Коллектор в законе

Дмитрий Мазоренко, Vласть

Большая кредитная задолженность как физлиц, так и юридических лиц уже давно является крупной проблемой казахстанской экономики. Банки не всегда могут с этим справиться, поскольку это требует дополнительных расходов. Но Нацбанк, кажется, нашел возможное решение этой проблемы — объявил о создании правового поля для коллекторов.

На прошлой неделе председатель Нацбанка Кайрат Келимбетов подарил очередную надежду коллекторскому рынку. Он сообщил, что к 1 июня Нацбанк разработает концепцию закона о коллекторах. Стоит отметить, что это лишь предварительный шаг разработки самого закона. Сам закон будет разрабатываться после оценки межведомственной комиссией Министерства юстиции.

В Казахстане коллекторы ждут специализированный закон с 2008 года. Ранее закона, регулирующего коллекторскую деятельность, не существовало. Она расценивается как нелицензируемая хозяйственная деятельность предприятия по оказанию услуг, которая проводится в рамках законодательства и основывается на гражданско-правовой сделке — договорах комиссии, цессии и факторинга.

По словам Тахира Мубаракова, генерального директора Credit Сollection Group KZ, отсутствие закона не особо мешает работать коллекторам: «В данный момент специализированного закона также нет, что в принципе не мешает работать нашей компании. Мы работаем на основании Гражданского Кодекса страны и других законодательных документов Республики Казахстан. Группа компаний CCG работает также на рынках: России, Украины и Белоруссии, где также отсутствует специализированный закон. Мы все работаем в рамках законодательной базы той страны, где мы находимся. Но, нужно отметить, что во всех странах нашего присутствия ведутся работы по разработке такого закона».

Впрочем, актуальность создания закона, в свете растущих кредитных долгов и отсутствия эффективных инструментов по их возврату, увеличивается. Финансовый аналитик и соучредитель Международного центра экономической грамотности Салтанат Джарасова пояснила, что в экономической теории есть несколько схем возврата догов:

«На макроуровне такие шаги связаны с шагами правительства или же регулятора финансового рынка. Обычно, неработающие кредиты списывают или же передают в отдельные в финансовые организации, которые должны заниматься проблемными кредитами. В Казахстане этот вопрос пытались решить, когда создавали Фонд стрессовых активов. Но время показало, что эта схема не работает в наших условиях.

Затем в законодательство внесли поправки, которые позволяют, чтобы каждый банк, у кого есть проблемный кредитный портфель, может организовать отдельный финансовый институт, которому будут списаны эти долги. Такие финансовые институты обычно перекупают эти долги и самостоятельно занимаются возвратом задолженности. При этом банк продолжает заниматься своей банковской деятельностью. Отметим, что в нашем банковском секторе, хотя банки с проблемными портфелями и создали такие организации, но тем самым не решили эту проблему.

И, поскольку теперь деятельность коллекторских компаний будет контролироваться и регулироваться со стороны Нацбанка, это подтверждает то, что такие компании будут заниматься решением этой проблемы и рассматриваться как участники финансового рынка», — поделился эксперт.

Актуальности к разработке проекта добавляет и принимаемый закон о банкротстве физлиц. По словам Джарасовой, законопроект будет регулировать вопросы списания долгов физлиц: «В законе очень много нюансов, в том числе есть и вопросы налогообложения. Отсутствие инструментов решения делает процедуру списания долгов заемщиков трудоемкой и затяжной».

Каким будет законопроект?

Пока о том, что будет включено в концепцию закона известно мало. Келимбетов лишь подчеркнул, что регулирование коллекторской сферы от министерства экономики и бюджетного планирования перейдет в ведение Нацбанка. С помощью этого, Нацбанк хочет оптимизировать рабочий процесс банков, чтобы они не отвлекались от своей основной задачи — кредитования экономики.

Коллекторы пока не особо представляют, что будет отражено в концепции закона. Мубараков пояснил, что пока неизвестно, как подойдут к её созданию: «Об этом рассуждать и делать какие-то прогнозы совсем невозможно в виду отсутствия у нашей компании каких-то представлений о концепции. И мы пока плохо понимаем, как подойдут к разработке документа».

Салтанат Джарасова выделяет два ключевых момента, которые будет решать закон. Первый момент — регламент работы с должниками: «Зачастую, к работе коллекторских компаний у людей много нареканий. Самые распространенные из них: психологический момент — они могут позвонить абсолютно в любое время — и вечером, и в выходные дни, в том числе и к другим людям, которые не имеют отношения к проблеме заемщика.

«<...> Как правило, коллекторы — это бывшие сотрудники силовых структур, которые в своей деятельности используют не только какие-то финансовые методы, но и другие психологические приемы — угрозы, „наезды“. Кроме того у них есть возможность доступа к базе данных. Нередки случаи, когда к тебе поступает звонок в выходной день, поздно вечером и на совершенно другой номер, который ты банку не давал».

Вторая проблема, которую будет решать закон — проблема «серых коллекторов»: «Поскольку сфера не регулируется, это не исключает фактов рэкета, которые встречаются довольно часто. Были случаи, когда функции коллекторов использовались для отъема недвижимости и бизнеса. Коллекторская деятельность не ограничивается только работой с физлицами, они также работают с предпринимателями и крупными компаниями».

Банковский омбудсман Ерсерик Сийрбаев считает, что закон поможет и развитию его института: «Думаю, что этот закон будет способствовать дальнейшему становлению и развитию института Банковского омбудсмана как института внесудебного решения разногласий в этой сфере».

Возможность того, что закон пойдет в разработку предсказать сейчас сложно. Мубараков отмечает, что о создании этого документа и разговоры велись и раньше: «Сложно оценить вероятность принятия концепции закона, так как разработки данного документа длятся уже года три. Впрочем, в виду участия в этом процессе Национального банка и утверждения программы по уменьшению доли проблемных кредитов БВУ, можно предполагать ускорение процесса разработки концепции и самого закона о коллекторах. Мы очень надеемся, что при разработке закона к процессу привлекутся и коллекторские организации».

Джарасова считает, что на фоне россиян, которые уже ввели этот закон, работа над его созданием ускорится: «В свете интеграционных процессов, нужно уже сейчас узаконить эту деятельность и она должна начать соответствовать нормам стран участников интеграции. Думаю, что откладывать не будут и ввиду большой задолженности заемщиков перед банками. Сейчас она составляет 12 трлн 166 млрд 613 млн. тенге, из них задолженность юрлиц составляет 56% (около 8 трлн. тенге), а физлиц — примерно 31% (около 4 трлн). Но работа над ним начнется только через год или полгода, после его утверждения межведомственной комиссии Минюста».

Еще по теме:
Свежее из этой рубрики
Loading...