На днях суд приговорил ее к ограничению свободы передвижения
Правозащитники и коллеги вступились за профсоюзного лидера Ларису Харькову
ФОТО Жанары Каримовой

Данияр Молдабеков, Vласть

25 июля стало известно, что суд в Шымкенте приговорил председателя конфедерации независимых профсоюзов (КНПРК) Казахстана Ларису Харькову к четырем годам ограничения свободы передвижения, ста часам принудительных работ и 5-летнему лишению права занимать руководящие должности в общественных объединениях и других некоммерческих организациях. Правозащитники и сторонники Харьковой считают решение суда, признавшего за ней злоупотребление полномочий (часть 1 статьи 250 уголовного кодекса: «Использование лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации»), не только несправедливым, но и незаконным.

Например, Харькову обязали к ста часам принудительного труда, чего делать было нельзя: Казахстан участвует в конвенции о запрете принудительного труда. Такого вида наказания нет даже в 40 статье уголовного кодекса. «Я могу догадаться, - говорит глава казахстанского международного бюро по правам человека и соблюдению законности Евгений Жовтис, - К чему же судья приговорила Харькову. Видимо, к 100 часам общественных работ, которые она трактовала как труд. Но, к несчастью для судьи, в этой статье такого понятия как общественные работы тоже нет. Общественные работы – это вид наказания, который относится к основным. Человека нельзя приговорить к двум основным наказаниям. Это даже не вопрос профессионализма, у меня вопросы к высшему судебному совету: как можно было приговорить человека к наказанию, которого в нашем законодательстве нет?».

Другая претензия к следствию – озвученная в ходе пресс-конференции пресс-секретарем КНПРК Людмила Экзархова – обыски у нее якобы тоже провели вопреки закону. «Во-первых, - говорит Экзархова, - незаконно провели обыски. Не ознакомили с постановлениями, которые она могла обжаловать. Ее держали в полиции с 9 утра до 4 дня. Ей не разрешали никуда выходить бесконтрольно. За ней следовали по две-три машины в день. Я сама наблюдала этот факт. Контроль был такой, будто она создала организацию, которая вредит государству».

Этот процесс, кстати, начался не с Харьковой. Тот же КНПРК власти ликвидировали. Причем не без тех же бюрократических казусов, как уверяет Экзархова. По ее словам КНПРК зарегистрировали правильно. Затем, согласно закону, следовало в течении пяти месяцев регистрировать локальные профсоюзы, входящие в КПРК. «И эта навязчивая идея – зарегистрировать за 5 месяцев – она выходила за рамки. Местные органы создавали трудности, замедляли процесс. Когда начался процесс по ликвидации КНПРК, некоторые документы были на регистрации, но исковое заявление основывалось на том, что пятимесячный срок прошел. Причем истец, Минюст, в итоге отказался от такого слово как «ликвидация». Они признали регистрацию недействительной, но от «ликвидации» фактически отказались. Поэтому самой ликвидации КПРК не произвели до сего дня. Хотя признали недействительным. Наша кассация до сих пор в Верховном суде. Там, кстати, вскоре после подачи кассации, нашли, что мы чего-то не приложили. Почта не сообщила о принятии. В итоге документы вернули в Верховный суд. Все в стадии развития сейчас», - говорит Экзархова.

Следствие и приговор Харьковой – не первые в этом году в отношении профсоюзных лидеров. В январе, во время забастовки рабочих-нефтяников в Мангистауской области, был задержан, а затем приговорен к двум с половиной годам лишения свободы инспектор по труду профсоюзной организации нефтесервисного предприятия Oil Construction Company (OCC). Председателя профсоюза OCC Амина Елеусинова приговорили к двум годам тюрьмы. Его, как изначально Харькову, тоже обвиняли в хищениях вверенных ему профсоюзных денег (и кроме того – в оскорблении полицейских, неповиновение им и применения насилия в отношении их).

Репортер интернет-журнала Vласть

Еще по теме:
Свежее из этой рубрики
Loading...