Фильм недели: «Битва за Севастополь». Мало, кто остался в светлой памяти...

Зарина Ахматова, Vласть

1941-й. Севастополь. У войны – женское лицо. Но от этого она не становится притягательнее. Вопреки всем ожиданиям украино-российская картина Сергея Мокрицкого «Битва за Севастополь» (в украинском варианте «Несокрушимая») оказалась очень достойным современным (что уже само по себе - неожиданность) антивоенным фильмом. О войне.


Название: «Битва за Севастополь» («Несокрушимая»)

Выход в прокат: 2 апреля, 2015

Просмотрено: за 110 минут

Режиссер: Сергей Мокрицкий

Актеры: Юлия Пересильд, Евгений Цыганов, Джоан Блэкэм, Никита Тарасов, Вилен Бабичев

Главная причина, по которой стоит сходить: Война – это больно. Женщины остро чувствуют боль, даже если умеют управляться с винтовкой. И да, немаловажно: фильм можно посмотреть вне зависимости от того, какая у вас позиция по событиям в Украине.



Коли настане день - закінчиться війна.

Там загубив себе, побачив аж до дна.

«Обийми», Океан Эльзи

Кино о Людмиле Павличенко, женщине-снайпере, убившей 309 фашистов (героиня всячески подчеркивает – убивала не людей, убивала оккупантов), вышедшее в сложный для обеих стран исторический момент, оказалось чрезвычайно своевременным. Своевременным для периода, когда совместная история стала забываться, когда идет война, когда битву за Севастополь вновь проиграли. И сложно сказать – кто именно проиграл и в каком значении – реальном или метафизическом.

Режиссер, снимавший несколько небезызвестных картин (буквально «снимавший», Сергей Мокрицкий выступил оператором «Изображая жертву» Серебренникова, сериала «Баязет» и др) – родился в Украине, а работает в России. Съемки картины, стартовавшие до известных событий, проходили в Севастополе, а вот досъемки в Крыму оказались уже невозможны. Совместное кинопроизводство двух, фактически воюющих государств, словно сшивает края тонкой рвущейся материи двух братских народов. Не факт, что успешно, но попытка засчитана.

Российская актриса Юлия Пересильд, исполнившая главную роль, много где снималась – мало, кому запомнилась. Роль снайпера Павличенко, без сомнения, ее лучшая работа из всех известных широкому зрителю. Собранная, выразительная, театральная выучка отразилась в каждом кадре, жесте, взгляде, редком отрывистом слове. Актриса настолько важна, настолько остра и настолько неотлучима от образа и фильма, что, кажется, никто, кроме нее не мог бы дать шанс этому местами рваному повествованию. Женщины в зале начинают плакать в первой четверти и всхлипывают каждый раз, когда эта хрупкая девочка проживает на экране силу и характер. Это же не только про войну, это про сокровенно женское. Непосильное. Наболевшее. Невысказанное.

В фильме вообще не очень много диалогов, и это, будем откровенны, его несомненное достоинство, учитывая тот факт, что не все они точны, многие и вовсе – кажутся лишними. За основу сценария взята реальная история самой успешной в мировой истории женщины-снайпера. Если количество пораженных врагов (читай - убитых людей), конечно, можно классифицировать мерилом успешности. Тем не менее, некоторые исторические факты в фильме интерпретированы в пользу художественного повествования. Но главное осталось – Павличенко в какой-то момент стала иконой для солдат, что шли в бой с ее именем на устах. Только вот «вид у нее – какой-то не героический», говорит полевой фотограф, пытающийся сделать духоподъемный плакатный снимок в ветхой палате. Родина-мать должна бы позвать. Но в кадре – изможденная потерями и войной молодая женщина с винтовкой наперевес в совсем детских руках, точным движением которых она отправляет патрон в патронник, а врага – на тот свет. На щеках – слезы. В глазах – ненависть, страх, усталость. Да, очень по-киношному, но и, да – весьма доступно.

Киношный и лирический в фильме и актер Евгений Цыганов («Питер FM», «Прогулка», «Космос как предчувствие», «Оттепель» и др). И хотя его персонаж – снайпера-напарника и любимого мужчины – вводная, по большому счету, коммерческая (любит этот образ публика), получился он весьма цельным. Леонид Киценко - тот, кто даст Людмиле Павличенко главный урок: жить ради мести невозможно и нельзя даже во время войны. Штампы - блики полевого костра в глазах, простительны, если они нужны, чтобы еще раз сказать – в смерти есть смысл, только когда она из-за любви, а не из-за душевного разложения. Любовью же Павличенко оказывается спасена – ее довоенный воздыхатель, смешной, но правдивый врач Борис (Никита Тарасов) отдает ей собственную бронь и ее эвакуируют за несколько недель до взятия города. Те, кто не смог спастись в фильме показаны тонкой чередой лиц-теней, которые погибли или были взяты в плен в Севастополе. По разным данным, прямые потери при обороне города составили – 16 тысяч убитых и несколько десятков тысяч пленных.

Людмила Павличенко в фильме все время теряет. А потом встает и идет убивать.

- У меня сегодня 20, - говорит ей Маша, подруга-медсестра. О спасенных.

- А у меня сегодня 73, - отвечает ей снайпер Люда. Об убитых.

И в этом – главная трагедия войны и женщины на войне. По крайней мере, в рамках этого фильма. Неспециальное противостояние, когда спасти своего становится едва ли не важнее, чем убить врага. Есть еще одна обезоруживающая своей неоригинальность, и оттого - страшная сцена, когда Маша танцует на поминках. Пытается. Не назло – вопреки.

В фильме украино-российское двуединство дополняет еще и саундтрек – песня «Кукушка», перепетая Полиной Гагариной (привет «Сталинграду», там ее перепела Земфира) и песня «Обийми» украинской группы «Океан Эльзы». Обе возникают совсем неожиданно. И, если честно, то и не к месту, будто бы параллельно всей кино-композиции. Но контекст предполагает. Не в фильме – в жизни.

Еще многие ругали персонаж Элеоноры Рузвельт, которая симпатизировала Павличенко и пригласила ее в поездку по Штатам. В фильме – Рузвельт появляется в послевоенный период жизни главной героине. Они вместе готовят борщ, пьют огненную и пытаются по-женски понять друг друга и рассказать друг другу о себе. Критики восприняли эту линию в сюжете, сделанной на потребу. Возможно, так и есть, если только рассматривать ее в отрыве от другой линии. У Павличенко были сложные отношения с отцом-НКВДшником. Сложные, даже не потому, что девушку воспитывали, «как мальчика». А потому что в снайпере Людмиле Павличенко – навсегда осталась девочка Мила, которая отчаянно ищет поощрения папы.

Именно она выпивает с женой американского президента в даренном первой леди нарядном платье и солдатских сапогах: «пусть они увидят во мне женщину».

Именно она делает шаг на сцену: «Джентльмены, мне 25, я убила 309 фашистcких захватчиков. Джентльмены, вам не кажется, вы слишком долго прятались за моей спиной?»

Именно она когда-то сказала отцу: «Папа, я поступила. Первая в списке. Папа, обещай, что сегодня вернешься пораньше».

Он не пообещал.

Она научилась убивать.

Еще по теме:
Еще по теме:
Свежее из этой рубрики
Loading...