нашим газонам, то почва уплотняется, и они быстро приходят в упадок. Потом у нас часто парки засажены деревьями очень густо, а газонам нужно хорошее солнце, чтобы на них не рос мох, а трава была изумрудная. Поэтому под большими деревьями газон не растет, там просто голая земля. Конечно, газон — это наиболее дешевый способ закрыть землю от пыли, от нагревания, лучшая альтернатива той же брусчатке. Но разнотравья будут такими по стоимости посева, но экономичнее в целом за счет того, что их не надо косить и удобрять, поливать. Но видите, пока они не введены в нашу городскую культуру.

Помимо газонов, нужно отказываться еще и от однолетников, потому что это колоссальный расход средств. Однолетники (петуньи, бархатцы и т.д.) стоят дорого, их высаживается на квадратный метр огромное количество. Уход дорогостоящий, ведь поливать надо много и часто. Лучше один раз заложить клумбу из многолетников или кустарниковый массив, разнотравье, что сначала будет дороже, но потом оправдывается в разы. Но у нас, к сожалению, культура однолетников пока еще неистребима. Это при том, что та же петунья часто очень плохо смотрится, потому что надо периодически обрывать цветы, кроме того, это растение очень часто переносит повилику, это сорняк-паразит, который ничем не убить. В этом году, кстати, была еще и эпидемия повилики. И что будет на следующий год, страшно предположить.

— Судя по тому, что вы рассказали, в городе много проблем с озеленением, и нужно в корне менять подход.

— Да, пока зеленых проблем в городе много. Хочу добавить, что на фоне малого количества специалистов в стране: ландшафтников, озеленителей, дендрологов, агрономов, было бы разумно, если бы в городе бы появился независимый экспертный ландшафтный совет, чтобы хоть был хоть какой-то присмотр за общественными парками, скверами, общественными местами. Например, идет какая-то застройка, и нужна обратная связь от профессионалов: о том, насколько корректны решения.