Спецпроект
«Гражданская война»

Ход Гражданской войны

Гибель Амангельды Иманова

Герой восстания 1916 года противостоял атаману Дутову и алашординцам

Светлана Ромашкина, Vласть, консультант — историк Михаил Акулов
37362
21 июня 2018

«Мы воюем с царем, с царскими порядками,

со своими баями и муллами, которые

продали нас царю и проливают нашу кровь».

Амангельды Иманов

Амангельды Иманов родился в 1873 году в Тургайском уезде, на территории нынешней Костанайской области. Будучи ребенком, три года учился у аульного муллы, а затем четыре года — в медресе, где освоил арабский, персидский и турецкий языки. В Советской энциклопедии указывалось, что еще до начала Первой мировой войны Иманов ездил в Петербург по делам заключенных казахов, но документов, подтверждающих это, историки пока не нашли.

В 1916 году Иманов стал героем восстания, произошедшего после того, как местное население призвали на Первую мировую войну. Иманов подружился с первым большевиком-казахом Алиби Джангильдиным, и вместе они занимались агитацией, используя кинематографический аппарат «Гок», который принадлежал Джангильдину: показывали степнякам картины, и те, заинтересовавшись, присоединялись к восстанию.

Известно одно из обращений Иманова к городскому населению: 

«Злые люди — все ваши и наши враги — пустили слух, что мы, восставшие за свои права, будем убивать всех русских. Это ложь. Мы не воюем с трудовым русским народом. Мы воюем с царем, с царскими порядками, со своими баями и муллами, которые продали нас царю и проливают нашу кровь. Не верьте злым слухам!»

По некоторым данным, в 1916 году под знаменем Амангельды находилось около 50 тысяч человек. Главнокомандующим был сам Иманов, опиравшийся на военный совет, который, по свидетельству Джангильдина, занимался снабжением повстанцев оружием и боеприпасами.

«Мы организовали несколько кузниц. Здесь наши кузнецы вместе с рабочими, бежавшими от мобилизации из Атбасара, Акмолинска и даже из Семипалатинска, переделывали и чинили берданки, охотничьи и старинные фитильные ружья, ковали ножи, топоры, пики... Мы сами готовили порох, лили пули, делали седла и сбруи», — вспоминал Джангильдин.

Военный и писатель Леонид Соболев в 30-х годах много времени посвятил изучению восстания, и он называл войско Амангельды средневековым: «Это было странное войско, как бы вышедшее из былин и сказаний: пики, сабли, скованные аульными кузнецами, фитильные ружья, луки и стрелы».

Постепенно война стала партизанской — столкновения с царскими войсками продолжались до Февральской революции.

Не складывались отношения у Иманова и с алашординцами. Лидер движения Букейханов в мае 1917 года в своей телеграмме министру внутренних дел Временного правительства Урусову характеризовал Иманова словами «профессиональный конокрад», считая, что этот бунтарь случайно оказался лидером восстания.

Отчасти эта характеристика от Букейханова и есть портрет командира на Гражданской войне, многие из которых были именно авантюристами от революции.

Летом 1917 года с разрешения Временного правительства прошел суд биев, который приговорил Иманова к десятилетней ссылке в Сибирь, впрочем, она так и не состоялась. Летом и осенью

1917-го Иманов вместе с подвижниками агитировали тургайцев против Временного правительства и за большевиков: в том, что Иманов оказался на стороне красных, была и большая заслуга его друга Алиби Джангильдина.

В марте следующего года Иманов стал делегатом от трудящихся Тургайского уезда и участвовал в работе Первого тургайского областного съезда Совета рабочих, солдатских, крестьянских и казахских депутатов, проходившего в Оренбурге, а уже 4 апреля ему вместе с другими делегатами пришлось сражаться с людьми атамана Дутова, напавшими на город.

В мае 1918 года противники Советов совершили переворот в Тургае. И с этого времени по декабрь Амангельды возглавлял партизанское движение против войск Дутова и алашординцев, которые примкнули к белым. В середине декабря отряды под командованием Джангильдина, Иманова и Киселева освободили Тургай, и Иманов стал военным комиссаром Тургайского уезда. Большевики выдали ему деньги на формирование красноармейских частей.

18 апреля 1919-го Амангельды получил приказ выступить со своим отрядом на соединение с советскими войсками Актюбинского фронта, однако спустя два дня в Тургае была свергнута советская власть, и Иманова убили. Джангильдин в своей статье, написанной в 1923 году, прямо указывает на то, что это сделали алашординцы, хотя некоторые современные историки полагают, что это могли быть и белогвардейцы. У Иманова остался сын Рамазан, которому не было и года на момент смерти отца, спустя много лет он отправился на Вторую мировую войну и погиб. 

«Внешность Амангельды: черный, выше среднего роста, несколько худощав. Движения у него резкие, решительные. Лишних слов он не говорил, а то, что говорил, продумывал».

Иван Деев, революционер, «Казахстанская правда», 12 июня 1936 г.

Не сохранилось ни одной прижизненной фотографии Амангельды Иманова, позже Абылхан Кастеев нарисовал его портрет со слов Алиби Джангильдина. Советская власть уже в 30-х годах начала увековечивать его образ. О нем писали книги, сняли фильм, Джамбул сочинил стих, его именем называли улицы и поселки, он превратился в легендарного бронзового батыра. И если Дмитрий Фурманов смог описать Чапаева как живого, остроумного, несовершенного, героического человека, то все, что можно прочитать про Амангельды Иманова, выглядит очень плоско и скучно, словно есть только пламенный революционер, но нет человека. И это проблема почти всех казахстанских героев — не важно, с какой стороны баррикад они находились во время Гражданской войны. 

Источник: 

Амангельды Иманов (статьи, документы, материалы), составители: М.К. Козыбаев, П.М. Пахмурный

Год: «Казахстан», 1974