Ольга Малышева, специально для Vласти

Странное ощущение – находиться в театре, смотреть спектакль и чувствовать навязчивое желание потрогать себя за грудь. Не просто потрогать даже, а исследовать. Сделать то, что каждая женщина вообще-то должна делать регулярно, но не делает. Проводить самостоятельный осмотр, каждые полгода посещать доктора – это первые два пункта любой брошюры, посвященной профилактике рака груди. Такие брошюры, как правило, не работают. Потому что иррационального страха перед врачами еще никто не отменял.

Спектакль «Ехал грека через реку…» по книге философа Кена Уилбера, чья жена умерла от рака, в театре ARTиШОК поставили при поддержке благотворительной программы Avon «Вместе против рака груди». Сама программа на слуху – марши, розовые ленточки, продукты с символикой. Ведь если нужно привлечь внимание, почему бы не добавить проекту гламура и навязчивой милоты. Спектакль должен был дополнить ряд проектов в рамках программы, но выбился. Потому что получился совсем не гламурным, а именно - иррационально страшным.

Десятая-пятнадцатая минута спектакля. Трейе Уилбер, у которой подозревают рак груди, задают вопросы. Сколько вам было лет, когда у вас начались менструации? Женщины, у которых менструации начинаются рано, больше подвержены риску рака груди. У вас есть дети? Женщины, которые к тридцатилетнему возрасту ни разу не рожали, в большей степени подвержены риску заболеть раком груди. У кого-нибудь в вашей семье был рак груди? Женщины, у которых в семье болели раком груди, подвержены большему риску. Вы вегетарианка? Рацион, включающий животные жиры, провоцирует рак груди.

Я отвечаю вместе с героиней. Судя по ответам, у нас с Трейей шансы заболеть приблизительно одинаковые. И она, Трейя, умирает. В том смысле, что умирает на сцене, в реальной жизни Трейи Уилбер не стало еще 25 лет назад, она боролась с раком груди в течение шести лет и проиграла. Актриса Анастасия Тарасова играет борьбу всего полтора часа, и эта концентрированная драма способна свалить с ног не только хрупких молодых женщин, подсчитывающих в уме вероятность обнаружения у себя рака, но и вполне крепких мужчин.

Я точно знаю, что артишоки хотели максимально облегчить «Благодать и стойкость», которая по факту – хронология умирания Трейи Уилбер. И наверняка «Ехал Грека через реку…» будет меняться от показа к показу, но премьера вышла чрезвычайно неспокойной. И у Анастасии Тарасовой гораздо ярче выходит играть боль, а не радость, и ее партнер по сцене художник Сергей Мельцер своей молчаливостью и сдержанностью добавляет постановке не то обреченности, не то мистицизма. Впрочем, за мистицизм в «Греке» отвечает скорее Вероника Насальская – она не только сорежиссер (с Галиной Пьяновой), но и воплощение на сцене голосов извне.

Вообще, когда речь идет о смерти, сложно избежать давления на бессознательное, но главное, что пугает в спектакле ARTиШОКа – его честность, почти документальность. Когда пропадает ощущение театральности, тогда рождается настоящий саспенс. Вместе с ним рождается отрицание.

И хотя создатели постановки добивались противоположных целей, после «Греки» я поняла, что в ближайшее время к маммологу не пойду. Потому что пережить хотя бы микроскопическую долю тех эмоций, которые были сыграны на сцене, еще раз не хочется совсем. Разумеется, когда уляжется первое впечатление, и разум возьмет верх над чувствами, появится понимание, что единственный способ успокоить себя – не отсрочка, а точное знание того, что все в порядке. Но пока я ничего не хочу знать.

Еще по теме:
Еще по теме:
Свежее из этой рубрики
Loading...