Netflix показал аудитории «темную» сторону Казахстана
Телеобзор: Эти страшные Станы

Маргарита Бочарова, Vласть

К январю 2018 года американский потоковый видеосервис Netflix насчитывал более 118 млн подписчиков по всему миру. Уже пять лет компания не только показывает им продукты стороннего производства, но и выпускает собственные оригинальные фильмы и сериалы. В этом году зрителей порадовали документальным сериалом, посвященным модному нынче направлению туризма – журналист из Новой Зеландии Дэвид Фарриер путешествует по местам, известным своими бедствиями, катастрофами и смертями. В одной из серий он находит и показывает аж две привлекательные для «темного» туризма локации в Казахстане.

«Будучи некогда частью Советской империи, сейчас эти страны (Центральной Азии – V) известны своими эксцентричными лидерами, высочайшим уровнем коррупции и секретностью. Идеально для любого любителя «мрачного туризма», - бодро вещает закадровый голос новозеландского журналиста. Пролетая над Казахстаном на борту SCAT, Фарриер сообщает зрителям все, что нужно знать о республике: это девятая по величине страна мира, на которой в свое время было взорвано зашкаливающее количество атомных бомб. Кое-что еще о Казахстане становится понятно, пока автор фильма со своим приятелем едут по «ужасающей» дороге из Семея в Курчатов, а затем заселяются в провинциальный отель с мигающими коридорными лампами и пятнами непонятного происхождения на постельном белье.

На следующий день Фарриер с компаньоном отправляются на Атомное озеро, образованное в 1965 году в результате первого советского промышленного термоядерного взрыва. На берегу живописной воронки, заполненной водой, они обнаруживают местных жителей, непринужденно рыбачащих на берегу. Те незамедлительно предлагают иностранцам отведать пойманную рыбу (Википедия тем временем настаивает, что у рыб в Атомном озере отмечено «аномальное количество мутаций»), гид равнодушно замечает, что никаких двухголовых рыб здесь отродясь не было, и все усаживаются за стол. Потенциально токсичную рыбу в лучших советских традициях запили водкой, сопроводив ритуал оптимистичным «Вздрогнем!». Легкое опьянение позволило гостям не испытывать больше затруднений с тем, чтобы поскорее окунуться в прохладные воды Атомного озера.

Следующим пунктом назначения стал собственно сам центр Семипалатинского ядерного полигона. На месте гид выдал Фарриеру и его приятелю одноразовые защитные костюмы из термобонда и маску для лица, заверив, что опасность уехать отсюда с онкологическим заболеванием ничтожна, если ненароком не вдохнуть здесь радиоактивную пыль. Беседа о судьбе местного населения, пострадавшего от сотен ядерных взрывов на полигоне, с официальным сопровождающим тоже вышла не слишком содержательной. Молодой человек по имени Константин заявил иностранцам, что не располагает информацией о людях, чье здоровье было безвозвратно утрачено под влиянием огромных доз радиации. Гостям не оставалось ничего иного, как списать эту неловкость на языковой барьер.

За правдой местный специалист в области здравоохранения отправил Фарриера в дом ребенка. Попав туда с камерой, иностранцы заметно смутились, но решили не отступать и смело шагнули в комнату с десятком детских манежей, в каждом из которых лежал больной ребенок. Ни один из врачей интерната не комментировал характер этих заболеваний или их причину, однако контекст недвусмысленно указывал на единственного невидимого виновника этих страданий. «То, что я увидел здесь, останется со мной навсегда», - с такими словами новозеландский журналист покинул восток Казахстана.

В Казахстане Фарриеру предстояло побывать еще в одном месте, которое, по его мнению, обладало всеми чертами привлекательности с точки зрения «темного» туризма. Как ни странно, журналист выбрал своей мишенью город Байконур – здесь иностранца привлек флер секретности, который окружает населенный пункт по сей день. Оказавшись среди других фанатов космоса на пусковой площадке космодрома, куда медленно водружали очередной «Союз», Фарриер признался, что едва ли испытывает большой восторг: «Физическая близость к ракете лишь заставляла меня нервничать – а вдруг что-то пойдет не так». Поводом для переживаний стали девять падений российских ракет за последние 10 лет, а также тот факт, что запускаемый «Союз» выглядел образцом технологического прорыва 50-летней давности.

Несмотря на это ракета все же успешно вышла на орбиту, доставив туда трех космонавтов с Земли. К слову, к ним новозеландский журналист успел проникнуться искренним уважением: «Я думаю, нужно быть реально удивительным человеком, чтобы сесть в древнюю ракету с миллионами фунтов топлива под собственным сидением». Его расположение космонавты заработали еще на пресс-конференции, когда на наивный вопрос Фарриера («Зачем вы в принципе летаете в космос?»), ответили словами персонажа Тома Хэнкса из исторического фильма 1995 года «Апполон-13»: «Колумб открыл Америку. Вы представляете, что бы было, если бы за ним больше никто не пошел?».

Из Байконура Фарриер под видом спортивного журналиста отправился в столицу Туркменистана Ашхабад, исключив таким образом Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан из списка привлекательных для «темного» туризма направлений. Там он безуспешно попытался обнаружить жучки в собственном гостиничном номере, договориться об интервью с президентом Гурбангуллы Бердымухамедовым, выехать из столицы, чтобы проехаться по окрестностям, а в результате лишь угодил в больницу с крупным порезом руки. Казахстан в этом смысле своему соседу немного проиграл, но причин отчаиваться нет: пока наша республика в головах иностранцев будет крепко ассоциироваться с пугающими «Станами», фанаты «темного» туризма будут продолжать любить нас своей извращенной любовью.

Обозреватель интернет-журнала Vласть

Свежее из этой рубрики
Loading...