Спасти, но не помочь?  Помочь, но не спасти?
Недавно мне сказали, что благотворительность – это женское. И все во мне этому воспротивилось. Потому что женское – непроявленное, неизмеримое, тонкое, оберегающее. Это когда невозможно пройти мимо, когда отдаешь бутерброд бродяге, не думая; когда выгребаешь всю мелочь старушке с букетиком без промедления. И не рассказываешь об этом за вечерним чаем даже самым близким.

 

 

Дина Саблина, психолог, журналист, специально для Vласти

 

Недавно мне сказали, что благотворительность – это женское. И все во мне этому воспротивилось. Потому что женское – непроявленное, неизмеримое, тонкое, оберегающее. Это когда невозможно пройти мимо, когда отдаешь бутерброд бродяге, не думая; когда выгребаешь всю мелочь старушке с букетиком без промедления. И не рассказываешь об этом за вечерним чаем даже самым близким.

 

Как же благотворительность, в современном ее виде, может быть чем-то женским? Когда нынче спасают не из чувства попранной несправедливости, не от зуда сделать правое дело, а от животного импульса: оберечь, сохранить, помочь. Впрочем, два первых варианта тоже очень хороши. Но они слишком яркие и проявленные, а значит – мужские. Но самое гадкое – не в мотивах.

 

Как часто в новостных лентах социальных сетей добрые люди публикуют чьи-то чужие заметки про мальчиков и девочек, котиков и птенцов, бабушек и трудных подростков. И пишут в завышенном регистре: спасите, не пройдите, опубликуйте, донесите.

 

То ли от калейдоскопа таких картинок, то ли от того, что обычно называют человеческим и нечуждым, растет раздражение.  Потому что чувствуешь себя порой как тот витязь у камня: направо пойдешь – коня потеряешь, налево пойдешь – жизни лишишься, прямо пойдешь - не сносить тебе головы. Так и с этими объявлениями. Быстро пролистать, не рассматривая жалостных картинок – жестоко. Вдруг можно что-то сделать, как-то улучшить ситуацию? Продлить цепочку тиражирования сердобольного объявления – стать активным рассыльным воздуха вроде «писем счастья». И действовать   - неловко, и в недеянии нет успокоения.

 

А какие мотивы у тех, кто такие объявления пачками перепечатывает? Эти многие действительно считают, что таким образом спасают мир? Делают его чуть лучше и добрее? Или это такая отработка кармы в ускоренном варианте: мимо не прошел, хоть и сижу сейчас в удобном кресле с чаем, а кому-то щелчком мыши помог. Ну, во всяком случае, не навредил.

 

Я не знаю рецепта всеобщего счастья, мне не встречался ни цветик-семицветик, ни волшебник Изумрудного Города, ни Золотая рыбка, так что возможности спасти человечество мне не представлялось. Впрочем, даже в сказках, сначала волшебство работает на эгоистичные устремления каждого отдельно, и только в конкурсах красоты паролем звучит «мир во всем мире».

 

Я не против помощи, но вот нужно ли спасать? Вы уверены, что нужно? Это не просто попытка почувствовать себя немного Бэтмэном, немного – Суперменом? Реальное желание облегчить жизнь ближнему? Сразу многим? А свою жизнь? Уже наладили? Уже превратили свой клочок земли в сад, чтобы вся земля стала одном большим цветущим Эдемом?

 

Я не против использования для помощи любых ресурсов, в том числе, и социальные сети. Но вы уверены, что вами движет желание помочь, а не откупиться от экзистенциального страха? И речь даже не о том, как часто за такими объявлениями скрываются мошенники. А в том, что такое обилие спасаемых нивелирует сам акт помощи. Такая настойчивость, такой громкий призыв вызывает отторжение. Вот тут и появляется желание: уйти, отвернуться, пройти мимо, скорее прокрутить, а то и вовсе особенно ретивых спасителей всего и вся выкинуть из своей ленты.

 

А ведь благотворительность – это женское. Непроявленное, тонкое, оберегающее… Ей должно находится место именно там, где иначе просто нельзя. 

Свежее из этой рубрики
Loading...