Экономия на экономных

Еркин Сагиев, эксперт по фискальной политике, специально для Vласти

В феврале был презентован проект бюджета в условиях цены на нефть на уровне 50 долларов США за баррель. Правительство предполагает, что такая цена продержится три года, в период 2015-2017 годов, а затем, возможно, поднимется до 60 долларов США. Такой бюджет ожидали еще с прошлого года, когда начался обвал нефтяных цен. По идее, подобные жесткие условия должны продемонстрировать истинную дееспособность власти.

Сокращение расходов утвержденного бюджета в связи с падением бюджетных доходов именуется секвестром. Следовательно, адекватный секвестр бюджета подразумевает ответ на два ключевых вопроса. Во-первых, насколько упадут поступления в бюджет? Во-вторых, какие экономические приоритеты будут выбраны? Боливар не вынесет двоих – правительство будет вынуждено показать, за чьи интересы оно радеет более всего.

Доходные игры

В первую очередь надо оценить размер падения налоговых доходов бюджета (далее разговор будет идти о республиканском бюджете). В целом, налоговые поступления сократятся на 940 млрд тенге или на 23%. Процент существенный, но смущает структура выпадающих налоговых доходов. Корпоративный подоходный налог, который формирует треть налоговых поступлений, сократится только на 11%. Такой прогноз пока выглядит оптимистичным, ведь, во-первых, дешевый рубль порождает приток российских товаров на казахстанский рынок, по пути подавляя производство отечественных товаров. К примеру, недавно кондитерская фабрика «Рахат» отправила 500 человек в неоплачиваемые отпуска (это где-то 15% численности сотрудников) и заявила о падении продаж на 30%. Аналогично местный автопроизводитель «АгромашХолдинг» снизил прогноз выпуска автомобилей на 2015 год в 2,3 раза, с 20 до 8,5 тыс. единиц. Во-вторых, надо понимать, что многие крупные налогоплательщики из ненефтянного сектора так или иначе обслуживают нефтегазовый сектор. Падение цен на нефть скажется и на них. В такой ситуации КПН может просесть больше, чем на 11%.

Далее, в части доходов вызывают интерес игры правительства с экспортной таможенной пошлиной на нефть. При прогнозируемой цене на нефть в 50 долларов США предлагается снизить ЭТП с 80 до 60 долларов США за тонну. Напомним, что ЭТП в период высоких цен на нефть была равна 60 долларам США, и только весной 2014 года ее повысили до 80 долларов США. В этой ситуации выглядит странно, что размер ЭТП будет одинаковым и при 100 долларов США за баррель и при 50 долларов США. Однако все проясняется, если принять во внимание заявление вице-министра энергетики Карабалина, в котором он сообщает, что будет пересмотрено налогообложение нефтедобывающих компаний в сторону уменьшения налоговой нагрузки. Получается, что уровень ЭТП будет сохранен ценой уменьшения иных налогов и платежей, которые уплачивают нефтедобытчики. Принимая во внимание, что ЭТП целиком поступает в республиканский бюджет, такой маневр означает сокращение поступлений в Национальный фонд в пользу республиканского бюджета. В результате акт сохранения ЭТП на уровне 60 долларов США является по своей сути скрытым трансфертом из Национального фонда, арифметической игрой.

Даже краткий анализ предложенного секвестра показывает высокую вероятность того, что налоговые доходы республиканского бюджета завышены. Одной из возможных причин такого поведения правительства может быть нежелание производить большее сокращение расходов бюджета (меньше падение доходов – меньше сокращение расходов) в электоральный период.

С бедных по нитке

Интересным выглядит и подход правительства к сокращению расходов бюджета. В целом расходы в 2015 году сократят на 611 млрд тенге, из них больше трети (222 млрд тенге) –это сокращение социальных расходов: образование, здравоохранение, социальное обеспечение и культура. Еще на 190 млрд тенге правительство откладывает на следующий год повышение заработных плат госслужащим и внедрение новой модели оплаты труда гражданских служащих (в первую очередь, медицинских работников). Таким образом, две трети сокращения расходов бюджета будут происходить за счет обычных людей.

Оставшаяся треть экономии связана в основном с инфраструктурными проектами общественного пользования. К примеру, подверглись урезанию расходы на строительство широко разрекламированного проекта BRT в Астане (система скоростного автобусного транспорта) и строительство второй очереди метрополитена в Алматы. Также из 83 млрд тенге сокращения программы «Развитие регионов до 2020 года» 65 млрд тенге связаны с программами «Ак булак» (обеспечение питьевой водой) и «Доступное жилье 2020». Как видим, эта часть экономии тоже не в пользу населения.

Одновременно сохранено или полностью или в большей части финансирование разнообразных программ поддержки бизнеса. К примеру, финансирование Государственной программы индустриально-инновационного развития сокращено только на 3 млрд тенге или на 2,5%, аналогично на 3 млрд тенге сокращена программа «Агробизнес 2020» с одновременным выделением еще 20 млрд тенге на субсидирование субъектов АПК в рамках программы «Нурлы Жол». Через облигационный заем АО «Байтерек» будет выделено 20 млрд тенге на поддержку автопроизводителей через субсидирование ставки по автокредитам.

Видно, что в структуре сокращаемых расходов имеется четкий перекос в сторону бюджетных программ, бенефициарами по которым являются простые люди. При этом под предлогом создания рабочих мест активно продолжается финансирование из государственного кармана множества частных предприятий. Идея государственных инвестиций в развитие экономики, когда бюджетные расходы должны превращаться в реальные активы, генерирующие экономический рост в долгосрочной перспективе, есть голубая мечта правительства любой развивающейся страны. Проблема в том, что традиционно эффективность таких расходов вызывает вопросы. В результате такой политики мы с большой вероятностью можем получить еще большее социальное расслоение, общее обнищание населения и пустой бюджет.

Материал опубликован в №1 (4) журнала Vласть, любая перепечатка возможна только с письменного разрешения редакции.

Еще по теме:
Еще по теме:
Свежее из этой рубрики
Loading...