• 6437
Максимальным конфликтогенным потенциалом в Казахстане обладают два региона - центральный и западный, говорится в апрельском докладе Института политических решений. Это подтверждают и эксперты, опрошенные Vластью. Среди ключевых причин для конфликтов эксперты называют коррупцию, условия труда и заработную плату, а также масштабы разрыва между богатыми и бедными в стране.

 

Ирина Галат, Vласть

Графика Светланы Грудницкой

 

Максимальным конфликтогенным потенциалом в Казахстане обладают два региона - центральный и западный, говорится в апрельском докладе Института политических решений. Это подтверждают и эксперты, опрошенные Vластью.

 

Среди основных причин социального недовольства в стране, способных привести к серьезным конфликтам, политологи выделили:

·         Коррупция

·         Задержка заработной платы и низкая оплата труда

·         Большой разрыв между бедным и богатым слоями населения

·         Отсутствие выбора у населения источников получения доходов в моногородах / Монополия градообразующих предприятий

·         Нарушение норм трудового законодательства

·         Рост цен на основные продовольственные и непродовольственные товары

 

Эдуард Полетаев, политолог, главный редактор «Известия Казахстан»

 

На данный момент в Казахстане сохраняется умеренно-стабильная ситуация. Как показала практика, в Казахстане за последние двадцать лет социальные недовольства носят спонтанный характер, часто непрогнозируемый, и связанный, как правило, с ущемлением финансового положения трудящихся. Если в 1990-х годах забастовки были связаны с банкротством или предбанкротным состоянием градообразующих предприятий, задержкой зарплат, то в 2000-х годах это в первую очередь связано с недовольством бастующих по поводу уровня этих самых зарплат. То есть если первое десятилетие люди хотели просто вернуть заработанное, то сейчас они настроены несколько по-другому. Можно говорить о том, что ситуация частично улучшилась.

 

Теоретически социальное недовольство может вспыхнуть в любом городе. Везде, где есть очень большие разрывы между богатыми и бедными, всегда есть шанс получить пламя социального взрыва. И это как раз все три западных региона: Актау, Атырау, Актобе. Но, тем не менее, и там есть точки относительного благополучия и спокойствия. Проблема западного региона заключается в том, что там находятся либо сырьевые компании, либо бюджетные организации. По сути это два источника получения доходов населения.  Желательно чтобы их было больше. Чем больше возможных источников получения доходов населения, тем меньше шансов, что социальное недовольство вырвется.

 

В этом плане наиболее диверсифицированный город - это Алматы. Хотя по статистике здесь больше голосуют за оппозиционное движение и город достаточно свободный в формировании своего мнения. Тем не менее, здесь наименьший шанс, что люди от безнадеги выйдут на улицу. В моногородах население достаточно спокойное и неполитизированное, поскольку очень зависит порой от единственного работодателя, но в то же время там везде присутствует подавленное социальное недовольство и зависть к жителям более успешных областных центров и городов республиканского значения.

 

И, как показывает практика, часто непродуманные решения властей могут вызывать недовольство. Самым ярким примером является история с праворульными автомобилями. Когда даже в благополучном Алматы люди вышли на улицу, так как это решение могло сильно ударить людей по карману. Пока все-таки большая часть социальных протестов в Казахстане связана не с ущемлением каких-то людей по идеологическим соображениям, а с экономическими условиями существования населения. Тем более, когда в некоторых регионах люди читают рейтинги Forbes и видят фамилии (персон), которые там находятся, и сравнивают их доходы со своей зарплатой, естественно это не на пользу идет социальному самочувствию масс.

 

Сергей Смирнов, эксперт Института политических решений

 

Среди нестабильных регионов следует отметить Западный Казахстан по определению, потому что там производится большая часть ВВП, а народ живет довольно бедно, хотя по статистике зарплаты очень высокие. Но это же не у основной массы населения, а у небольшой группы нефтяников, в большей степени, у топ менеджеров. Если говорить про Жанаозен – они (работники) получают там по 200 - 250 тысяч тенге. У них в семье один работник и если 250 тысяч поделить на всех, то доход получается небольшой.

 

Обострять социальную ситуацию также будут растущие тарифы.

 

Конфликты возможны там, где находятся сырьевые предприятия. Возможно, что-то в Балхаше, в Темиртау может быть. Тем более что рабочие, посмотрев на то, как добиваются своих требований рабочие в Жанаозене и Жезказгане тоже могут предпринять подобные шаги. Не секрет, что в Казахстане очень низкие зарплаты по сравнению с другими зарубежными предприятиями. И рабочие прекрасно об том знают, они же не в вакууме живут.

 

Расул Жумалы, политолог, редактор журнала «Эксклюзив»

 

Если говорить в масштабах страны в целом, то социальные явления, проблемы, недовольства определенных слоев общества имеют место. Особенно это связанно с двумя факторами. Первое - это рост цен, рост цен на продовольствие, на товары первой необходимости, на тарифы, на коммунальные услуги, на горюче-смазочные материалы. А заработная плата, особенно в бюджетной сфере, в сфере самозанятых граждан никак не поспевает за ростом цен. Это является одной из причин нарастания социальной напряженности в стране в целом. То есть неудовлетворенность людей, невозможность сводить концы с концами, трата всей зарплаты на средства первой необходимости, на питание, не говоря уже о других потребностях людей, об отдыхе, о лечении, одежде и т.д.  В целом это приводит к таким нежелательным последствиям. И второй момент - это «аховое» положение в стране в области коррупции. Когда все вопросы, начиная от каких-то мелких и кончая серьезными, крупными политическими, решаются через знакомства, дачу взяток, это является очень сильным раздражителем.

 

Мне, кажется, что сейчас мы наблюдаем не только в Казахстане, но и в мире в целом нарастание таких движений профсоюзов, движений рабочих, их объединение. То есть если в прежние времена мы имели такие группы неудовлетворенных граждан, как ипотечники, дольщики, некоторые клиенты банков  и т.д., то сейчас эти протестные группы объединяются и наиболее активные демонстрируют класс рабочих на крупных предприятиях, горнодобывающих, нефтедобывающих, в том числе, таких как «Казахмыс», «Мангистаумунаймаз», «Узеньмунайгаз». То есть рабочие, которые исполняют свои обязанности в очень тяжелых условиях климатических, рабочих, при несоблюдении необходимых норм по экологии, по безопасности труда. Хотя речь идет об очень богатых предприятиях, которые зарабатывают огромные деньги. 

 

По этим регионам (где работают эти предприятия) как раз существует наибольшая вероятность обострения ситуаций, особенно тогда когда простые вроде бы трудовые споры, в том числе и повышение заработной платы, сокращение рабочего времени, обеспечение безопасности труда и т.д., они очень надолго затягиваются. То есть применяются не те механизмы, которые должны разрешать эти конфликты и идти навстречу обоснованным требованиям рабочих, а наоборот происходит закручивание гаек, преследование активистов, оказание давления. В долгосрочном плане это будет приводить к обострению ситуации. 

 

Исходя из этого, слишком подвержены регионы, где сосредоточены самые крупные добывающие предприятия. Это в первую очередь западный регион – Мангистау, Атырау, Уральск. И это Центральный и Восточный Казахстан. Я имею в виду Карагандинскую область вместе с Жезказганским районом. Именно в этих регионах сосредоточены основные добывающие мощности. Притом, что в качестве одного раздражителя можно назвать тот факт, что контрольный пакет акций многих из этих предприятий принадлежит иностранным компаниям. И здесь зачастую не обходится без элементов дискриминации.  Дискриминация в заработной плате, которую получают местные рабочие и иностранный персонал.

 

Гульнар Насимова, доктор политических наук, профессор, заведующая кафедрой политологии КазНУ им. аль-Фараби

 

Сегодня мы все видим, что одной из самых насыщенных конфликтами в Казахстане зон становится  сфера трудовых отношений. Уровень конфликтности в трудовой сфере является  важнейшим и наиболее точным из доступных нам показателей нынешнего морально-психологического состояния общества, где отражаются острота и глубина накопившихся в обществе социально-экономических противоречий.

 

Стабильность в демократическом государстве основывается на системе социального партнерства, которая должна гармонизировать интересы различных социальных групп. К сожалению, система социального партнерства в Казахстане функционирует недостаточно эффективно. Так, профсоюзы оказались не в полной мере готовы к использованию методов для защиты интересов и прав трудящихся. Они редко являются инициатором переговоров по заключению соглашений и коллективных договоров и недостаточно настойчивы в реализации достигнутых договоренностей. Слабые профсоюзы неизбежно ведут к усилению нестабильности в сфере труда. Об этом свидетельствуют и перманентно происходящие  забастовки на предприятиях страны.

 

Если сконцентрировать внимание на их потенциальных причинах, то это - задержка заработной платы, низкие заработки, не обеспечивающие удовлетворение жизненно важных потребностей работника, несовершенная система стимулирования, несправедливое распределение фонда оплаты труда, невыполнение работодателями коллективного договора, и даже нарушение трудового законодательства со стороны администрации.

 

Сами работники не научились четко формулировать свои требования,  они легко подвержены манипуляциям. В Казахстане отсутствует и эффективный институт медиаторства, не работают и другие институты гражданского общества, деятельность, которых  направлена на предупреждение конфликта.

 

Таким образом, по-прежнему во многом единственным реально действующим субъектом остается государство, которое с помощью административных ресурсов препятствует нарастанию энтропийных процессов в обществе. Надо признать роль государственных органов в разрешении трудовых конфликтов. Более того, скажу, что без вмешательства органов государственной власти урегулирование многих конфликтов затянулось бы, а сами конфликты перешли бы в политическую плоскость. Но проблема как раз и в том, что, достигнутая за счет жесткой вертикали стабилизация общества дает краткосрочный эффект, а обеспечение стабильности без института обратной связи не приобретает устойчивого характера.

 

Наша главная проблема заключается в том, что  сейчас мы занимаемся больше вопросами устранения лишь последствий конфликта, а на действительные их причины мы не обращаем внимания. Сегодня любые конфликты  требуют новых максимально взвешенных подходов и совместных компромиссных решений. Поиск решения проблем, как бы это банально не звучало, лежит в области использования переговорных технологий. Иначе, трудно будет сказать, что социальная система будет эффективно функционировать, а  опасность крайних форм протестности в Казахстане отсутствует.

 

Конфликты не возникают внезапно. Безработица, разрыв между бедными и богатыми, неэффективность работы институтов гражданского общества, коррупция – все это предварительные сигналы конфликтной ситуации. И пока мы не сконцентрируем внимание на этих глубинных причинах, утешительный прогноз сделать будет сложно.

Свежее из этой рубрики