Отец Софроний: «Я уехал, когда мне сказали, что о моих детях и стариках позаботятся лучше, чем я»

Тогжан Калиаскарова, Vласть

Фото Данияра Мусирова

Репортеры Vласти встретились с игуменом Софронием - бывшим настоятелем храма Сергия Радонежского и создателем Обители милосердия в Алматы. B интервью Vласти он рассказал, почему он решил переехать в Россию, поддерживает ли связь со своим приютом, а также ответил на главный вопрос – не обижен ли он на Казахстан.


В 2013 году об игумене Софроние узнал весь Казахстан. Его обвинили в нарушении миграционного законодательства Республики, планировали депортировать в Россию, лишили опекунства над его воспитанниками, обвиняли в жестоком обращении с детьми. Отец Софроний прожил в Казахстане более 20 лет, последние годы, по его словам, выдались «невозможными для жизни». Игумен решил добровольно переехать в Россию, в город Березники. Именно туда мы отправились для того, чтобы узнать, не мешает ли священнику его скандальное прошлое и как он живет в родной и одновременно «чужой» для него стране.


«Предателем никогда не был и не буду»

Vласть: Спасибо вам за приглашение. Перед началом нашего интервью, мы хотим вручить вам вашу награду, которую вы получили в 2013 году в рамках премии «Люди года».

Отец Софроний: Я очень счастлив видеть вас здесь, большое спасибо за эту награду. Мне приятно, что казахстанцы меня помнят.

Vласть: С момента вашего переезда в Россию прошло полтора года. Насколько нам известно, вы сами решили переехать в Россию. Вы разочаровались в Казахстане и не захотели оставаться?

Отец Софроний: Как сын может покинуть свою мать? Как сын может в ней разочароваться? С каким сердцем и настроением он это может сделать? Вот вам и ответ на ваш вопрос. Я не буду говорить о той боли, которую пережил. Не хочу вспоминать это все. Тем более вся сложившаяся ситуация была настолько бредовая и носила коммерческие наживы. Два-три человека, которые добились своей цели не имеют в этой жизни ничего святого. Поехать на службу в Россию – был мой личный выбор. В Казахстане, мне открыто сказали, что отстраняют от приюта и переводят в Акмолинскую область. Когда начались гонения, я сказал владыке Александру (глава Митрополичьего округа РПЦ Казахстана, митрополит Астанайский и Казахстанский - V), что я никогда не откажусь от своих детей и стариков. Предателем никогда не был и не буду никогда. Мне вначале предлагали уйти по собственному желанию, но я попросил меня перевести на службу в другой храм, а оттуда я планировать уйти сам. На тот момент, мне уже самому хотелось уехать, потому что начались такие гонения, меня никто не мог защитить, никто не мог защитить моих детей и стариков. Началась такая травля… И полиция приезжала и миграционная служба. Я постоянно находился под страхом смерти. Когда мне сказали, чтобы я не беспокоился за детей и стариков, что кто-то другой сможет позаботиться о них лучше, чем я, тогда я и решил уехать. Меня приглашали в разные города и страны, даже в Германию. Они хотели, чтобы я строил приюты там, по той системе, которую разрабатывал в Казахстане.

Vласть: Почему же ваш выбор пал на маленький город под Пермью?

Отец Софроний: Еще в Казахстане я познакомился с владыкой Мефодием (С 2003 по 2010 год он служил митрополитом Астанайским и Алма-Атинским. С 2010 года является митрополитом Пермским и Кунгурским - V). Он всегда меня поддерживал и помогал. После всего случившегося, владыка пригласил меня на службу в Пермь. Я был в ужасном состоянии, мне нужно было отвлечься, ведь я пережил потерю своих детей, своей страны, которая была для меня родной. Я проработал в Перми полгода, и владыка попросил меня поехать в город Березники. Обстановка в Березниках очень сложная. Передо мной поставили задачу, провести здесь большую работу.

«Обитель Милосердия в Алматы помог построить мусульманин»

Vласть: Кстати, о детях. Вы поддерживаете связь с приютом в Алматы?

Отец Софроний: Я общаюсь со своими детьми из приюта. Стараюсь им помогать. Я их не забывал и не забуду. Сам приют, с его новым руководством меня не интересует. Я ничего не смогу там изменить. За приют сейчас ответственны другие люди. Пускай за них отвечает их совесть. Когда из дома уходит отец и мать, дом пустеет. Я не хочу сейчас говорить, каким я был хорошим, но я знаю, что для жителей обители милосердия я был близким человеком. Да, я был строг, но они понимали, что эта строгость во благо. Меня воспитали так, в каждом пожилом человеке я видел своих родителей, а в каждом ребенке – собственных детей. Своим детям в обители милосердия я старался дать именно такое воспитание: уважать пожилых людей и быть братом и сестрой друг для друга. В Алматы мы смогли построить уникальный приют, где дети и пожилые люди жили рядом, они жили большой семьей. Я ничего не сделал для приюта. Это сделал народ, это делал казахстанский народ. Среди них было много мусульман. В приюте никогда не делили на христиан и мусульман. Я вам честно скажу, приют в Алматы на 70% помог построить один мусульманин, казах, я очень ценю этого человека. А вы знаете, как меня поддерживал мусульманский мир? Вот он, Казахстан, когда все представители религиозного мира поддерживают друг друга в трудные времена. Нет плохих стран, есть плохие люди. Сейчас, к сожалению, от обители милосердия ничего не осталось, одно название… Вот увидите, через несколько лет на месте приюта построят что-нибудь другое.

Vласть: Давайте поговорим о новом приюте. Вчера Дмитрий, ваш помощник, показал нам здание приюта. Судя по всему, у вас грандиозные планы.

Отец Софроний: Когда я знакомился с Березниковским округом, совершенно случайно оказался в одной деревне, хотя я не должен был вообще находиться в том районе. Тогда на берегу Камы я заметил это здание. Собрав информацию о нем, я сразу понял, это здание – место для нового обители милосердия. Администрация края согласилась передать здание бывшей коррекционной школы под строительство приюта. Мы начали строительство с надеждой на дальнейшую помощь, но в России никто не помогает! Это не Казахстан. Не тот народ. Я сам хожу по организациям, пишу письма, прошу о помощи. Тут церквям и храмам не помогают, не говоря уже о детях-сиротах. Я вам больше скажу, мы даже строителей пригласили из Казахстана. Сейчас мы ищем деньги на билеты. В России строители запрашивают такие деньги! Самое страшное - им все равно, для кого они строят приют. В Казахстане все было иначе. Строители гордились тем, что они строят приют для детей и стариков. Православным людям нужно поучиться у казахского народа – мягкости и честности.

Vласть: От сотрудников храма мы слышали, что помимо старого здания коррекционной школы, вам удалось получить большой участок земли. Все удивлялись, что эту землю никто не мог получить, а у вас это получилось сделать за пару месяцев, это правда? Как вам это удалось?

Отец Софроний: Да, администрация города выделила для нашего храма и приюта большую территорию земли, бывший коровник. Там несколько десятков гектаров. Здесь, в Березниках мне приходится быть немного политиком, вести серьезные беседы на уровне государства. Хотя, признаюсь, это не мое. На выделенной земле мы планируем вести хозяйство и обеспечивать приют своими овощами и фруктами. Территория земли позволяет нам построить целый городок на 300 – 400 человек! Сколько людей, у которых нет крова, работы… мы могли бы предоставить это людям. У нас очень хорошие отношения с государством, но мы понимаем, что у него нет возможности сейчас нам помогать строить приют. Они предоставили нам базу, дальше мы сами, своими силами…

Vласть: Заметно, что у вас здесь кипит жизнь, столько работы, проектов. Люди в Березниках вас полюбили. Вам совсем не мешает ваше скандальное прошлое?

Отец Софроний: Нет, мне нет разницы, в какой стране служить. Я служу людям, а они видят все, их не обманешь. Мне жаль людей, у которых нет в душе милосердия, тех, которые говорили мне вслед, что я больной человек, что я наживаюсь на стариках и детях. Очень тяжело изменить их мнение, хотя я и не пытаюсь. Бог им судья.

Еще по теме:
Свежее из этой рубрики
Loading...