В политике часто бывает так, что те или иные идеи, которые каким-то образом попадают в головы отдельных персонажей, начинают восприниматься ими как нечто само собой разумеющееся, плодя тем самым череду новых политических химер и совершенно ненужных ожиданий. Понятно, что такие политические химеры начинают жить своей жизнью, претендуя на то, чтобы заместить собой эволюционные, «естественные» организмы и институты. Одной из таких политических химер можно смело назвать идею создания т.н. «Евразийского парламента», которая озвучивается председателем Государственной Думы Российской Федерации Сергеем Нарышкиным в течение всего нынешнего года.

 

Айдос Сарым, политолог, вице-президент фонда «Абай-акпарат», специально для Vласти

 

В политике часто бывает так, что те или иные идеи, которые каким-то образом попадают в головы отдельных персонажей, начинают восприниматься ими как нечто само собой разумеющееся, плодя тем самым череду новых политических химер и совершенно ненужных ожиданий. Понятно, что такие политические химеры начинают жить своей жизнью, претендуя на то, чтобы заместить собой эволюционные, «естественные» организмы и институты. Одной из таких политических химер можно смело назвать идею создания т.н. «Евразийского парламента», которая озвучивается председателем Государственной Думы Российской Федерации Сергеем Нарышкиным в течение всего нынешнего года.

 

Доподлинно неизвестно, какой именно сон приснился Сергею Евгеньевичу, но начиная с февраля нынешнего года, спикер российской Думы подобно античному Катону Старшему заканчивает все свои выступления одним рефреном «Евразийский парламент должен быть создан в 2015 году». Римлянина, конечно, можно было понять: существование Карфагена как независимого государства несло потенциальные риски и даже прямую угрозу его родному государству. Поэтому брошенный Катоном лозунг «Carthago delenda est» благодаря его упорству стал императивом, позволившим мобилизовать элиты и общество на полное уничтожение Карфагена как самостоятельной геополитической единицы. Но что сегодня угрожает современной России помимо нее самой родимой?

 

Но обо всем по порядку. Началось все вроде с ничем не примечательного посещения г-ным Нарышкиным Межпарламентской ассамблеи стран СНГ в Санкт-Петербурге. Вы помните, что еще существует такая химерная организация, созданная 20 лет назад? Как видим, не только существует, но и пахнет! Именно там, насколько я могу судить, впервые было произнесено: «На повестке дня стоит вопрос формирования Евразийского парламента». При формировании будущего парламента Евразийского экономического союза следует учитывать опыт, накопленный в рамках Союзного государства Белоруссии и России, а также опыт Европейского союза. Сказанное спикером самому спикеру понравилось и, как показывают дальнейшие события, даже стало напоминать одну, но пламенную страсть…

 

Дальше – больше. Спустя месяц, уже 20 марта 2012 года Нарышкин заявил о том, что «Евразийская межпарламентская ассамблея, которая придет на смену межпарламентской ассамблеи ЕврАзЭС, должна разрабатывать основы законодательства в базовых сферах правоотношений, а в перспективе стать полноценным евразийским парламентом». Ничтоже сумняшеся спикер заявил о том, что уже сейчас надо рассматривать «в полном объеме вопрос о создании евразийского парламента, наделенного законодательными и контрольными полномочиями по аналогии с Европарламентом, и формируемого на основе прямых демократических выборов». Вы спросите: а как же избиратели трех стран, народы, парламенты, их воля? Ну разве это могло иметь значение, если спикер уже загорелся такой светлой перспективой, если впереди замаячили «блистательные перспективы»?

 

Понятно, что такие суперпрожекты не могли вместиться и жить только в границах самой России. Уже в апреле текущего года обросшая новыми деталями нарышкинская идея выплеснулась за ее пределы и была уже озвучена им в рамках официального визита в Казахстан перед преподавателями и студентами Евразийского университета им. Гумилева в Астане. Нарышкин уже нисколько не сомневался в том, что «решение такой амбициозной задачи, как создание к 1 января 2015 года Евразийского экономического союза, потребует серьезной перестройки всей системы межпарламентского взаимодействия в его евразийском измерении». Более того, к этому времени спикер возжелал видеть в рядах «парламента-мечты» уже и такие страны как Кыргызстан, Таджикистан и даже Украину! Войдя в раж, Сергей Евгеньевич заговорил о «новых полномочиях» для выработки рекомендаций для Высшего евразийского экономического совета, обращениях с запросами и рекомендациями к Евразийской экономической комиссии, Евразийскому суду…

 

По всей видимости, приняв недоумение и вежливость принимающей стороны за полное и безоговорочное согласие Казахстана, Сергей Нарышкин в последующие месяцы развернул просто кипучую деятельность. 17 мая 2012 года, выдавая желаемое за действительное, он заявил о том, что Россия, Беларусь и Казахстан организовали рабочую группу для формирования парламента будущего Евразийского союза. 30 мая 2012 года он уже убеждал в необходимости Евразийского парламента президента России Владимира Путина, который, в общем-то, никак этому не противился.

 

В июне, июле и августе данные инициативы были снова озвучены в Минске и Астане подключившейся к данной проблематике спикером российского Совета Федерации Валентиной Матвиенко, тоже, к слову сказать, сторонницей «масштабного видения». Расплывчатые и туманные ответы казахских и белорусских парламентариев о том, что данная инициатива «требует дальнейшего изучения и рассмотрения», оба российских спикера интерпретировали на свой лад, что дало им основания говорить о том, что до конца года будет представлена «дорожная карта» евразийского парламента.

 

Первый и внятный ответ Казахстана на бурные инициативы российских коллег прозвучал буквально на днях, когда 13 сентября 2012 года в доме приемов Государственной думы в Серебряном Бору состоялось заседание т.н. рабочей группы по вопросам парламентского измерения Евразийской экономической организации. Принимавшие участие от Казахстана председатель комитета Мажилиса по международным делам, обороне, безопасности Маулен Ашимбаев и секретарь НДП «Нур Отан» Ерлан Карин призвали не спешить с «политической составляющей» и сосредоточиться на экономических вопросах интеграции, которых, как показывает опыт, становится с каждым днем все больше и больше. Маулен Ашимбаев в своем выступлении дал понять, что попытки россиян выкручивать руки коллегам из Казахстана и Белоруссии являются некорректными, а любые интергационные проекты возможны только «при условии соблюдения главного принципа — уважения суверенитета государств-участников». Именно по этой причине казахстанская сторона назвала преждевременной подготовку проекта меморандума о концепции межпарламентского органа и отказалась от каких-либо политических заявлений.

 

Вот такова если в двух словах краткая предыстория «евразийского парламента».

 

Надо честно признать, что при всей кажущейся комичности кавалерийская эпопея с созданием «Еврапарламента» не так уж безобидна и однозначна. Более того, она может иметь самые негативные последствия не только для всевозможных интеграционных процессов, но и внутреннего единства и целостности нашего государства. Более того, предпринимаемая российскими властями тактика выкручивания рук и вынуждения руководства Казахстана на более «решительные» интеграционные проекты Казахстана может не только сорвать все интеграционные проекты, но и самым отрицательным образом сказаться на межэтнических отношениях внутри страны.

 

Понятно, что Казахстан и Россия являются вечными соседями и всегда будут вынуждены выстраивать добрососедские отношения. Но понятно и то, что обе страны являются не только добрыми соседями и партнерами, но и конкурентами со своими собственными, иногда вступающими в противоречие, интересами. России уже сейчас надо выбирать, с кем она хочет соседствовать: с Казахстаном в виде «Канады» или с Казахстаном в виде «Мексики»? Если с «Канадой», то надо выстраивать с нами нормальные, уважительные отношения без попыток стать «старше» и «любимее». Поэтому и в Казахстане и в России следует, как минимум, ясно и совершенно определенно проговаривать все аспекты, связанные с любыми интеграционными проектами. Недостаток этой честности и гласности, на мой взгляд, делают возможным появление нелепых и абсурдных ситуаций вроде нарышкинского Еврапарламента.

 

По сути, если разобраться, сегодня речь идет о следующем: есть две конкурирующие модели «евразийской интеграции». Первая модель, российская, предполагает сборку бывшего советского пространства в любом виде и формате (и как видим, любыми средствами). Вторая модель, казахстанская, предполагает извлечение выгод из интеграционных проектов при сохранении своего суверенитета и независимости. И пересказанная выше эпопея – один из ярких эпизодов этой конкуренции несовместимых моделей.

 

Мое личное мнение: обе модели ущербны и нереализуемы. Идея с Таможенным союзом в итоге задохнется, точно так же, как задохнулась идея СНГ вместе с его Парламентской Ассамблеей и тысячами принятых соглашений и договоров. Таможенный союз, который уже сегодня доказал свою неэффективность и невыгодность для Казахстана, схлопнется под давлением обстоятельств и общественного мнения. Лучше и выгоднее честных, пусть и меркантильных двусторонних отношений пока еще никто не выдумал. А чтобы выйти на формат «большой интеграции» по примеру Евросоюза, должно пройти слишком много времени, должна измениться сама Россия. Пока же, в силу обстоятельств, ТС, ЕЭП – это структуры мирного, но крайне затянувшегося «развода». Поэтому считаю, что все катоновские труды и старания Сергея Нарышкина и компании напрасным трудом, напрасными хлопотами. Лучше всего, на мой вкус, иллюстрируют эти хлопоты пафос известной басни Ивана Крылова про близкого родственника человека… 

Еще по теме:
Еще по теме:
Свежее из этой рубрики
Loading...