• 4106
В Газе разворачивается настоящая гуманитарная катастрофа

Юлия Амалия Хейер, город Газа.

Нападение Израиля на сектор Газа повлекло за собой кровавую войну. Ужасающие фотографии погибших и раненых палестинцев разошлись по всему миру. Но похоже, что до прекращения огня еще далеко.


Ахмед голоден. Его глаза закрыты. Он сжимает грудь своей матери и пьет молоко. Не замечая, что происходит вокруг. Он просто не обращает внимания на трескотню вентилятора на потолке, качающегося из стороны в сторону. Он не замечает глухих ударов, от которых трясутся стены, и беспокойно съеживается его мать Марват аль-Асасма. Иногда он вздрагивает и сжимает свои ручки в кулачки.

Сын 18-летней Асасмы весит чуть больше трех килограммов. Он здоров и продолжает набирать вес. Она говорит об этом так, как будто сама не верит свои словам. Ахмеду больше двух недель от роду. Он родился ночью, когда израильтяне отправили свои первые танки к границе Газы.

Ахмед — сын войны и одна из ее жертв. Спустя десять дней после своего рождения он потерял отца, дедушку с бабушкой и свой дом. Его мать не знает, что осталось от родительского дома. Она помнит только пыль и дым. И пытается забыть все, что тогда произошло.

Вместе со своими братьями и сестрами она жила в Шейяйе — районе к востоку от города Газа. Теперь там никто не живет. Город Шейяйя — с его разрушенными кварталами — теперь лежит в руинах. Посчитав Шейяйю опорным пунктом Хамаса и центром сопротивления, израильская армия отправила туда танки и боевые подразделения. По крайней мере 100 палестинцев было убито здесь в позапрошлое воскресенье. Хотя точные потери неизвестны. Представители Красного Креста считают, что погибших было намного больше. Тех, кто сгорел заживо, был раздавлен или погребен под завалами разрушенных зданий, которые дымились на протяжении нескольких дней. Из-за продолжающихся боев трудно извлекать тела из под завалов.

Для людей, живущих в Газе, Шейяйя стала символом жестокости и зверства этой войны. От которой они не могут убежать. Теперь в отрезанной от мира Газе негде укрыться и спрятаться. Здесь не осталось безопасного места. И безумие смерти и страдания ощутимо везде.

В тележке через завалы

Перед тем как Шейяйя попала под израильский обстрел, тысячи людей — проживающих вблизи границы — покинули эти места в поисках убежища от приближающихся танков. Сейчас люди, вынужденные покинуть свой дом, ушли еще дальше от границы в город Газа. Город высоких зданий и узких улиц. По информации Организации Объединенных Наций на сегодняшний день численность людей в городе увеличилась почти вдвое — с 600 000 до 1 000 0000 человек. По подсчетам 100 000 лишились своего дома. Кто-то временно. Кто-то в поисках лучшего пристанища. Теперь они живут возле входов в здания, на парковках и в школах. И даже здесь для них небезопасно, о чем свидетельствует гибель семьи Килани — немецких граждан палестинского происхождения. Внимая предупреждениям израильтян, семья переехала с севера и поселилась в квартире в городе Газа. Через совсем короткое время ракета, выпущенная израильской армией, разрушила здание.

В воскресенье, когда бомбы ударили по соседнему зданию и по ее дому, Марват аль-Асасма была еще слаба после родов. И ей тяжело было идти. Ее сестра Нура аккуратно положила Ахмеда в рюкзак, посадила Марват и свою дочь в тележку. И два километра везла их через завалы разрушенных зданий к церкви.

Здесь теперь и сидят две сестры — на каменном полу комнаты без окон площадью 30 квадратных метров, которую они делят с еще 20 женщинами и их детьми. Матрасов на всех не хватает. Поэтому самые маленькие спят в картонных коробках. Когда бомба попала в кладбище по соседству, сестры подумали уйти отсюда. «Но куда?» — спрашивает себя аль-Асасма.

«Нигде не безопасно».

Маленький мальчик сосет пальцы на ногах, издавая звуки похожие на артиллерийский огонь. Нура аль-Асама даже боится выходить со своей пятилетней дочерью во двор в туалет. Боится, что их просто убьют по дороге.

Женщины из Шейяйи, покинувшие свои дома и пришедшие в церковь с детьми, хотят, чтобы огонь наконец прекратился. Обе стороны должны прекратитьубивать.

«Мы — не промежуточная территория. Мы — люди», — говорит Нура. Ей ничего не остается, кроме как презирать Хамас.

«Если Исмаил Хания и Халед Машаль жили бы как мы, они бы дважды подумали прежде чем продолжать эту войну», — добавляет она. А вместо этого бывший премьер-министр Палестинской автономии и лидер Хамаса Машаль преспокойно живут в изгнании в благополучном Катаре.

«Готовы к длительной военной кампании»

Всего несколько недель назад две сестры еще с оптимизмом смотрели в будущее. Они надеялись, что единое правительство, недавно сформированное ФАТХ и Хамасом, улучшит ситуацию в секторе Газа. Но этого не произошло. Сестры считают, что Израиль начал войну для того, чтобы помешать палестинцам жить в приемлемых условиях.

Список погибших растет с обеих сторон. Согласно сообщениям СМИ во вторник с израильской стороны погибли 53 солдата и 3 гражданских.

Среди палестинцевубитых насчитывается более 1 100 человек. Большинство — мирные жители. Погибли десятки детей. И нет признаков того, что насилие прекратится в ближайшее время. Несмотря на международные усилия по прекращению огня хотя бы на время, в понедельник вечером израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху в телевизионном обращении заявил, что наступательная операция будет продолжаться, пока не будут нейтрализованы туннели, которые палестинцы используют для того, чтобы прятаться и пускать ракеты по израильской территории.

«Мы должны быть готовы к длительной военной кампании», — сказал он.

За те три недели, в течение которых идет война, женщины уже хорошо усвоили, что есть разные виды угроз. Они могут распознавать оглушающий звук истребителей F-16 и отличать громкий звук детонации бомб, сброшенных с воздуха, от глухого звука танковой артиллерии. Корабли, находящиеся около побережья, всегда выпускают по три снаряда за раз, отзываясь призрачным эхом. Когда в Газе тихо, дроны летают в раскаленном воздухе, жужжа подобно назойливым насекомым. Но тихо бывает редко. И любой договор о прекращении огня почти тут же нарушается.

Несколько дней госсекретарь США Джон Керри и генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун безуспешно пытались положить конец войне. Их цель — прекращение огня в гуманитарные целях на несколько дней с целью проведения переговоров и предоставления гарантий окончания насилия в долгосрочной перспективе. Согласно своему плану они призывают Хамас остановить нападение на израильскую территорию. А Израиль в свою очередь должен отозвать армию. Также Египет должен открыть контроль-пропускной пункт Рафах, чтобы люди и товары снова могли пересекать ее.

Но в пятницу вечером израильское правительство отвергло предложение о длительном перемирии. Большинство членов израильского правительства призывали к продолжению или даже усилению атак на сектор Газа. И даже конференция по Ближнему Востоку, проходившая на высоком уровне в Париже — на который побывал Керри — не особо помогла продвинуться в решении вопроса.

Сильная поддержка

Кажется, что обе стороны конфликта заинтересованы в продолжении военных действий. Хамас делает ставку на сопротивление — каждый погибший ребенок повышает цену переговоров. Каждый день, когда отменяются рейсы в аэропорту Бен-Гурион или темп жизни в Тель-Авиве замедляется, становится маленькой победой для военной организации. Израиль зашел так далеко со своей наземной операцией, что даже члены правительства с умеренными взглядами — как например министр юстиции Ципи Ливни — теперь хотят увидеть ее продолжение, пока Хамас не будет сломлен. И хотя страна не несла таких людских потерь со времен войны с Ливаном в 2006, последние опросы населения показали высокий уровень поддержки кампании, проводимой в секторе Газа.

Последнее идет в разрез с мнением всего западного мира, где в социальных сетях люди выражают негодование по поводу смертей невиновных и особенно детей. Война превратилась в конкурс фотографий. И в отличие от военной операции — здесь, как это не трагично, выигрывают палестинцы. Как бы правительственные чиновники во всем мире не поддерживали право Израиля защищать себя, общественное мнение на стороне палестинцев. Twitter и Facebookзаполнены ужасающими фотографиями мертвых детей. А по хэштегу #GazaUnderAttack можно найти свидетельства очевидцев из района боев. Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху прав, когда говорит о телегеничности гибели палестинцев. Он знает, что Израиль не победит в этом конкурсе фотографий.

Многие в США и Европе видят такую «неприкрытую» реальность в Газе в первый раз. В своих репортажах газеты стараются не показывать самые жестокие сцены. Но фото и видео, выкладываемые жителями самой Газы не фильтруются, и зачастую их авторами являются сами жертвы.

Есть одно видео, снятое на сотовый телефон, которое на YouTube посмотрели уже 2 000 000 раз. На нем запечатлен молодой человек в зеленой футболке, который ищет членов своей семьи среди завалов в Шейяйе. А затем его расстреливают израильские снайперы.

Боль потери ребенка одинакова что в Тель-Авиве, что в Бейт-Хануне.

Но стороны несут неравные потери в этой войне. И это касается не только количества погибших. В отличие от Израиля, где люди могут ходить на работу и даже на пляж, несмотря на предупреждение о запуске ракет, в Газе больше нет нормальной жизни. Там люди, незащищенные и находящиеся во власти насилия, страдают больше всего. Улицы пусты, а вся жизнь сосредоточена в небольших пространствах, являющихся лишь иллюзией безопасности— больницах, школах и международных учреждениях. В прошлый четверг, когда израильская ракета ударила по школе ООН, используемой в качестве прибежища для нескольких семей, погибло 16 человек и более 200 было ранено.

Во вторник Израиль нанес воздушные удары по единственной электростанции сектора Газа.

«Абсолютно неприемлемо»

«То, что происходит здесь, абсолютно неприемлемо», — говорит канадка Перниль Айронсайд, глава ЮНИСЕФ в Газе. По ее словам Израиль разрушает гражданскую инфраструктуру, а не только туннели и склады оружия. Она проводит рукой по волосам, сидя перед напольной вешалкой, заполненной бронежилетами с голубым знаком ООН. Раньше она работала в восточном Конго и Йемене, но, по ее словам, в Газе еще хуже. По подсчетам Айронсайд война напрямую повлияла на 12 000 детей, и многим из них была нанесена серьезная травма. Она поддерживает Совет ООН по правам человека и его усилия по созданию комиссии в целях расследования возможных военных преступлений Израиля в секторе Газа.

На прошлой неделе армия даже распространила предупреждение о планируемом авиаударе по больнице Аль-Шифа. Израиль оправдывает атаки на больницы и школы, заявляя, что Хамас использует их для хранения оружия. Более того, в течение нескольких лет ходили необоснованные слухи о том, что у Хамаса есть секретный командный центр под больницей Аль-Шифа. Хотя доказательств этому до сих пор нет. Однако правда состоит в том, что экстремисты из Газы пускают ракеты из жилых районов. И том, что большинство туннелей, построенных ими для нападения на Израиль, начинаются в частных домах. Это подтолкнуло Нетаньяху обвинить Хамас в использовании мирных жителей в качестве живых щитов. И он также утверждает, что исламисты совершают преступления, потому что международное право запрещает подобную тактику. Как кстати и запрещает открывать огонь по гражданским объектам, даже если есть основания полагать, что там прячется враг.

«Нельзя наносить бомбовые удары по больницам», — говорит 67-летний Мэдс Гилберт, профессор неотложной медицинской помощи, стоя с своем бирюзовом медицинском халате возле въезда в больницу Аль-Шифа. Его голос прорезается сквозь шум сирен, объявлений и криков раненых. Запах дезинфицирующих средств перебивается запахом тел сотен пациентов. Здесь жарко и неприятно пахнет. И не хватает воды, чтобы помыться. Гилберт работает в отделении неотложной помощи больницы Аль-Шифа — иногда по 36 часов подряд — с того момента, как три недели назад приехал в сектор Газа из норвежского Тромсё.

Все в Газе становятся живым щитом волей-неволей, объясняет Гилберт. Хамасу даже не нужно ничего планировать. Здесь просто слишком много людей на слишком маленьком участке территории. И по мнению Гилберта, именно по этой причине больницы не должны быть мишенью, потому что израильская армия прекрасно знает, что именно в таких местах мирное население ищет убежище.

Гилберт также работал в Газе во время последних двух войн — в 2012 и зимой 2008-2009. Но он полагает, что ситуация никогда не была такой катастрофической как сейчас. На этот раз, по его словам, многие из тяжело раненых — это дети. После атаки на Шейяйю машины скорой помощи были просто забиты и привозили много погибших и раненых в больницу. «Мы вытаскивали их и клали на землю. Везде, где было возможно».

Медленное вымирание

В больнице Аль-Шифа просто не осталось свободного места. Везде — в палатах, во дворе, на парковке — потерявшие свой дом семьи разложили картонные коробки и пледы.

«Куда нам еще идти?» — спрашивает женщина, назвавшая себя Ум Абулата (или мать Абулата). Он тоже ушла из Шейяйи. Сначала в дом своего дедушки, а затем — когда тот был разрушен в результате взрыва бомбы — к своей тете. Переехав три раза с места на место за последние четыре дня, теперь она живет на куске матраса под лестницей в больнице. И она надеется, что хотя бы здесь будет в безопасности.

Кроме надежды на быстрое окончание войны и насилия у Ум Булаты есть еще одно желание — в один прекрасный день она снова будет жить в доме, где есть вода, и не нужно будет мыться в море каждое утро. Это может занять время. 70% жителей Газы лишились источника питьевой воды после того, как бомбовыми ударами были разрушено основные каналы водоснабжения.

Работа Махира Салима чинить их. Но по словам этого инженера, одетого в белую рубашку и оранжевый флюоресцентным жилет, был нанесен сильный ущерб. 48-летний специалист, окончивший университет в немецком городе Ганновер, отвечает за поставку воды для города Газа. Сейчас он сидит в своем офисе перед полками с мотками желтой веревки. Но скоро ему нужно будет идти работать.

«Если быть честным, мы не знаем, что еще можно сделать», — говорит он. Четыре из шести колодцев, из которых поступает питьевая вода в Газу, больше недоступны. Потому что они находятся на спорной территории пограничной зоны. Трое из людей Салима умерли на дежурстве во время израильской атаки.

Салим думает, что армия видимо приняла трубы, которые люди пытались заменить, за ракеты. Салим аккуратен в высказываниях и открыто не критикует: «Почему они разрушают все так, чтобы мы больше не могли жить здесь?».

В Газе и так не было рая до этого. А теперь здесь просто ад. «Мы не их враги. Но мы здесь как в ловушке».

Даже до нападения на электростанцию в Газе во вторник, днем электричество включали не больше трех раз. Но станции по переработке сточных вод не могут работать без электричества.

«Израильтяне говорят, что охотятся на террористов. Если это действительно так, почему больше всего достается мирному населению», — задается вопросом Салим. Каждая новая война ужаснее, чем предыдущая. В прошлом году ООН предупреждала: все идет к тому, что Газа станет необитаемой.

Салим боится, что люди в Газе скоро будут драться за воду.

«Просто представьте, что ребенок пережил войну, а затем умирает от диареи, потому что просто больше не осталось чистой питьевой воды».

И добавляет, когда закончится война, начнется медленное вымирание.

Перевод с немецкого: Кристофер Султан

Der Spiegel

Перевод для Vласти — Нина Кузнецова.

Свежее из этой рубрики
Loading...