Ерлан Темержанов, обувной мастер: «Всему я научился в интернете»

Айсулу Тойшибекова, фотографии Жанары Каримовой 

Пять лет назад Ерлан Темержанов, технолог одежды,  решил сменить ткань на кожу, а швейные машинки на станки. Так был создан бренд кожаной обуви и аксессуаров KASSENGALY HANDMADE. Ерлан рассказал нам о своей работе и о том, что он думает о дорогой брендовой обуви. 

Ерлан Темержанов окончил академию моды Сымбат, получил высшее образование по технологии и конструированию швейных изделий. После этого работал конструктором и технологом одежды, трудился на дому — принимал индивидуальные заказы на одежду. Потом решил организовать свой цех по изготовлению обуви, сумок и аксессуаров. В будущем собирается шить верхнюю одежду из кожи.

О работе с кожей

Пять лет назад я продал швейные машины и купил станки для работы с кожей. У нас нет учреждений, где бы учили работать с кожей, и всему я научился в интернете. Закупал кожу, пытался даже самостоятельно ее выделывать. Со своим знакомым химиком варили кожу из сырой, засоленной шкуры, снятой с животного. Кожа получалась очень прочная, но не подходила для изделий, в ней было много жира, да и внешний вид не очень. Я понял, что нет смысла обрабатывать кожу в домашних условиях и начал приобретать сырье здесь, в Алматы.

Начал с того, что своим знакомым на заказ изготавливал сандалии. Я учился на летней обуви, она самая легкая в изготовлении. Тогда я делал без колодок, сразу садил на ногу клиента. Занимаясь этим, я столкнулся с индивидуальными особенностями стопы, стал понимать, как исправить обувь, чтобы человек чувствовал себя в ней комфортно. Сейчас колодки мы либо наращиваем, либо стачиваем индивидуально под ногу клиента.

Постепенно через сарафанное радио и социальные сети обо мне стали узнавать, появились хорошие заказы. Люди приходили и говорили: «Я хочу обувь и сумку к ней». Так как у меня есть образование и опыт в сфере пошива, то без проблем могу шить из кожи сумки, барсетки, клатчи, ремни, портмоне, визитницы. Все это я изготавливаю.

Финансовые проблемы, конечно, были. Стоял выбор куда направить финансы: на еду или на какие-то другие важные семейные расходы, либо вложить в мои творческие интересы. Я делал выбор не в пользу творчества, потому что отдать деньги в семью в тот момент было важнее, чем самореализоваться. Если нет заказов в мастерской, то значит, нет поступления денег в семью. На этот случай мы построили помещение в два этажа, разделили на 4 квартиры и сдали в аренду. Это наш актив. Постепенно, с увеличением заказов, помещение будет освобождаться под большое производство.

Кожа дорогая, чтобы выпустить хорошую коллекцию обуви и аксессуаров из 10-15 пар обуви и сумок, нужно потратить порядка 400-500 тысяч тенге. Это только материалы, свою работу над коллекцией я не считаю. Для того, чтобы выпустить пару сандалий, сумку и один ремень, нужно 70 дециметров кожи, ее измеряют именно в дециметрах. Кожа такими кусочками не продается, она продается от 100 дециметров и выше. Если в метрах, то это один и выше квадратного метра, хотя на сандалии уходит меньше четверти квадратного метра. Ради сандалий, на которые понадобится кожи на 7000 тенге, я покупаю шкуру за 25000 тенге, потому что она не режется и кусками не продается. В самом начале, когда я делал коллекции, часто встречались разные изделия из одинаковой кожи. Или, например, для портмоне за 18 тысяч тенге нужно немного кожи, размером 30 дециметров. Мне приходилось покупать полностью шкуру, потому что клиенту понравилась именно она. Кожу я покупал за 35-40 тысяч тенге. Получалось, что я как бы в минусе, но и материал остался. Из оставшегося материала я делал другие вещи, выставлял на продажу, но именно от них прибыли я не ощущал.

Я вижу, что дорогая обувь по заоблачным ценам в 200-300 тысяч тенге не стоит таких денег, честно, если отталкиваться от себестоимости. В цену брендовой обуви заложено имя. Не буду спорить, качество у них хорошее. Но я понимаю, если это будет из кожи Кинг-Конга или динозавра, ладно, я утрирую. Возьмем крокодиловую кожу. Это та шкура, из которой не сделаешь одну пару обуви, потому что рисунок на коже не повторяется. Я видел в алматинском магазине маленький кусочек метром в длину. Не представляю, что можно было из него сделать, настолько грубая выделка. А настоящая крокодиловая кожа брюшной части классная. Она очень дорого стоит— около 1000-1500 долларов за хорошую большую шкурку.

О моде и ярких цветах

За модой я особо не слежу, стараюсь показать качество, стараюсь создавать что-то новое, использовать новые ремешки, новые цвета. У меня часто получается угадывать какой цвет будет в тренде следующей весной. В начале зимы я сижу и думаю, что будет модно весной. Но черный и коричневый цвета всегда актуальны, поэтому при массовом выпуске обуви будут такие стандартные цвета, а в коллекции используем яркие.

Я не думаю, что желтая коллекция или коллекция из ярких цветов – это риск. Уже два с половиной года ношу свои сандалии, которые я сделал из красно-бордовой кожи. Поначалу люди смотрели косо, но потом привыкли. Я сам люблю яркие цвета, с удовольствием выпущу желтые сандалии, комплекты сандалий с барсетками.

Ко мне обращаются дизайнеры, сейчас приезжали девчонки, они готовятся к Pop Up Store. У них есть бренд – «Август пятое», шьют в основном аксессуары. Ко мне они обратились как к мастеру, чтобы я отшил им коллекцию.

Когда я рисую коллекцию, у меня на рисунке одно, а на деле выходит иначе, потому что в процессе изготовления добавляешь что-то свое, понимаешь, что будет лучше. В коллекции мы обычно представляем три размера: 36, 37, 38. В основном коллекции создаются не на продажу, а чтобы показать, что мы можем сделать. Процентов 80% коллекции обычно продается, остальное дарится.

О планах на будущее

Сейчас такая сумка (на фото) стоит около 20 тысяч тенге. За счет закупа сырья в другой стране я хочу уменьшить свои цены. Из поставщиков кожи я рассматриваю Турцию и Россию. В Китае планируем закупить оборудование, так как там оно самое доступное. Действующее сейчас оборудование останется, но нужно расширяться, так как мы планируем увеличить рабочие места, добавить 2-3 сотрудников. Сейчас в мастерской работают три человека: я и два ученика. Я пригласил работать своих знакомых. Много людей просилось в ученики, я говорил, что это ремесло требует долгого изучения или таланта. Кожа не терпит ошибок, один раз прошил неправильно на машинке кусок лицевой части сумки, распорешь, а дырочки останутся.

Многие профессионалы-обувщики сидят в обувном ремонте, среди них есть инвалиды. Не знаю, сколько они там зарабатывают, но я собираюсь пару человек пригласить к себе. Я не хочу устроить их из жалости. Люди с ограниченными возможностями более усидчивы, более профессиональны, с ними легче работать. Хочу создать им условия и поставить зарплату как у всех, ни в чем не ущемляя.

Сейчас накладно арендовать площадь в ТРЦ, туда пробиться сложно и дорого. Но в будущем мы обязательно откроем торговую точку.Я не ощущаю себя бизнесменом. Из мастера по обуви и аксессуарам я превращаюсь в дизайнера. Мне хочется показать, что у нас в Казахстане могут делать такую классную обувь, чтобы люди ее носили. Сложился ведь такой стереотип, что если казахстанское, то обычно не очень, так себе. Посмотрим.

Кассенгали — это мое отчество и фамилия моих детей. Если бы я не был уверен в своем бренде, я бы не назвал его именем своего отца или фамилией моих детей. Этим я показываю серьезное отношение к своей работе.

О клиентах

Мои клиенты разные. Либо молодые девушки, которые хотят что-то новое, либо женщины старше 40 лет, которые заказывают удобную обувь под себя, или просто модники. Однажды обратился чемпион мира по бильярду 2010 года, я изготовил ему двойной тубус для киев. Недавно отправил еще один тубус в Шымкент. Любят они именные надписи, я им подписал на всю длину. Много клиентов из других городов. Большая часть заказов по регионам идет с Астаны.

Я не люблю подводить людей, если я не выполнил заказ в срок, мне плохо становится. Я отношусь к заказчикам так, как хотел, чтобы относились ко мне, поэтому я не берусь за заказ, если не уверен в том, что я успею. Мне часто говорят, что изделие превзошло ожидания. Может, это потому что они ожидали худшего, а получилось действительно хорошо. В процессе общения с клиентом я стараюсь понять вкус человека, и всегда попадаю в точку.

О главном в работе

Когда человек создает что-то для других, он должен подходить к этому с любовью. Когда делаю ремень для кого-то, то постоянно думаю о нем и это не специально. В итоге ему нравится моя работа, клиент словно чувствует, что сделано с любовью. Я с клиентом не как мастер-конструктор, который снял размеры, записал и «до свидания». При встрече я ему совсем другие вопросы задаю, пытаюсь понять его характер. Наверное, я делаю это для того, чтобы он мне понравился (смеется). Как только человек мне начинает нравиться, получаются классные изделия. Не было еще клиента, который бы мне не нравился. Но если во время работы что-то не получается, я про себя думаю, что человек, наверное, вредный.

Главное – любить свое дело, любить не из-за денег. Я мог бы работать менеджером по продажам, телохранителем или на более оплачиваемой работе, но я занимаюсь тем, что я люблю.

Свежее из этой рубрики
Loading...