Нельзя позволять себе играть с будущим планеты
  • 1865
Миф геоинжиниринга
фото Жанары Каримовой

Барбара Унмюссиг, президент Фонда Генриха Бёлля

Пока мир с трудом пытается ограничить выбросы парниковых газов, меняющих климат, и остановить потепление планеты, всё больше сторонников появляется у новой технологии, претендующей на роль серебряной пули. Это геоинжиниринг – масштабные манипуляции природными системами Земли; он рекламируется как средство противодействия негативному эффекту изменения климата.

Приверженцы этой науки питают иллюзии, будто существует инженерно-технический способ выйти из климатического кризиса, выполнить цели Парижского климатического соглашения 2015 года и при этом сохранить стиль жизни активных потребителей.

Но данное решение не является таким уж простым, хотя его адвокаты и хотят заставить нас так думать. Ставка на климатический инжиниринг как на страховой полис планеты или как на последний шанс в борьбе с растущими температурами является не просто рискованной; она ещё и отвлекает внимание от единственного решения, которое, как мы знаем, действительно поможет: сократить выбросы углекислого газа.

С каждой из инженерных технологий, которые сейчас обсуждаются, связаны свои риски и сомнения. Например, протестировать эффективность технологии «управления солнечным излучением» (сокращённо SRM) в глобальном масштабе можно лишь одним способом – провести эксперименты в реальной окружающей среде, либо распыляя частицы в стратосферу, либо искусственно модифицируя облака. Такие испытания задумываются с целью выяснить, сможет ли SRM отражать достаточное количество солнечного света, чтобы охладить планету. Однако уже одних этих экспериментов будет достаточно, чтобы нанести непоправимый вред. Из существующих моделей следует, что применение SRM изменит количество осадков во всём мире, нарушит озоновый слой и жизнедеятельность миллионов людей.

Критики предупреждают не только об экологически рисках. Когда SRM начнёт применяться в глобальных масштабах, эта технология станет мощным оружием, позволяющим государствам, корпорациям или частным лицам манипулировать климатом в стратегических целях (перед такой идеей даже Голливуд не смог устоять). Но, наверное, самый важный упрёк связан с политикой: как можно будет управлять этим инструментом глобального вмешательства в природу, если сейчас в мире ставятся под сомнение принципы многосторонних отношений?

Аналогичные вопросы возникают и по поводу ещё одной большой группы технологий климатического инжиниринга, которая сейчас обсуждается: это так называемое «удаление углекислого газа» (сокращённо CDR). Приверженцы данной технологии предлагают извлекать CO2 из атмосферы с последующим захоронением газа под землёй или в океанах. Некоторые варианты CDR уже запрещены из-за опасений по поводу их возможных экологических последствий. Например, разведение в океанах планктона, поглощающего углекислый газ, было запрещено в 2008 году Лондонским протоколом о предотвращении загрязнения морской среды. Участники этого решения были встревожены потенциальным ущербом данной технологии морской природе.

Тем не менее, другие варианты CDR получают растущую поддержку. Одна из наиболее обсуждаемых идей касается интеграции биомассы с технологиями улавливания и хранения углерода (сокращённо CCS). Этот метод, получивший название «биоэнергетика с использованием CCS» (сокращённо BECCS), предполагает соединение способностей быстрорастущих растений улавливать CO2 с методами подземного хранения CO2. Сторонники BECCS утверждают, что эта технология позволит добиться «отрицательных» выбросов.

Однако, как и с другими инженерными решениями, подобные обещания просто слишком хороши, чтобы быть правдой. Например, для успешной работы систем BECCS потребуется огромное количество энергии, воды и удобрений. Использование земли под эти проекты приведёт к исчезновению видов, росту конкуренции за землю и выселению местных жителей. Согласно некоторым прогнозам, расчистка земли и строительные работы в рамках этих проектов могут вызвать чистый рост объёмов выбросов парниковых газов (по крайней мере, в краткосрочной перспективе).

Далее имеется проблема масштабов. Проекты BECCS позволят достичь порога выбросов, установленного Парижским соглашением, если под выращивание необходимой растительности будет выделено от 430 до 580 миллионов гектаров земли (от 1,1 млрд до 1,4 млрд акров). Эта цифра вызывает оторопь – треть пахотных земель планеты.

Если говорить прямо, есть более безопасные – и надёжные – способы улавливания CO2 из атмосферы. Вместо создания искусственных «ферм», специально для улавливания CO2, правительствам следует сосредоточиться на защите уже существующих природных экосистем и помочь восстановлению тех из них, которые деградировали. Тропические леса, океаны, торфяники (в частности, болота) имеют колоссальные мощности для хранения CO2 и при этом не требуют никаких технологических манипуляций, к тому же непроверенных.

Добиваясь применения непроверенных технологий в качестве лекарства от всех болезней изменения климата, их защитники утверждают, что мир якобы стоит перед неизбежным выбором: либо геоинжиниринг, либо катастрофа. Но это лицемерие. Привлекательность геоинжиниринга объясняется политическими предпочтениями, а не научной или экологической необходимостью.

К сожалению, нынешние дискуссии о климатическом инжиниринге ведутся недемократически, в них доминируют технократическое мировоззрение, точки зрения инженеров и учёных, а также корыстные интересы индустрии ископаемого топлива. Развивающиеся страны, аборигены и местные жители должны получить более широкие права голоса, с тем чтобы можно было в полной мере учесть все риски, прежде чем начнутся испытания или внедрение какой-либо геоинжиниринговой технологии.

Каким же должен быть наш разговор о геоинжиниринге?

Прежде всего, нам следует пересмотреть существующий управленческий ландшафт. В 2010 году участники Конвенции ООН о биологическом разнообразии договорились о де-факто моратории на климатический геоинжиниринг. Но сегодня, когда могущественные приверженцы этой технологии оказывают столь мощное давление с целью вытащить её из лабораторий в окружающий мир, неформальных запретов больше недостаточно. Миру срочно нужны честные дебаты по поводу изучения, применения и управления подобными технологиями. Конвенция о биоразнообразии и Лондонский протокол являются важными стартовыми точками для начала дискуссии о таком управлении.

К числу технологий, требующих наиболее жёсткого надзора, относятся проекты CDR, которые угрожают землям аборигенов, продовольственной безопасности, а также доступности водных ресурсов. Подобные крупномасштабные технологические проекты должны тщательно регулироваться; мы должны быть уверены, что предлагаемые решения проблемы изменения климата не окажут негативного влияния на устойчивое развитие или права человека.

Кроме того, внелабораторные испытания и применение технологий SRM, потенциально нарушающих права человека и подрывающих демократию и международный мир, должны быть прямо запрещены. За соблюдением этого запрета должен следить сильный и ответственный орган многостороннего глобального управления.

Никаких серебряных пуль для борьбы с изменением климата пока не найдено. Геоинженерные технологии являются пока в основном мечтаниями, однако существуют проверенные способы смягчения эффекта изменения климата, которые можно и нужно активно внедрять. К ним относятся: наращивание мощностей возобновляемой энергетики, постепенный отказ от ископаемого топлива (в том числе ранний вывод из эксплуатации существующей инфраструктуры ископаемого топлива), более широкое распространение методов устойчивого агроэкологического сельского хозяйства, повышение энергетического и ресурсного вклада в нашу экономику.

Мы не может позволить играть с будущим нашей планеты. Если мы начнём серьёзную дискуссию об экологически устойчивых и социально справедливых мерах по защите климата Земли, нам не придётся рисковать, делая ставку на геоинжиниринг.

Project Syndicate, 2017

Еще по теме:
Свежее из этой рубрики
Loading...