Елена Бахмутова: «Нас всегда рассматривают под лупой, так и должно быть»

Ирина Севостьянова, Астана, Vласть

Инвестирование средств Единого накопительного пенсионного фонда (ЕНПФ) в проекты субъектов квазигосударственного сектора вызвало немалый ажиотаж в обществе. О том, куда намерен направить эти средства самый крупный заемщик и каковы гарантии их возврата, Vласти рассказала управляющий директор по финансам и операциям - член правления фонда национального благосостояния «Самрук-Казына» Елена Бахмутова.

Фонд «Самрук-Казына» - в числе получателей средств ЕНПФ. В частности, уже заявлено о 132,5 млрд тенге - АО «ФНБ «Самрук-Казына» 35 млрд, АО «KEGOC» 47,5 млрд и АО «НК «КТЖ» - 50 млрд. Это полный список получателей средств ЕНПФ, или есть еще другие компании группы Фонда?

Это вся сумма. Соответствующее распределение было утверждено комиссией и утверждено на совете по управлению Нацфондом, который осуществляет функции по распределению ресурсов ЕНПФ на текущий момент. И это все, что смогут занять в текущем году компании, входящие в группу фонда.

Эти деньги будут привлекаться в виде облигационных займов. На сегодняшний день уже произведен выпуск облигационного займа по компании КТЖ. Эта сумма составляет 50 млрд тенге, деньги привлечены на срок до 10 лет, базовые условия выпуска облигаций –это плавающая ставка, инфляция плюс маржа, которая установлена в размере 2,52. Если говорить о фактической величине, это доходность порядка 16,92. Все условия предусмотрены. С точки зрения бенефициара –ЕНПФ, на мой взгляд это очень привлекательные условия, поскольку компенсируется уровень инфляции и плюс еще маржа, то есть заведомо дается доход свыше инфляции в размере 2,52%. Если инфляция будет снижаться, соответственно, будет снижаться доходность, но в любом случае, доходность которую получат вкладчики, будет на 2,52 процентных пункта превышать инфляцию - т.е. будет перекрывать гарантию государства.

При этом уровень инфляции устанавливается не прогнозный, а фактический?

Да, речь идет о фактической инфляции. Берется инфляция годовая, за период, предшествующий двум месяцам до выплаты купона. Допустим, были выпущены облигации в апреле, то в расчет принимается фактическая инфляция с января 2015 года по январь 2016 года, она была 14,4%. Плюс добавляется маржа 2,52% - и рассчитывается, что доходность 16,92%. При выплате купона в следующем году будет производиться точно такой же расчет, что соответствует классическому рыночному механизму.

Я напомню, что совсем недавно были действия со стороны международного рейтингового агентства S&P, которые подтвердили рейтинг кредитоспособности КТЖ на уровне BB, правда с негативным прогнозом, но это естественно в условиях снижения темпов экономического роста. Полагаю, что каких-либо опасений со стороны вкладчиков по возврату инвестиций ЕНПФ в КТЖ быть не должно. Это компания – стратегически важный актив с устойчивым рынком.

Чем был обусловлен выбор получателей средств в группе компаний Фонда? Почему именно эти компании - при весьма богатом выборе? И в какие проекты будут вложены средства ЕНПФ?

Группу Фонда, скорее, лимитировали. Если говорить о возможностях для использования денег, то в группе Фонда много проектов, для реализации которых целесообразно было бы привлечь «длинные деньги» на срок до 10 лет, да еще и в национальной валюте. С учетом рейтингов, которые есть у наших компаний, это было бы надежно и для вкладчиков ЕНПФ. Но существующий сейчас механизм распределения денег можно назвать транзитным, я так понимаю, что преследуются не только цели обеспечения сохранности и доходности, но еще и использования этих средств на поддержку определенных секторов экономики, поддержку малого бизнеса. Поэтому при распределении вложений пенсионных активов преследуется двоякая задача –обеспечение сохранности и доходности, а также точечная поддержка экономики. Для фонда «Самрук-Казына» выделили только наиболее приоритетные проекты и лимитировали объем ресурсов, которым может воспользоваться группа Фонда.

Что касается KEGOС, то это национальная компания, средства, которые будут привлечены- это 47,5 млрд тенге. Они будут направлены на строительство линии электропередач по маршруту Шульбинская ГЭС. Проект нужен для развития транзитного потенциала направления Север -Юг, то есть это классический проект, на который обычно направляются средства институциональных инвесторов –пенсионных фондов во всем мире. Он инфраструктурный, он долгосрочный, он создает национальную энергетическую систему. Для определения доходности облигаций будут применены такие же подходы, как и для выпуска облигаций КТЖ, то есть с учетом рейтинга кредитоспособности будет определена маржа в дополнение к уровню инфляции.

По третьему проекту средства будут привлекаться непосредственно самим Фондом, сумма определена в размере 35 млрд тенге. Далее Фонд намерен привлеченные средства использовать на капитализацию «Объединенной химической компании» -одной из дочерних компаний. ОХК использует средства для финансирования проекта KPI – это производство полипропилена с общей годовой мощностью 500 тысяч тонн. Данный проект предполагает участие других партнеров. ОХК – классический проект растущей компании, создание новой индустрии в Казахстане. В данном случае гарантом для возврата этих денег является собственно сам Фонд, поскольку облигации выпустит непосредственно Фонд. Механизмы такие же –инфляция плюс маржа, маржа будет считаться, вероятно с учетом рейтинга Фонда, который определен на уровне суверенного - BBB. Учитывая высокий рейтинг Фонда, мы полагаем, что маржа для фонда будет несколько ниже, чем для компании с низким рейтингом.

Если мы говорим об инфраструктурных проектах, сразу вспоминается печальный опыт с инфраструктурными облигациями на проекте Шар - Усть-Каменогорск, где также привлекались пенсионные деньги, и неудачно.

Когда мы говорим об инфраструктурных облигациях на проект Шар - Усть-Каменогорск, надо понимать, что природа проекта была совсем другой. Было создано отдельное юридическое лицо, у которого доходы формировались только за счет этого конкретного проекта. В случае с КТЖ мы говорим, что деньги занимает сама компания «Казахстан Темир Жолы». То есть, допустим, какой-либо из проектов компании не сможет генерировать заявленную доходность, но тогда держатели облигаций получат вознаграждение и выплату основного долга за счет общей деятельности КТЖ. Этим отличаются инфраструктурные облигации, которые были выпущены на выделенный проект от корпоративных облигаций, которые выпускает в целом компания. В данном случае, риск принят в целом на компанию КТЖ. Нет ни малейшего сомнения в долгосрочной устойчивости компаний КТЖ, КЕГОК и собственно Фонда. В этом смысле вкладчики ЕНПФ сделают надежные и доходные инвестиции.

Но если посмотреть по тому же годовому отчету Фонда, есть некоторые опасения. Согласно отчету, в 2015 году на снижение выручки в основном повлиял транспортный сегмент - минус 125,2 млрд тенге, только за счет курсовой разницы убыток КТЖ еще минус 470 млрд тенге. Глядя на эти цифры, получается, что деньги ЕНПФ, социальные, по сути, деньги, попадают в убыточную компанию.

Совсем недавняя ситуация продемонстрировала, что «Казахстан Темир Жолы» как благонадежный заемщик обеспечил погашение выпущенных еврооблигаций в полном объеме, с учетом проспекта выпуска. Никаких сомнений в том, что КТЖ будет обслуживать свои долговые обязательства, нет.

Те данные, что вы приводите по снижению выручки, снижению грузооборота -это, скорее, следствие объективных факторов, которые воздействуют на такую компанию как КТЖ. Снижение грузоперевозок находится за пределами влияния самой компании, потому что это связано с изменениями в экономической ситуации не только в самой стране, но и в сопредельных государствах – в России, Китае, которые заинтересованы в такого рода грузовых перевозках. Естественно, это следствие снижения темпов экономического роста, снижение спроса как в стране, так и за ее пределами. Это явление временное, можно сказать, кризисное. Точно так же, как и снижение пассажирооборота –это следствие снижения платежеспособного спроса и снижения деловой активности, которое наблюдается сегодня. Недаром прогноз министерства национальной экономики по темпам роста ВВП на текущий год всего 0,5%. Естественно, это накладывает определенные отпечатки. Мы ожидаем, что и этот год будет такой же сложный для наших компаний, для КТЖ в том числе, однако компании предприняли превентивные меры загодя. В частности, в КТЖ сделали ставку на развитие логистической деятельности, что создало диверсификацию получения выручки и акцентировало внимание на те сегменты, которые являются, по-прежнему, прибыльными для компании.

С другой стороны, компания приняла меры, направленные на сокращение своих расходов, в том числе и административных, и это создало возможность при резком сокращении выручки адекватно сократить и расходы. В дальнейшем КТЖ намерено эту работу продолжить в рамках программы трансформации. Мы полагаем, что все эти меры в совокупности помогут пережить сложные экономические времена.

Фонд ежегодно публикуют свои отчеты о финансовой деятельности, проводятся пресс-конференции, общество в целом информировано о работе Фонда. Не планируете ли вы после получения средств ЕНПФ ввести дополнительную отчетность непосредственно по освоению именно этих средств? Уже звучали предложения о возможности привлечения общественности к контролю за освоением средств ЕНПФ с тем, чтобы была полная прозрачность и подконтрольность обществу в этом направлении?

Я вам отвечу как профессиональный финансист, который представляет себе, что такое вложения в финансовые инструменты. Корпоративные облигации – инструмент с фиксированной доходностью. Вот когда вы вкладываете деньги на депозит в банке, вам приходит в голову проверять, куда именно ваши деньги направил банк? И как вы вычислите из всего потока денег именно ваши вложения?

Когда обществом контролируется эффективность инвестиций, основной акцент обычно делается на целевом использовании. Однако, целевое использование определенной суммы денег не обязательно гарантирует доходность и возврат инвестиций. Фокус должен быть сделан на финансовую устойчивость и операционную доходность компании, которая привлекает деньги. Невозможно вычислить одну каплю из общего денежного потока, нужно принимать во внимание общую эффективность компании-эмитента долговых облигаций.

Да, привлечение пенсионных средств вызывает большой общественный резонанс, в том числе и по причине ограниченности распределяемых ресурсов. В этом смысле, наши компании готовы предоставлять дополнительную информацию по расходованию привлеченных от ЕНПФ средств.

Давайте резюмируем: если вы берете деньги именно на проект, на проектное финансирование, вы должны тщательно контролировать именно этот проект, потому что у него есть выделенные денежные потоки. Если же компания привлекает долговое финансирование, она отвечает по своим обязательствам всей своей деятельностью.

Тем не менее, в адрес Фонда звучит немало упреков.

Да, случаются негативные публикации в отношении фонда «Самрук-Казына». Ну, кто большой, того всегда и замечают. Любые наши публикации, выступления всегда рассматривается через лупу. И это понятно, нашими заинтересованными лицами является все население Республики Казахстан, которое имеет право на информацию. Но хотелось бы, чтобы аналитика, в том числе и критическая, была взвешенной и профессиональной.

И когда некоторые специалисты пытаются манипулировать информацией из финансовой отчетности, у меня это вызывает по меньшей мере удивление. Потому что такая степень детализации, которая приводится в консолидированной финансовой отчетности, рассчитана в основном на профессионалов. Я недавно обнаружила интересную трактовку у одного из блогеров. Он задался вопросом, что случилось бы с прибылью Фонда и сделал следующее предположение: «если бы не было переоценки валюты, то ФНБ заработал бы убыток в сумме 379 млрд тенге.» О чем идет речь – о валютных депозитах? К сожалению, и вопрос и ответ звучат некорректно. Внимательно прочитав отчетность и размещенные на сайте Фонда пояснения к финансовой отчетности, можно найти правильный ответ. Если бы Фонд не применил хеджирование валютных активов и обязательств, то только от девальвации тенге получил бы на консолидированной основе убыток в размере 2 трлн 112 млрд тенге. Именно благодаря тому, что Фонд имеет сбалансированную структуру валютных активов и валютных обязательств и было внедрено балансовое хеджирование, с применением специальных инструментов в рамках МСФО (международные стандарты финансовой отчетности) удалось нивелировать негативное влияние курсовой разницы на деятельность наших компаний.

Вы заявляли, что перечень инвестиционных проектов Фонда стоит порядка 22 трлн тенге. Что это за проекты, в каких отраслях экономики? Будут ли в них вкладываться средства ЕНПФ?

Это совокупная стоимость всей инвестиционной программы, которая реализуется во всех компаниях, входящих в группу Фонда в период 2016-2020 годов. Если проанализировать структуру инвестиционной программы, то по источникам она разделяется. Порядка 40% этой суммы приходится на средства партнеров, еще 33% -это средства, которые будут заняты различными способами через финансовые институты, и оставшаяся часть – за счет собственных средств компаний Фонда.

На средства республиканского бюджета приходится 3,9%. Это проекты реконструкции пассажирского терминала, создание и комплексное развитие СЭЗ «Хоргос –Восточные ворота», строительство железнодорожной линии Боржакты - Ерсай, эксплуатация универсальных грузопассажирских паромов и так далее. То есть, это все проекты, которые направлены на экономический рост страны в целом, но не являются рентабельными для компании, которая их реализует. Согласно действующей в Фонде политике, низкорентабельные проекты, которые не гарантируют доходность на уровне требуемой возвратности на капитал, должны в качестве источника использовать ресурсы, поступающие из бюджета.

Остальные проекты – это проекты с достаточной внутренней нормой рентабельности, соответственно, в них будут вкладываться инвестиции из различных источников: собственные средства компаний, средства партнеров, заемные ресурсы. Структура проектов такова: самый большой объем падает на нефтегазовый сектор, порядка 60%. Но надо сказать, что здесь львиную долю занимает Северо-Каспийский проект, который в подавляющей части будет использовать средства партнеров. По остальным: есть проекты «Самрук-Энерго» это 12,5% от общей суммы, проекты «Объединенной химической компании» - 13,8%, есть проекты в «Тау-Кен Самрук» и так далее.

Что касается средств ЕНПФ, как я уже сказала, Фонд планирует привлечь 35 млрд тенге для капитализации «Объединенной химической корпорации». Эти средства будут использоваться через Фонд.

Все инвестпроекты, которые вы перечислили, будут осуществляться в компаниях, которые планируется выставить на приватизацию. Уже сегодня звучит недоумение, мол, государство вкладывало деньги в ту же «Эйр Астану», а теперь продадут ее за бесценок. Не получится ли также и с этими проектами?

Сейчас вкладываются деньги в «Qazaq Air», это стартап проект, мы в него, естественно, инвестируем деньги и оказываем еще и финансовую поддержку, в том числе бесплатно. Именно потому, что это стартап проект, который на 100% принадлежит Фонду и на первых порах это полная ответственность акционера, который его создал. Если говорить об «Эйр Астана», то скорее всего, будут получены хорошие выгоды после приватизации части госпакета.

Если говорить о других активах, то, например, KEGOС уже приватизирован в рамках «Народного IPO»: 10% минус одна акция находится в свободном обращении и совладельцами компании являются 42 тыс. казахстанцев. Более того, компания выросла с этого времени, по 505 тенге размещались, а сейчас 837 тенге уже стоимость, плюс еще дивиденды выплачивались. При этом компания разве перестала быть национальной компанией, стратегическим активом? Нет, не перестала. Намерены ли мы в будущем приватизировать компанию на 100%? Возможно, будет еще часть акций выставлена на рынок, но это совершено не означает, что будет утрачен контроль со стороны государства через фонд «Самрук-Казына». Приватизация в широком смысле означает передачу части владения компанией частным владельцам, будь то стратегический инвестор, институциональный инвестор или просто физические лица. Так наши портфельные компании первого уровня, то есть – «КазМунайГаз», «КазАтомПром», КТЖ, другие стратегические активы –не предполагалось продавать полностью, т.е. 100% долю в них. Если эти компании будут выходить на IPO, это будет привлечение средств в компанию, некоторое размытие доли контролирующего акционера, но с точки зрения сохранения контроля за компанией – здесь все останется неизменным.

Фото пресс-службы фонда Самрук-Казына

Шеф бюро Vласти в Астане

Еще по теме:
Еще по теме:
Свежее из этой рубрики
Loading...