• 6101
Правозащитники назвали решение суда по Havas нонсенсом

Маргарита Бочарова, Тогжан Калиаскарова, Vласть

Казахстанские правозащитники возмущены решением суда по делу об иске студентов и сотрудников консерватории им. Курмангазы против рекламного агентства Havas Worldwide Kazakhstan, создавшего провокационный постер с изображениями Пушкина и Курмангазы.


Сегодня в Алмалинском районном суде №2 города Алматы судья Талгат Садыков огласил решение по делу об иске 34 оскорбленных студентов и работников консерватории им. Курмангазы (13 преподавателей, 11 студентов консерватории и 10 музыкантов оркестра) к рекламному агентству Havas Worldwide Kazakhstan. Согласно решению, рекламное агентство обязано будет принести публичные извинения в государственных СМИ за создание провокационного постера и выплатить каждому истцу по 1 млн. тенге.


Виктория Тюленева, директор Freedom House в Казахстане, уверена, что с самого начала судебного разбирательства вокруг рекламного агентства, создавшего скандальный постер, это был «театр абсурда». Относительно вынесенного судом решения, правозащитница тоже выразила свое мнение предельно ясно: «Решение суда словно продиктовано сверху. В международной практике никогда бы не допустили подобного инцидента».

«Как правозащитник я уверена, что рекламному агентству Havas Worldwide Kazakhstan просто необходимо обжаловать решение суда, чтобы у них появилась возможность идти дальше и отстаивать свои права на международном уровне», - говорит Тюленева.

Роза Акылбекова, директор казахстанского бюро по правам человека и соблюдению законности, заявила, что «сумма моральной компенсации в размере 1 млн. тенге каждому истцу – несоразмерное наказание». Она проводит параллели с другими случаями из судебной практики, когда в результате «некачественной вакцинации» пострадали дети - «тогда суд обязал медицинское учреждение выплатить родителям этих детей по 110 тысяч тенге». Между тем, в том случае факт физических и нравственных страданий был доказан, был налицо, подчеркивает Акылбекова. В случае с иском против Havas истцы и вовсе не обременяли себя доказательством фактов причинения им вреда.

«У меня также возникли вопросы к суду. Каким образом данный постер смог оскорбить и нанести моральный вред тем гражданам, кто учится или работает в консерватории им. Курмангазы? Почему суд признал этих граждан истцами? Как 34 истца доказали факты причинения им вреда? Если завтра половина Казахстана и России обратиться в суд с жалобой, что их оскорбил данный постер, судья всех будет поддерживать? Необходимо подавать апелляцию и обжаловать решение суда. Я не знаю, как реагировать, честно», - прокомментировала правозащитница.

Диана Окремова, директор ОФ «Правовой медиа-центр», считает, что сегодняшнее решение суда - это «образец абсурда и полнейшего безумия нашего суда». Окремову возмущает, что суд даже не задается вопросом, «почему эти люди настрадали именно на 1 миллион тенге, а не на 800 тысяч, полмиллиона или 20 миллионов тенге». Она напоминает, что, как правило, в казахстанских судах человеческая жизнь оценивается в куда меньшие суммы нежели оскорбление чести и достоинства.

В свете всех обстоятельств Окремова делает вывод о том, что решение суда «для того чтобы было неповадно. Для того чтобы люди в дальнейшем даже не подумали делать что-то такое, что может противоречить стандартам. И это очень сильно влияет, во-первых, на свободу слова в Казахстане, которой практически не осталось, и нарушает международные принципы свободы слова», - отмечает она.

Кроме этого, директор «Правового медиа-центра» обращает внимание на то, что суд не имел законного права обязывать рекламное агентство приносить публичные извинения. «Такой санкции у нас в законодательстве нет! Никто не имеет права, в том числе суд, обязать извиниться публично, потому что извинение - это внутреннее волеизъявление человека, это его внутреннее убеждение», - говорит Окремова.

Тамара Калеева, руководитель международного фонда защиты свободы слова «Адил соз», напоминает, что в республике действует нормативное постановление Верховного суда «О применении судами законодательства о возмещении морального вреда». В нем, подчеркивает Калеева, центральным понятием выступает «защита личных неимущественных прав».

Цитируя нормативный акт, она поясняет: «Под личными неимущественными правами и благами, нарушение, лишение или умаление которых может повлечь причинение потерпевшему морального вреда, следует понимать принадлежащие гражданину от рождения блага или в силу закона права, которые неразрывно связаны с его личностью»

«Я не знаю, кто может проследить личные права или законные, или принадлежащие от рождения права, ущемленные вот этим постером. Прямую связь тут очень трудно найти», - комментирует Калеева, добавляя, что судом могут быть учтены также права близких.

«Я, например, очень страдаю от того, что люди умирают от эпидемии Эбола. Я страдаю от того, что идет конфликт на Украине. Кому я должна иск предъявить? Наверное, никому. Я могу точно так же переживать и за Пушкина, и за Лермонтова, и за Курмангазы, и за Абая. Потому что я человек. Но это не значит, что я имею законное право получать за свои страдания общие деньги», - заявила руководитель фонда защиты свободы слова.

Калеева убеждена, что Верховный суд республики должен обобщить практику подобных судебных решений, обновить собственные постановления о действиях судов в таких случаях или «может быть, повышать квалификацию нашим судьям». «Поскольку это очевидные для нас, журналистов, вещи, но, наверное, не всем судьям понятные. Или давно не обращались к этим нормативным постановлениям», - объяснила она необходимость ликбеза для судей.

Юрист Сергей Уткин считает, что сегодняшнее решение суда является по сути прецедентом в судебной истории Казахстана. Исходя из него, можно сделать вывод о том, что «любой человек, который каким-то боком причастен к имени Курмангазы» имеет право в личном качестве требовать компенсации морального ущерба. «С юридической точки зрения, это просто нонсенс», - заявляет Уткин. «Не может человек, права которого прямо не нарушаются, требовать взыскать компенсацию морального вреда», - подчеркивает он. Уткин напоминает, что если человек скончался, только его наследники могут в законодательном порядке отстаивать и защищать его честь и достоинство.

Кроме этого, юрист обратил внимание на то, что в Казахстане накоплена достаточная судебная практика относительно требования истцов о необходимости принесения публичных извинений. В таких случаях суд, как правило, отказывает в удовлетворении этого требования с формулировкой: «Нет такого способа защиты гражданских прав». Уткин отмечает, что согласно действующему законодательству у ответчиков есть только две возможности «расплатиться» за оскорбление чести и достоинства - выплатить компенсацию или опубликовать опровержение.

Еще по теме:
Свежее из этой рубрики
Loading...