Пойдет ли Британия по пути Норвегии в отношениях с Евросоюзом?
  • 1659
Фейковый Брексит или никакого Брексита
Фото Жанары Каримовой

Анатоль Калетски, главный экономист и сопредседатель Gavekal Dragonomics, автор книги Капитализм 4.0, Рождение новой экономики

После прошлогоднего референдума о Брексите Великобритания стала похожа на самоубийцу, который прыгнул со 100-этажного здания и, пролетая 50-й этаж, кричит «пока что всё хорошо». Но такое сравнение не подходит для самоубийств. Реальная экономическая и политическая ситуация сегодня иная: «пока что всё ужасно».

«Соглашение» о начале переговоров по поводу отношений после Брексита, о котором было объявлено на саммите ЕС 15 декабря, было достигнуто после капитуляции премьер-министра Терезы Мэй по всем пунктам требований, выдвинутых европейскими лидерами: 50 млрд евро ($59 млрд) бюджетных взносов; юрисдикция Европейского суда в сфере прав граждан ЕС в Британии; постоянно открытая граница с Ирландией.

Последняя уступка радикально изменила ситуацию. Открытая граница с Ирландией вынудила Мэй отказаться от своего обещания «забрать обратно контроль» у ЕС и его регуляторов, что подтверждается текстом коммюнике саммита: «В случае отсутствия согласованных решений Великобритания обязуется соблюдать те правила Внутреннего Рынка и Таможенного Союза, которые – сейчас или в будущем – будут поддерживать сотрудничество Севера и Юга».

Результат этой критически важной уступки по Ирландии в следующем: теперь оба сценария, которые обычно предлагаются для будущих отношений Британии и ЕС, можно смело выкинуть. Поскольку парламентское большинство, позволяющее отменить данное соглашение, отсутствует, «жёсткий Брексит», в соответствии с которым Британия полностью отказывается от регулирования ЕС и ведёт с ЕС торговлю просто на основе правил Всемирной торговой организации, стал невозможен. А «мягкий Брексит», который предполагает сохранение коммерческих выгод членства в ЕС без политических обязательств, тоже невозможен, потому что европейские лидеры отвергают такой подход в духе «отбора ягодок», а у них сейчас преимущество перед Британией.

Но если и жёсткий, и мягкий Брексит исключены, какие ещё могут быть варианты? Очевиден вариант, возникший после провала Мэй на затеянных ею выборах: некая форма ассоциированного членства в ЕС по аналогии с Норвегией. Британия сохранит многие из нынешних привилегий в обмен на подчинение правилам и регулированию ЕС, включая свободное передвижение рабочей силы, взносы в бюджет ЕС, согласие на юрисдикцию законов ЕС. Мэй глупо отвергла все три данных условия в начале этого года, но вероятным итогом переговоров о Брексите станет исчезновение всех проведённых ею «красных черт».

Бизнес, инвесторы и экономисты приветствовали бы такой «фейковый Брексит» в норвежском стиле, однако у него есть огромная политическая цена. Британии придётся подчиняться законам, регулированию и судебным решениям Евросоюза, в котором у неё больше не будет никаких прав голоса. Вместо автора правил Великобритания превратится в пассивного «исполнителя правил», или, выражаясь тем эмоциональным языком, который взяли на вооружение сторонники жёсткого Брексита, Британия будет низведена с позиций имперской державы до уровня «вассального государства» или «колонии» ЕС.

Статус пассивного «исполнителя правил» – это именно то, что Великобритания уже и так попросила для себя на двухлетний «переходный период», который должен начаться в апреле 2019 года. Мэй уверяет, что такое положение будет «крайне ограничено по времени», но оно необходимо, пока она ведёт переговоры по поводу соглашения о свободной торговле с ЕС. Между тем, Евросоюз неоднократно давал понять, что два года – это слишком короткий срок для переговоров даже о каком-нибудь простом соглашении о свободной торговле, а уже тем более о том «креативном, индивидуальном» соглашении, к которому стремится Мэй.

Честно говоря, практически нет никаких шансов, что Британия когда-нибудь договориться о «глубоком и особом партнёрстве», обещанном Мэй. Просто-напросто невозможно, чтобы европейские лидеры предоставили британской отрасли услуг доступ к общему рынку ЕС, отказавшись предъявлять такие же юридические и бюджетные требования, которые приняты Норвегией и Швейцарией.

Но что же тогда произойдёт в конце переходного периода в апреле 2021 года? Единственный убедительный ответ – переходный периода продолжится, ну, хотя бы для того, чтобы избежать экономически разрушительного разрыва торговых отношений прямо накануне всеобщих выборов в Британии, которые должны состояться в 2022 году. Но если предположить, что переходный период растянется после 2021 года до, скажем, 2023 года, не станет ли возможным в дальнейшем его новое продление с перспективой превращения сложившегося временного положения в практически постоянное? Отношения Норвегии с ЕС в рамках Европейской экономической зоны тоже задумывались как краткий переходный период, но они сохраняются уже 24 года.

Это сценарий как в песне «Отель Калифорния» (вы можете выписаться из него в любое время, но не сможете из него уехать никогда), в конечном итоге, вызовет недовольство как сторонников Брексита, так и сторонников сохранения членства в ЕС. Но тогда какие есть другие варианты?

Поскольку жёсткий Брексит экономически неприемлем для британского бизнеса и парламента, мягкий Брексит политически неприемлем для лидеров ЕС, а фейковый Брексит неприемлем практически для всех, у нас остаётся лишь одна альтернатива: никакого Брексита.

Отказ от Брексита ещё вполне возможен: Британия может отозвать свой заявление о выходе из ЕС в соответствии со статьёй 50 Договора о Европейском союзе. Такое решение должно быть принято парламентом до установленного срока выхода из ЕС 29 марта 2019 года, и оно, скорее всего, должно быть ратифицировано на новом референдуме.

Необходимым условием для наступления такой последовательности событий является падение кабинета Мэй. Оно может быть вызвано бунтом сторонников жёсткого Брексита против условий «вассального государства», навязанных ЕС на переходный период. В этой ситуации всеобщие выборы почти неизбежно приведут к появлению коалиции во главе с лейбористами, которая пообещает «ещё раз подумать» о Брексите. Это тот самый сценарий, который озвучил в ноябре один из немногих оставшихся верных сторонников Мэй, министр здравоохранения Джереми Хант. Он стал первым высокопоставленным тори, публично признавшим, что Брексита может вообще не быть, если отчаянные евроскептики вдруг восстанут против Мэй.

Пока что угроз появления лейбористского правительства оказывается достаточно, чтобы припугнуть бескомпромиссных сторонников Брексита. Но вынужденное молчание евроскептиков с большей вероятностью приведёт к тому, что Мэй договорится о переходном периоде в режиме «вассального государства». В результате, может начаться кошмар евроскептиков – «Отель Калифорния» по норвежской модели, из которого нельзя уехать.

Когда сторонники жёсткого Брексита осознают эту логическую головоломку, они вполне могут решиться свалить Мэй и рискнуть проведением всеобщих выборов вместо того, чтобы содействовать низведению Британии до уровня «вассального государства». Прыгнувший самоубийца ещё падает, но пока он не пролетит окно первого этажа, мы не сможем узнать, не привязан ли он случайно к резиновому канату банджи.

Project Syndicate, 2017
www.project-syndicate.org

Еще по теме:
Свежее из этой рубрики
Loading...
Просматриваемые