Второй день слушаний по делу  Утембаева завершился ходатайством об отводе судье

Дмитрий Мазоренко, Vласть

Второй день слушаний по делу об убийстве оппозиционера Алтынбека Сарсенбаева и причастности к нему Ержана Утембаева закончился показаниями судебного эксперта, экс-служащего «Арыстана» и ходатайством об отводе судьи от адвокаты Гульнары Жуаспаевой.

После того, как Виталий Мирошников, бывший боец спецназа, водитель киллера Рустама Ибрагимова дал показания по делу об убийстве Алтынбека Сарсенбаева, в качестве свидетеля в зал суда был приглашен заместитель начальника четвертого отдела пятого управления службы “Арыстан” КНБ, водолаз Сергей Луценко, нашедший орудие убийства - пистолет, который выкинул Мирошников. Он рассказал о проведении поисков пистолета, особенно подчеркнув, что нашел пистолет уже деформированным, и на состояние оружия не могли повлиять инструменты, использовавшиеся при его поисках.

У потерпевшей стороны, которую в этом деле представляет Маржан Аспандиярова, Толеген Жукеев, Рысбек Сарсенбай и адвокат Гульнара Жуаспаева, уже второй день вызывает интерес огнестрельное оружие, из которого были убиты Сарсенбаев, Журавлев и Байбосын. Представители потерпевшей стороны хотели удостовериться тот ли это пистолет, сколько он пролежал на дне реки, не мог ли он быть подброшен и в результате чего был деформирован.

После показаний Луценко, в зал суда была приглашена Венера Илиева, главный эксперт Института судебной экспертизы. В основном эксперт отвечала на вопросы потерпевшей стороны о состоянии пистолета. Эксперт ознакомилась с ранними результатами экспертизы, которые говорили, что оружие было деформировано уже в воде, из-за удара о камни и подтвердила эти сведения. Кроме того она отметила, что это газовый пистолет, который был переоборудован в боевой и сейчас он не пригоден для использования. Также она подчеркнула, что пистолет предусматривает установку глушителя.

Далее в зале суда был продемонстрирован отрывок видеозаписи, где показывались поиски пистолета и момент его нахождения. На видео слышно, как продиктовали номер маркировки пистолета, номер полностью совпал с номером пистолета, предоставленного в качестве вещественного доказательства.

После перерыва, показания начал давать осужденный Едиль Абикенов, бывший сотрудник спец. подразделения «Арыстан», которого Рустам Ибрагимов привлек для совершения преступления. Vласть приводит сокращенный вариант его показаний:

«В 1995 году я работал в Государственном следственном комитете спецназа. В 1996 году, 6 человек были привлечены в качестве телохранителей Рахата Алиева. Тогда я попал в список. Двое охраняли непосредственно его, четверо сидели в офисе. Когда мы охраняли, в один из дней мы играли в футбол. Тогда я приглянулся Рахату Алиеву, так как хорошо играл. Шел какой-то чемпионат, и он позвал меня играть в свою команду. Так состоялось наше первое с ним знакомство. <…>

Однажды, между делом он спросил: «А ГСК у вас расформировывается, да?». Я рассказал ему, что если ГСК расформируют, я хотел бы начать служить в спецподразделении "Арыстан". В 1997 году, когда ГСК расформировали, нас разделили на несколько частей, многие ушли работать телохранителями, в МВД, и нас осталось 7 человек. Мы попали на стажировку в службу "Арыстан". Она длилась полгода, потом отбирали лучших. Я попадаю в Арыстан в числе 27 претендентов. После стажировки, зачисляют только меня одного. Прежде всего, в недоумении было само подразделение "Арыстан". Были люди лучше меня – лучше стреляли, лучше бегали, были спортсменами. Но выбрали именно меня. <…>

"В 2000 году начальником подразделения приходит полковник Базилов. В течение двух месяцев он несколько раз производит ротацию кадров, меня и двух моих сотрудников отправляет в Астану на службу. Базилов вызвал меня к себе в кабинет, у него на столе лежали все мои данные. Сначала он ругал, что я плохо служил в Алматы, потом сказал, что я должен хорошо показать себя, тогда он отправит меня обратно. Я отработал полгода, потом он снова вызвал меня и сказал, что я еду в Алматы. Он спросил, знаю ли я Мусаева, я сказал, что, конечно, знаю. Он сказал, что Мусаев - охотник, и когда я приеду в Алматы, мне нужно помочь пристрелить ему ружье.

В один день, когда я уже прибыл в Алматы, дежурный на базе позвал меня к телефону. На том конце провода был Мусаев. Он спросил: «Тебе говорили по поводу ружья, я слышал ты хорошо пристреливаешь?», я сказал – да, я хорошо пристреливаю. Он спросил, когда я могу помочь ему, я ответил, что хоть сейчас. Мы договорились сделать это на следующий день. <…> Когда я закончил пристрелку ружья они (Мусаев и другой человек -V) убедились, что все нормально. Мусаев поблагодарил, сказал «Хорошо пристреливаешь, если что, мы к тебе обратимся».

В 2005 году мне позвонили, и это был Мусаев. Попросил еще раз пристрелить ружье. На следующий день мы встретились. <…> Когда мы со всем закончили, он спросил где я работаю и собираюсь ли подниматься по карьерной лестнице. Я сказал, что пока нет возможности. Он предлагал устроить меня в СОП, но я отказался. Тогда он сказал, чтобы в случае чего звонил ему. Мы обменялись телефонами. Я взял просто для приличия, звонить не собирался.

После этого зимой, когда я дежурил на базе, он опять позвонил и попросил меня подъехать по Ленина вверх к какой-то заправке прямо сейчас. <…> Мы встретились, он спросил как у меня дела и сказал, что появился шанс поднять меня по лестнице, но нужно сначала помочь с одним делом, а потом решится этот вопрос. Я не отказался. Он сказал, что мне позвонит человек по имени Рустам, я должен буду с ним встретиться, он все объяснит.

В феврале мне позвонил Рустам, сказал «Давай встретимся в Ритц-Паласе». Я подъехал, сел к нему в машину и узнал его. Мы когда-то играли в футбол, у кого-то на дне рождении были вместе. Потом еще о чем-то пообщались и перешли к делу. Он говорил, что одного человека нужно привезти на «стрелку», кое-кто хочет с ним поговорить. Я спросил кто он, но он сказал, что объяснит потом. Сказал, что мне заплатят. Я что-то заподозрил и в первый раз отказался. Я сказал, что созвонюсь с одним человеком, потом мы с тобой повторно встретимся и договоримся. Я приехал на базу, зашел в раздевалку, позвонил Мусаеву. Он меня сначала не узнал. Я сказал ему, что встретился с Русом, он сказал, что нужно сопроводить человека на встречу. Он сказал да, помоги ему. <…> Это будет в городе, в районе Саяхата.

На второй встрече Рустам рассказал, кого нужно сопроводить, сказал, что за ним будет наружное наблюдение. Дал мне телефон, сказал, что там объяснят, где он, что он. Потом сказал, что мне заплатят 30 тысяч, я думал тенге. Тогда это были хорошие деньги, а я получал лишь 50 тысяч тенге. <…>Мы встретились с тем человеком, он показал мне офис и объяснил маршрут.

В тот же день Рустам сказал, что необходимо организовать встречу. Я приехал на базу, набрал людей. Я думал, что Мусаев с этим человеком хочет встретиться и через нас показать силу. Никто толком ничего не знал, мы переоделись в форму и в тот же вечер выехали на место. <…>

Через час мне позвонили, сказали, что объект выехал. Сначала он позвонил мне и сказал, что едет две машины, а потом позвонил и сказал, что едет одна машина. Мы остановили машину, они остановились. Я подошел к сидящему сзади человеку. Вышел телохранитель и водитель, с ними стояли мои ребята. Он сказал, что встреча должна быть завтра, я сказал, что нет - сегодня.

<…> Я сказал, что водитель и телохранитель с нами не поедут, человек возразил и сказал, что без них никуда не поедет. Я сказал, что он поедет со мной на их машине – тойоте, а они – на ауди в целях безопасности. Человек сел на заднее сиденье, Эдигеев (сотрудник Арыстана - V) сел рядом. Мы обыскали двоих, нашли у них оружие и я положил его в бардачок, в Тойоту.

<…> Мы тронулись. Позвонил Рустам, я сказал ему, что мы едем в сторону Саяхата. Я сказал: «Давай я за Саяхатом поверну и остановлюсь», он сказал – хорошо. За Саяхатом я остановился, там в двух местах темно было. Я набрал Руса по телефону и сказал, что я стою. Он сказал выйти на трассу, я вышел и набрал Мусаева. Ему сказал, что мы подъехали, хотел объяснить где мы, сказал, что их трое, он сказал забрать у них телефоны. Я дал своим людям команду, чтобы они телефоны изъяли и потом Рус подъехал и встал рядом. Я подошел к нему, он сказал пересадить всех к нему. Я сказал – хорошо. Я пересадил человека в очках на заднее сиденье за Ибрагимовым. Водителя посадили за Мирошниковым, а телохранителя в багажный отсек».

Отвечая на вопросы гособвинения, защиты и потерпевшей стороны, Абикенов отметил еще несколько деталей. Объяснить руководству, куда в день убийства отлучался Абикенов, вызвался сам Мусаев. Изначаль Мусаев говорил, что это будет встреча, о захвате речь не шла. В момент встречи Мусаев попросил Абикенова действовать в рамках допустимых норм с Алтынбеком Сарсенбаевым, если не будет проявлено агрессии. Кроме того он отметил, что не знал Утембаева до этого дня, впервые увидел его лишь на слушаниях.

В конце заседания, Гульнара Жуаспаева заявила о ходатайстве об отводе судьи.

«Сторона потерпевших заявила отвод судье из-за косвенной заинтересованности в деле. Сторона возмутилась неоднократными нарушениями порядка и постоянным отказом задавать вопросы по всем фактам уголовного дела», - заявила Жуаспаева.

Vласть продолжает следить за ходом судебных слушаний.

Свежее из этой рубрики
Loading...