11889
13 ноября 2018
Айсулу Тойшибекова/Фото Сабины Куангалиевой

Ольга Коротько, режиссер: «Не существует тех женщин, которых показывают в нашем популярном кино»

О видимости женщин и сексизме в казахстанской киноиндустрии

Ольга Коротько, режиссер: «Не существует тех женщин, которых показывают в нашем популярном кино»

Полнометражный дебют казахстанки Ольги Коротько — картина «Так себе зима» в этом году попала в программу ACID Каннского фестиваля, которая помогает малобюджетным картинам выйти на больших экранах во Франции. Айсулу Тойшибекова в преддверии казахстанской премьеры на фестивале авторского кино Clique поговорила с Ольгой о положении женщин в индустрии кино и судьбе самой ленты.

Ольга, вчера я посмотрела ваш фильм «Так себе зима». Мне стала интересна концовка. Как вы приняли решение, что у ваших героев всё закончится именно так?

Вы так сразу (смеется). Если говорить о традиционных финалах, где побеждает добро или зло, то в моем фильме нет ни добра, ни зла, поэтому побеждает несправедливость. Это то, что меня беспокоит в нашем обществе. Несправедливость действительно превалирует. Нам всем известны истории, когда людям удавалось избежать правосудия: они совершали противоправные действия и им это сходило с рук благодаря родственникам, деньгам и так далее. Это такая казахстанская история, но прежде всего, драматургическое решение.

Согласитесь ли вы с утверждением, что вы сняли остросоциальное кино? Как вы позиционируете свой фильм?

Я не люблю классифицировать. Любая классификация напоминает мне полки супермаркета: здесь продукты питания, там – стиральные порошки. Кино – это немножко другая категория. Особенно авторское, которое больше про искусство, нежели про какие-то коммерческие отношения. Мне кажется, классификация убивает искусство. Кино просто отражает те процессы, которые происходят в обществе. Оно равно этим процессам. Если общество такое, то и кино будет тождественным ему. Я по себе знаю. Как только я уехала из Казахстана на какое-то время, чтобы учиться кинорежиссуре, то мое кино стало другим – все мои фильмы, снятые за пределами Казахстана во время учебы, были комедиями. Здесь просто невозможно снимать другое кино.

Насколько эта казахстанская реальность плодотворна для режиссера, как для творца?

Если говорить о вдохновении, то Казахстан полон идеями для кино, потому что в основе любого сценария – конфликт. В нашем обществе конфликты происходят повсеместно. В мифической стране, где ничего не происходит, где все люди живут счастливо, никогда не будет искусства. Уже многократно проводились попытки создать города, где будут жить только художники, например. Все они потерпели крушение, потому что искусство не может существовать вне конфликта, вне социума. Казахстан – это просто океан идей для любого вида искусства.

Давайте вернемся к фильму. «Так себе зима» попала в программу ACID Каннского кинофестиваля. В интервью «Маншук» вы говорили о том, что это откроет вам возможности дистрибьюции. На каком этапе находятся переговоры по ней и какова судьба фильма?

Программа ACID помогает продвигать кино, поэтому фильм был показан во многих городах Франции: Париже, Марселе, Лионе. Будут организованы показы в других странах. Это очень сильно помогает – кино находит своего зрителя во многом благодаря им.

Какова ситуация с казахстанским прокатом? Выйдет ли фильм на больших экранах здесь?

Прокат в Казахстане – это что-то эфемерное. Во-первых, у нас не так много населения и зрителей, чтобы говорить о полноценном прокате и кассе. Другой вопрос – это зритель для такого фильма. К авторскому кино тоже нужно привыкнуть. Наш зритель ориентирован на коммерческое западное кино. Я не могу сказать, что это плохо, это тоже тенденция ухода от реальности. Когда она вокруг тебя, то не хочется идти в кинотеатр, платить деньги за билет, чтобы опять смотреть на такую же реальность. Это одна из причин, почему авторское кино с социальным мотивом вряд ли будет востребовано.

Вы готовы работать над коммерческими проектами?

Нет. Мне это просто неинтересно. Это товарооборотные отношения, в них нет искусства, а мне интересно именно оно. Коммерческое кино в Казахстане вряд ли может существовать — для того, чтобы фильм окупился, нужно снимать его за очень небольшие деньги. Те, кто следит за коммерческими историями нашего прокатного кино, знают, что большинство картин себя не окупают. Тем не менее люди стараются, снимают. С каждым годом фильмов становится больше, хочется надеяться, что и качественно они станут лучше.

Для вас очень важна видимость женщин в кинематографе. В Казахстане ситуация с этим довольно плачевная. С чем сталкиваются женщины в отечественном кинематографе?

Это целый список сложностей. Всё начинается еще в университете. Я знаю девочек, учившихся операторскому искусству или другим профессиям, которые в нашем обществе считаются традиционно мужскими. Преподаватели говорили им, что они, наверное, поступили сюда, чтобы найти хорошего мужа, потому что обычно в этих группах много мальчиков. Эта абсурдность начинается уже там. Безусловно, чтобы выдержать прессинг и остаться в индустрии, нужно иметь очень стойкий характер. Девочки, которые остаются в кино и продолжают работать, это показатель того, насколько они сильные люди. Если говорить обо мне, то были ситуации, когда обсуждался бюджет и как можно сэкономить, и люди без задней мысли предлагали мне делать мейк-ап на площадке, ведь я женщина (смеется - прим. автора). Самое страшное – это даже не предложение, страшно, что человек действительно думает, что он предлагает что-то хорошее. В его картине мира это нормально. Если посмотреть на наши фильмы, которые в большинстве своем снимаются мужчинами, то женские персонажи можно свести к 3-4 образам.

Девушка, которая ищет любовь и пытается выйти замуж…какие еще?

Невестка, мать и возлюбленная, которая вдохновляет главного героя на подвиги. В любых этих персонажах женщина не делает вообще ничего. Её функция — вдохновить мужчину или стать каким-то призом для него. Это абсолютно неживой персонаж.

Если внимательно посмотреть фильмы, то можно заметить, что у мужчин указывается профессия. У женщины профессия вообще никак не обозначается. Это просто женщина.

Искусственность женских персонажей обусловлена тем, что их снимают мужчины-режиссеры, которые живут с такой картиной мира, где женщина – это объект. Чтобы это поменялось нужно, чтобы в индустрии было больше женщин, менять само отношение к ним, потому что даже, если женщин будет больше, но на площадке все равно придется доказывать, что ты не верблюд, то толку не будет. В кино надо делать кино, а не доказывать что-то кому-то.

Бывали ли трудности с поиском бюджета на фильм, в котором в главных ролях – женский персонаж?

Для того, чтобы мне снять фильм с женщиной в главной роли, пришлось продюсировать его самой. Тоже самое и с моим следующим проектом, где будет еще больше женских персонажей. Над ним я работаю с французским продюсером, потому что я уверена, что здесь этот проект не поддержат по многим причинам. В том числе и потому что в сценарии женщины показаны не в традиционных для себя ролях. Чтобы сценарию дали ход, женщина должна быть мягкой, феминной, соответствовать каким-то стереотипам и представлениям.

После Канн как-то изменилось отношение к вам и вашему фильму?

Чтобы изменилось отношение к женщине-режиссеру, должны пройти десятилетия. На данный момент – нет, ничего не изменилось. Страшно говорить эту фразу, но это нормально – что ничего не изменилось, потому что сразу ничего не получится, нужны годы, чтобы изменилось отношение к женщинам и женскому кино — я подразумеваю именно кино, созданное при участии женщины, с многогранными женскими персонажами.

На каком этапе находится ваш следующий фильм?

После показа в Каннах со мной связалось большое количество продюсеров, которым были интересны мои будущие проекты. С одним из них мы сейчас работаем над сценарием. Он практически написан, мы находимся на этапе поиска финансирования. Проект состоится, это вопрос времени.

Какими вы видите героинь своих фильмов?

Для меня важно показать женщин людьми.

Почему-то вспомнилась «Келинка тоже человек».

Сама формулировка «тоже человек» – в этом как будто уже заложено, что нет, она не человек. Такой сомнительный постулат, который пытается кого-то убедить. Хотя в этом уже заложено более низкое положение женщины. На мой взгляд, все эти фильмы пропагандируют идею, что женщина – лучший друг человека. Мне хочется, чтобы женщина не была «тоже человеком», а просто «человеком». И точка. Я не делаю женщин плоскими. Не существует же в жизни тех женщин, которых показывают в нашем популярном кино. Я хочу создать реальных женщин, у которых есть свой мир, внутренние конфликты, цели, амбиции, чувства.

Есть ли у вас какая-то реальная история или биография какой-то женщины, которую вы хотели бы экранизировать?

Все мои истории берутся из жизни, из реальных ситуаций. Сам процесс создания героев для меня какой-то мистический. Они приходят во время написания сценария, и ты просто принимаешь их такими, какие они есть. Это схоже с рождением ребенка. Я, как сценарист, помещаю этого живого человека в разные обстоятельства и наблюдаю за тем, как он себя ведет, пытается выйти из ситуации.

У вас есть любима героиня в кино?

Наверное, я как режиссер, не смотрю на персонажи, я смотрю на создателей. Если говорить о наших деятелях, то я очень уважаю Жанну Исабаеву. Мне кажется, она очень интересная и сильная личность, которая многое делает для кинематографа. Меня очень огорчает, что участие фильмов Жанны на фестивалях класса «А» никак не освещается ни в прессе, ни в соцсетях, в то время как об участии фильма мужчины-режиссера на схожем фестивале будут трубить отовсюду. Гораздо меньшее количество людей знает о Жанне и ее фильмах, если сравнивать с Адильханом Ержановым или Эмиром Байгазиным. Жанна борется за женщин в индустрии, дает большую поддержку. Еще одна девушка режиссер-документалист – Катя Суворова, она сильный режиссер. Хотелось бы, чтобы фильмы наших женщин-режиссеров освещались больше, чем сейчас. Если говорить о мировом кино, то я очень люблю работы режиссера Шанталь Акерман. К сожалению, она ушла из жизни несколько лет назад. Она признанный мастер кинематографа.

Недавно я беседовала со многими продюсерами. Мы затронули тему женщин в кино. Я сказала, что рада появлению новых женщин режиссеров-документалисток, их много именно в документальном кино. Я говорила это с таким воодушевлением, на что девушка-продюсер ответила, что в документальном кино много девушек, потому что это малобюджетное кино, а женщинам в большой бюджет путь закрыт. С другой стороны, художники, а режиссеры – это тоже художники, которым приходится сталкиваться с барьерами, всегда приходят к более творческим решениям. То, что сейчас женщины вынуждены работать в таких сложных условиях, может стать причиной появления женщин-художниц в кино. И это будет чистое искусство, потому что чтобы продолжать работать в таких условиях, нужно действительно болеть кинематографом.

17 ноября в киноцентре «Арман» состоится казахстанская премьера фильма Ольги Коротько — «Так себе зима». Картина будет показана в рамках независимого фестиваля авторского кино Clique. Билеты в кассах киноцентра и на сайте Ticketon.kz.

Рекомендовано для вас