Перестройка: чего ждать от Министерства связи и массовых коммуникаций?

Дмитрий Мазоренко, Vласть

28 февраля в ряде казахстанских СМИ появилась информация о реформировании Министерства транспорта и коммуникаций в Министерство связи и массовых коммуникаций. Эксперты рассказали Vласти, что это не первая попытка влиять на инфополе, и эффективность её крайне сомнительна.

28 февраля в ряде казахстанских СМИ появилась информация о реформировании Министерства транспорта и коммуникаций, которое работает с 2004 года. Предполагается, что преобразованное ведомство получит название Министерство связи и массовых коммуникаций. В частности СМИ утверждают, что основной причиной преобразования стали украинские события и недавняя рассылка о банкротстве банков, которая взбудоражила казахстанцев.

На недавнем совещании совета безопасности, Нурсултан Назарбаев рассказал о своей обеспокоенности мировой безопасностью, на которую влияют информационные технологии и сказал, что нам нужно быть очень бдительными и внимательными в этом плане.

Стоит отметить, что это не первая попытка государства усилить информационное направление.

К примеру, в 2003 году был упразднен Комитет по связи и информатизации у Министерства транспорта и коммуникации, а взамен создано Агентство по информатизации и связи. В 2010 году агентство преобразовали в Министерство связи и информации. А в 2012 году, Минсвязи упразднили и передали эти функции Министерству транспорта и коммуникаций и министерству культуры и информации.

Несмотря на то, что некоторые СМИ уже преобразовали ведомство в своих новостях, глава Минтранскома Аскар Жумагалиев во вторник заявил, что пока министерство работает в прежнем режиме. Но намекнул, что все зависит от решения руководства страны, в правильности которого он не сомневается.

Vласть опросила экспертов о рациональности этой реформы, о том каких изменений ждать и как это изменит жизнь населения Казахстана. Эксперты сошлись во мнении, что рациональность изменений сомнительна, а с информационным полем нужно работать иначе.

В частности, так считает политолог Досым Сатпаев, который не видит смысла в появлении новых структур – регуляторов информационного пространства:

«За 20 лет в Казахстане было большое количество структур, которые отвечали за увеличение конкурентоспособности казахстанских СМИ, в частности государственных. Но, как показала критика прошлого года, в том числе и со стороны Марата Тажина в адрес государственных СМИ, коренным образом ситуация не изменилась. Я думаю, что сегодня мы практически потеряли информационное поле. Государство его практически не контролирует, поскольку это поле поделено между разными игроками».

Первым информационным игроком Сатпаев считает зарубежные СМИ. По его словам, пример усиленного влияния на казахстанцев четко прослеживается в ситуации с Украиной.

Второй информационный игрок – онлайн-СМИ и социальные сети. На его взгляд, это альтернативное информационное и политическое пространство, и серьезный конкурент для власти.

«В прошлом году власти решили участвовать в регулировании этого поля, ведя разговоры о создании списка блогеров, которые могли бы с ней сотрудничать. Я думаю, что с созданием новой структуры будут создаваться черные списки блогеров, то есть тех, кто с точки зрения власти представляет определенную угрозу. Это так называемый "синдром Навального", именно его появления власти и боятся. В целом, если власти и хотят сейчас играть какую-то роль в интернет пространстве, то это – усиление контроля и регулирования. Хотя здесь могла бы быть более оптимальная для властей модель – активное создание противовесов. Но они, скорее всего, на это не пойдут, поскольку не умеют так работать», - считает политолог.

Третий игрок, по мнению Сатпаева - это радикальные информационно-идеологические центры в лице экстремистских и террористических организаций. По его словам, они активно работают с молодежью в Казахстане и формируют пусть и небольшую часть общественного мнения, но крайне радикальную.

«Все это говорит о том, что, сколько бы государство не пыталось реформировать структуры, работающие с информационным полем страны, это поле уже стало слишком фрагментарным и раздробленным. И на общественное мнение влияет несколько игроков, где государство – не самое лидирующее среди них. Показателен пример со слухами о банкротстве банков, когда заявления госструктур не успокоили население», - утверждает эксперт.

Сатпаев предполагает, что преобразованному министерству доверят работу именно с информационным пространством: «Не исключаю, что часть функций, связанных с информацией, возьмут и у Министерства культуры и информации. Функции логистики, скорее всего, передадут другим ведомствам

С точки зрения информационной политики, скорее всего, будет назначен конкретный ответственный за это человек. Но практически неважно, кто сейчас будет этим заниматься. Кардинально подход к этой работе не поменяется. Каково было их понимание работы инфополя, где должны доминировать только государственные СМИ, таковым оно и останется.

Работа с социальными сетями, скорее всего, выльется в попытки где-то что-то ограничить и усилить контроль. Но эффективности этого будет сомнительна», - заключил политолог.

Шолпан Айтенова, эксперт Центра экономических исследований, оценки и мониторинга, указала на то, что 60% структурных подразделений Минтранскома были связаны с транспортом и только 20% с информатизацией:

«Надо не забывать, что еще есть Министерство культуры и информации, в функции которого входит взаимодействие со СМИ (в том числе и республиканскими – "Хабар", "Казахстан" и т. д.) и координация внутренней политики. В связи с этим возникает вопрос, если содержательную информполитику ведет министерство культуры и информации, то какой будет функция министерства связи и массовых коммуникаций – технического контроля казахстанского сегмента интернета?

Если так, то транзакционные издержки, связанные с реорганизаций и созданием целого министерства с таким узким направлением - не оправданы. На мой взгляд, необходимо не столько усиливать контроль над информпространством, сколько наладить действенную обратную связь между населением и государственными органами в этом информпространстве», - считает Айтенова.

Эксперт подчеркнула, что пока сложно утверждать о новых функциях министерства. Однако отметила, что функцию по усилению контроля информпространства от деструктивных воздействий могут осуществлять правоохранительные органы. Кроме того Айтенова отметила, что в результате проведения реформы могут появиться новые рычаги государственного влияния и контроля на бизнес в сфере интернета и связи.

Свежее из этой рубрики
Loading...