Ольга Малышева, специально для Vласти

В начале театрального сезона мы с актрисой Анастасией Тарасовой обсуждали проект «Открытая сцена», который проходил в начале октября. Суть его в том, что ARTиШОК предоставил сцену театральным коллективам, у которых ее, сцены, нет. Участвовали в проекте пять театров. «Они сумасшедшие», - сказала Настя. В наше время и в нашей стране театр – далеко не самый популярный вид искусства, но что-то заставляет этих молодых мужчин и женщин одну за другой собирать труппы. Всего таких независимых театров, студий, коллективов и арт-проектов в Алматы порядка пятнадцати. Это вдвое больше, чем государственных театров.

Поэтому когда редакция Vласти предложила мне написать текст о том, есть ли будущее у независимых театров, я подумала, что вопрос поставлен неверно. Правильно спрашивать, если ли будущее у театров государственных. Я имею в виду не столько форму собственности, сколько совокупность устоев и привычек. В дотационном театре труппа может по тридцать лет играть один и тот же спектакль, независимый же театр не стоит на месте, потому что остановись он – утонет.

Два самых благополучных независимых театра в Алматы – ARTиШОК и «Жас Сахна», у них есть собственные годами проверенные залы. Артишоки вообще в большом плюсе, имея еще и наработанную публику. Статус первого и лучшего независимого театра страны ARTиШОК держит несмотря ни на что – ни на раскол труппы три года назад, не на необходимость делить с новосибирским театром худрука с начала нового сезона. Постоянные аншлаги обеспечивает не только небольшая вместимость зала (около 70 человек), но и неизменный интерес зрителя.

У «Жас Сахна» полных залов пока нет. С одной стороны, тут и мест почти полторы сотни, с другой – театр исключительно молод. Прошлый сезон театром имени Байтена Омарова (открытым его дочерью Жанной Омаровой в подвале мебельного центра «Жанна») руководил Евгений Жуманов, который сделал ставку на звездных артистов – себя, Сергея Погосяна, Ольгу Ландину, Дильмурада Джамбакиева. Весной этого года «Жас Сахна» и правда собирала зрителей, но в новом сезоне публике представили уже другого худрука – Булата Шанина. Его политика схожа с деятельностью другого выходца из Минкульта Ермека Аманшаева на посту главы государственной киностудии. Оба управленца стремятся к многожанровости: как «Казахфильм» начал снимать и хорроры, и ромкомы, и психодрамы, так и в «Жас Сахна» сейчас в репертуаре есть все – от детских сказок до пантомим. На какой-нибудь из жанров зритель непременно клюнет, правда, пока этого еще не произошло.

Впрочем, не без крыши над головой работают и театры-студии: «Дом Q», театр сестер Габбасовых, NOT Ballet, театр ВТ. Из студии же вырос театр diWel, которому, по мере формирования труппы, стал тесен арендованный подвал в микрорайоне Самал. Его поменяли на бомбоубежище около Никольского рынка – помещение просторное, но для какой-либо жизни абсолютно непригодное. Ремонт театру оценили в цифру с семью нулями, по этой причине старт театрального сезона в diWel отложился. Но доказывая, что голь на выдумки хитра, труппа в пыли бомбоубежища устроила для зрителей спектакль-квест «Бункер» (а государственный немецкий театр за семь лет существования на руинах ни разу не использовал живописные развалины творчески). Публика оценила, но показали постановку с элементами экскурсии только однажды, потому как у театра уже нашлись деньги на старт ремонта. Пока же diWel довольствуется сценами коллег.

На стадии ремонта находится и театр «СВОЙ», труппу которого составили выпускники «Дома Q», а главным режиссером стал Дмитрий Дягилев, педагог той же студии. Сам «Дом Q» дважды менял здания, каждый раз выстраивая театр практически с нуля. Опытному в этом деле Дягилеву предстоит повторить подвиг в возведении теперь уже своего «СВОЕГО» театра. Новая сцена будет располагаться в восточной части Алматы, в районе «Компота».

Но зависят независимы театры (простите за тавтологию) не только от финансового фактора. Если взять в расчет, что высшая актерская и режиссерская школа в стране только одна – академия искусств в Алматы (в Астане кафедра актерского мастерства и театральной режиссуры в университете искусств еще не успела выпустить даже первый набор), частным театрам приходится конкурировать с государственными еще и при наборе актерских составов. Так, молодежный экспериментальный театр Лиц, который еще в 2006 году основал актер драмы имени Лермонтова Андрей Кочинов, новый сезон так и не открыл. Над труппой коллектива давно висел дамоклов меч в лице директора ТЮЗа имени Сац Надежды Горобец, о которой все знают, что она своим артистам строго запретила появляться на сценах других театров. Так как большую театра Лиц составили именно тюзовцы, каждый спектакль рисковал оказаться последним. Ну и в конце лета этого года история театра Лиц закончилась тем, что сам Кочинов оставил и свой проект, и «лермонтовку», уехав покорять Москву.

Из академического театра вышла и арт-группа Feel.iN, которую основали студенты жургеновской академии, а теперь уже артисты театра Лермонтова. Правда, и у них, и у театра Лиц отчетливо видно влияние классической, несовременной театральной школы, но стремление к экспериментам все же еще может одержать верх. Как это случилось в театре DAtheatre под руководством Натальи Дубс. Просуществовав как лаборатория, камерный частный театр, эта группа в новом сезоне стала частью государственного немецкого театра, куда Дубс несколько недель назад вернулась в качестве художественного руководителя. Однако DTK редко когда можно было бы обвинить в косности – это все-таки самый динамичный из всех театров под крылом Минкульта. Только жилищный вопрос испортил его.

Что же до государственных театров вообще, то с новостями там скудно. Лермонтовский снова готовит Чехова, ГАТОБ – репостановки классических опер и балетов, в театре Ауэзова опять идут спектакли о ханах и батырах, а то, что происходит в уйгурском и корейском театрах, интересно только диаспорам.

В небольших же частных театрах кипит жизнь. Там незачем бояться, что государство урежет финансирование или начнет вмешиваться в репертуарную политику. У них другие заботы: например, подготовка к театральному фестивалю, который уже второй год проводится специально для молодых театров. Фестиваль «Откровение» хотя и был поддержан управлением культуры при акимате Алматы, начинался все же как частная инициатива, и обрастать пафосом пока не собирается. На государственному же уровне ничего похожего на театральный фестиваль или театральную премию в Казахстане нет. Разве что церемония «Енликгуль», которую проводит союз театральных деятелей и которая настолько скучна, что туда перестали ходить даже журналисты.

Будущее есть у тех, кто смотрит в будущее. У тех, кто смотрит в прошлое, есть только прошлое. И если очередной безумной инициативой министерство культуры и спорта не задавит творческую инициативу молодых, именно частные театры с их ясностью мышления и привычкой не стоять на месте выживут в естественном отборе.

Еще по теме:
Еще по теме:
Свежее из этой рубрики
Loading...