Роман Ботабеков, гендиректор компании «Туран Экспресс»: «Когда у страны нет вагонов, у меня без дела стоит сотня»

Тогжан Калиаскарова, Vласть

Новость о закрытии направления поезда Алматы – Капшагай, проработавшего меньше месяца, вызвала негодование у многих казахстанцев. В интервью Vласти генеральный директор частного перевозчика «Туран Экспресс» Роман Ботабеков рассказал о причинах закрытия маршрута, почему сложно выжить частным перевозчикам и зачем монополисту – «Казахстан Темир Жолы» нужен холодный душ.

Vласть: Роман Бейдалиевич, буквально месяц назад ваша компания обрадовала всех алматинцев новостью о запуске нового маршрута Алматы – Капшагай, но спустя месяц вы объявили о закрытии направления. Чем продиктовано ваше решение?

Ботабеков: В первую очередь хотелось бы отметить, что инициатива открыть направление Алматы – Капшагай принадлежала горожанам. К нам поступило очень много писем и предложений. Мы понимаем, что в летний сезон единственная отдушина для алматинцев – это побережье Капшагая. У нашей компании собственный парк свободных вагонов. При дефиците вагонов в стране, у нас они стоят без работы! Естественно, чтобы вагоны не стояли без дела, мы решили помочь горожанам и организовали удобный маршрут с гибким графиком. Всем известно, что дорога до Капшагая сейчас ремонтируется и на дорогу у горожан уходит порядка 2 – 2,5 часа. Наш поезд добирался туда за 1 час 15 минут. По нашим подсчетам, поезд должен был перевозить 800 человек в обе стороны, в таком случае он бы окупил расходы – а это затраты на локомотивную тягу, магистральные сети, сервис, услуги «Казахстан темир жолы». Мы потратили огромные деньги на рекламу. Было много хороших отзывов. Только в социальных сетях мы получили благодарные сообщения от двух тысяч горожан. Но когда мы запустили наш поезд, ежедневно им пользовались до десятка человек. Удивительно, что пассажиры хотели ездить этим маршрутом, сами попросили нас открыть такое направление, но их не было! Для меня как для менеджера – это нонсенс.

Vласть: Многие люди жаловались на неудобный график...

Ботабеков: Мы выбрали хороший график. Он был рассчитан на то, что горожане рано утром приедут в Капшагай, отдохнут на побережье, а вечером сядут в поезд и вернутся домой. Целый световой день они могут отдыхать и не беспокоиться о времени. Причем сделали оборот – и вечером туда-обратно и утром – туда-обратно. И стоимость проезда была доступная: 500 тенге.

Vласть: Почему поезд отправлялся с вокзала Алматы-1?

Ботабеков: Поезд Алматы-Капшагай курсировал с вокзала Алматы-1, там был технический момент. Если поезд начал бы курсировать с Алматы-2, то его пришлось бы «перекручивать» и направлять в Алматы-1, тем самым мы бы потеряли около 30 минут времени.

Vласть: Сколько денег вы вложили в этот проект и сколько потеряли за месяц работы маршрута?

Ботабеков: В проект было вложено около 7 млн. тенге, в принципе эту сумму мы и потеряли. У нас частная компания, мы живем на кредитах, мы посчитали все наши расходы, месяц ездили за счет нашего энтузиазма, но экономически это направление было губительным для нашей компании. Мы не могли работать в убыток дальше.

Vласть: Разве месяц – это не слишком короткий показатель прибыльности бизнеса?

Ботабеков: Я понимаю, нужно было время, чтобы пассажиры узнали об этом направлении, привыкли к нему. В следующий раз мы будем учитывать это, но вы поймите, частные перевозчики не могут рисковать! Мы открыли данный маршрут без помощи государства, без субсидий, без помощи бюджета местных акиматов, только по своей инициативе, на голом энтузиазме. Рассчитывали, что пассажиров будет много. Если бы государство выделило нам субсидии, тогда за счет этих денег мы могли бы переждать и выдержать данный этап становления.

Vласть: Ваш «голый энтузиазм» предполагал наличие бизнес-плана и антикризисных мероприятий?

Ботабеков: Конечно. Мы — частные перевозчики и ведем ежедневные расчеты. Если бы мы были государственной компанией, мы бы просчитывали бюджет, потом ждали бы 100% субсидирования, проводили бы тендер, это долгая история, в итоге направление открыли бы через год-два. Мы же выполнили желание народа, потому что люди сами нас неоднократно об этом просили. У нас простаивали вагоны, я решил открыть направление. Сезон очень короткий, мы проработали месяц, увидели, что нет желающих, если бы мы дальше продолжили работать, то усугубили проблему убыточности. Но за этот месяц мы заявили о себе, в том числе и государству. На своем примере показали, что частным перевозчикам нужны субсидии и помощь.

Vласть: А вы уже попросили помощи у государства?

Ботабеков: Да, мы сразу начали искать помощи у руководства города Капшагай. Ведь им этот поезд тоже необходим. Люди должны как-то добираться до Алматы. Но никакой активности с их стороны мы тоже не увидели. Сейчас наши прошения находятся в рассмотрении в акиматах Алматы и Алматинской области. Это долгая процедура. Этот проект должен быть признан социально значимым. Если депутаты маслихата поддержат, будет решение акима, тогда работать над этим проектом будет намного проще. Мы попробовали сами, у нас не получилось. Президент Казахстана в своем недавнем выступлении сказал, что государство – плохой менеджер и необходимо развивать частный бизнес. Я как частник принял решение развивать железно-дорожные пассажирские перевозки, не ждал решений маслихатов-акимов! Начал работать, а дальше что? А дальше нет мощи, не хватает помощи государства.

Vласть: Я так понимаю, вы не остановили работу направления, а просто приостановили его на время?

Ботабеков: Да, я бросил клич «Ау, откликнитесь! Помогите!», не только государству, но и предпринимателям. В Капшагае куча казино, где трудоустроены сотни людей. Они тратят бешеные деньги на транспорт, изначально они поддержали нас, сказали, что будут пользоваться нашим маршрутом. Мы пошли в акимат Капшагая, но в акимате это такая долгая процедура согласования проектов, к тому времени и сезон закончится. Сейчас мы ждем реакцию государственных органов.

Vласть: Давайте поговорим о сфере пассажирских перевозок в Казахстане в целом. Признаться, вы единственный частный перевозчик, о котором я слышала.

Ботабеков: Это неудивительно. В 2003 году вышло очень нужное постановление правительства о реструктуризации КТЖ, в части организации альтернативного перевозчика. Эта идея очень хорошая и полезная. В 2005 году я стал первым и самым крупным частным перевозчиком с собственным на 100% парком, даже «Пассажирские перевозки» не имеют на 100% собственный парк, они арендуют часть вагонов. Наряду со мной перевозками стали заниматься еще с десяток компаний, сейчас нас осталось всего 3 – 4 компании.

Монополист все забирает себе и борется с частниками. Почему-то монополист видит в нас врага, но мы не можем ему объяснить, что мы союзники. «Казахстан темир жолы» получает от нас пользу, но дочка КТЖ «Пассажирские перевозки» считает по-другому.

Они видят в нас конкурентов, и тянут все одеяло на себя. Это большая ошибка. Монополистам нужен холодный душ, чтобы они чувствовали конкуренцию. Частным перевозчикам нужен зеленый свет, а нас стараются уничтожить. Мне создают такие сложные ситуации, из которых нужно выходить, не нарушая закон. Я закаляюсь и говорю недоброжелателям «спасибо». Если бы в Казахстане было бы еще несколько частных перевозчиков, тогда бы и КТЖ, и «Пассажирским перевозкам» стало бы легче. Они бы развивали сферу скоростных поездов, улучшали бы работу и сервис своих направлений и оставили бы возможность частникам работать на других, менее привлекательных маршрутах. Хотя бы периферийные направления отдали бы частным перевозчикам. Тогда государству не пришлось бы тратить миллиарды денег на покупку вагонов, это бы сделали частные перевозчики.

Vласть: Насколько я знаю, у вас сейчас как раз и периферийные направления поездов и закрыт доступ к крупным маршрутам?

Ботабеков: У меня было несколько крупных маршрутов, в том числе и Алматы – Караганда. Я его взял, когда он был на 47% заполненным. За три года я его поднял до 100% и АО «Пассажирские перевозки» посредствам тендера оттеснили меня с маршрута. Потом я раскачал поезд Алматы – Астана, он тоже был заполненным на 50-60%. После того, как я поднял его до 100% и он стал доходным, «Пассажирские перевозки» снова потеснили меня на тендере. Тоже самое случилось и с шымкентским направлением поездом 11/12. Сейчас радует, что в законопроекте есть новые изменения. Если раньше нам давали маршрут на год, затем на три, то со следующего года маршрут будет закрепляться за перевозчиком на срок до 15 лет. Тогда можно будет и работать, и инвестировать в маршрут. Сейчас у меня всего два периферийных направления – Алматы – Алтынколь (Хоргос) и Защита – Зыряновск. У меня более 70 вагонов стоят без дела, и это когда в Казахстане хватает вагонов. Представляете? У меня отремонтированные, чистые, хорошие вагоны, потому что они частные. Мы ухаживаем за ними, пылинки сдуваем, обеспечиваем безопасность, а у монополиста картина другая… Силы не равные.

Vласть: Вы будете бороться дальше? Или все-таки решите распродавать свой парк?

Ботабеков: Я сейчас в убытках. Сейчас тяжелое время, люди остались без работы, а вагоны стоят не востребованными. Компания ждет осени, когда будет организован тендер по закреплению маршрутов, мы надеемся выиграть новые направления.

Фото из личного архива Романа Ботабекова и официального сайта перевозчика

Свежее из этой рубрики
Loading...